Чтение онлайн

– Магистр! – удивилась Ольга, останавливаясь у порога. – Вы здесь?

– Вечер добрый, – произнес Хальпарен, даже не подняв глаз от книги «Сны и влияние потустороннего». Но вместо шутки о том, что ей все снится, спросил: – Могу полюбопытствовать о цели визита?

Константин, уже практиковавший знания из той книги над тетрадями своих учеников, вздрогнул, покидая аудиенцию с Морфеем.

– Товарищи? – попытался что-то сообразить он, потирая щеку, только что отлепленную от страницы. – Чего вам? Не спится?

– Мастер, магистр, тут такое дело, пустячок чистой воды, – тут же включился Рома. – Понимаете, нам позарез понадобился тот цветок. А чтобы не смущать Братьев и Сестёр в дневное время суток, решили прийти за ним тогда, когда народу в Братстве поменьше.

Врал он складно, говоря практически чистую правду. В общем-то, это и была правда, за исключением пары невероятно важных уточнений, которые к делу будто бы и не относились. Например, того факта, что цветок был нужен именно Пете, а вместо случайности был план, придуманный коллективно в квартире Кати:

– … для дела, – отмахнулся он на вопрос Лили. – Я, типа, ждал этого Купалья сколько, а тут, блин… ай все, короче, забейте.

– Так давайте его украдем, – просто предложила Катя.

– Под покровом ночи! – поддержал Рома.

– Вы дебилы, зачем? – сморщился ему Петя. Но на лице друга уже появилась та самая ухмылка, с которой и начинается все самое интересное.

А также утаены были и несколько незначительных деталей. Например, про то, как Рома уронил Лили, перекидывая ту через забор:

– Держишься? – ответственно уточнил он.

– А? – не услышала она.

– Давай!

Она перевалилась на ту сторону и шлепнулась куда-то в кусты.

– Рома, – с громким шепотом одернула его Катя, – ты сломал нам ребёнка!

– Вернём в магазин! – не уступив в театральности, оправдался тот, уже разматывая веревку.

– Ай, – тихонько прокомментировали из кустов.

Ну и наконец не решился рассказать про то, как собственно цветок был получен:

– А Лили на шухере.

– Это как?

– Скажешь слово "шухер", – содержательно объяснил Петя, в то время как Катя уже кралась вдоль стены, точно так же, как видела в компьютерной игре про шпионов. Даже зависая, будто загружая программу.

Все же остальное было правдой. При том самой чистой. Напоследок в битву вступила Лили, как можно шире раскрыв голубые глазки.

– Мастер, – на этом слове тот слегка опустил веки, прикрыв губы пальцем. Она же продолжила: – Но мы правда не хотели ничего плохого. Просто он очень нужен…

Петя незаметно дёрнул чёрный завиток кудрей, а Рома встрял на помощь:

– Для навьих. Мы обещались. Клятва. По глупости. В камешки проиграли. Но не сложно же? Отдадим цветок кому надо и все, дела как не было. Братству-то он не нужен особо. Уже глянули явно, что хотели?

– А сигнализация у нас в отпуске или я что-то не понял? – все ещё пытаясь соображать, что было, сами понимаете, ошибкой, попытался дознаться Константин.

– Сторож спит. А остальное почему-то не помешало.

Вот здесь и заканчивается наша история, которая даже не начиналась. Повинные и очень, пусть без шляп у носков обуви, сожалеющие стояли у порога. Ольга чистила зубы языком, выжидая приговор. Константин разминал глаза, бегая взглядом по участникам действия. Хальпарен искоса наблюдал за ними. Затем опустил книгу и наконец заговорил:

– Вы прекрасно исполнили свою работу, Ольга Дмитриевна, однако волноваться не стоит. Ради общего спокойствия, смею предложить выделить на завтра выходной от камланий с амулетами для одних и практик для других. Вопросы с навьими и листами оставьте на моих плечах. А пока, будьте так любезны, вернуть экземпляр на положенное место. После можете быть свободны, благодарю.

Ольга вытянула руку перед Катей. Та, собрав губы трубочкой и вскинув брови, чтобы казаться невозмутимой и одновременно возмущенной до жути, встряхнула волосами, вынула из сумки сверток в форме небольшой банки, и вернула. Под стук каблуков сверток тут же покинул Смотровую.

Петя потер шею.

– Магистр, – позвал он, – Вы, типа, это, насчёт навьих, типа, не беспокойтесь. Мы так, ну, типа, сами, как-нибудь.

Тот не без игривости, заметной только тем, кто знал его не первый век, дёрнул уголком губ.

– Премного благодарен, что соизволили освободить меня от лишних хлопот. Надеюсь, в будущем и пленять не придётся.

– От души, Брат, – накинул еще искренности в беседу Константин. – Правда, tacksamycket1.

Хальпарен все-таки оттянул уголок на этот раз в мягком подобии улыбки и кивнул.

– Доброй ночи.

На коридоре Константин, вышедший проводить детей и заодно немного проверить голову, уже немного подключил сознание к разуму и проанализировал ситуацию. Сделав кое-какие выводы, он постарался быть строгим:

– Чтоб никому, поняли?

Рома сжал губы ниточкой, провел сложенными пальцами вдоль, застегивая невидимую молнию. Остальные покивали.

– И как ты с навьими придумал?

– Ольга бы не прикопалась. А Хальпарена уговорить чуть что проще, сами знаете.

Константин вскинул брови и потянулся в карман, вынул пачку сигарет.

– Сваливали бы поскорей, – посоветовал он, сунув сигарету меж зубов. – Пока ещё кого уговаривать…

– Пётр!

Тот сморщился, как от незамеченной горошинки черного перца в супе, которую не посчастливилось раскусить. За спиной показался Елисей Всеславович.

Казалось, даже голос его был бородат. Причём бородат прямо с того дня, как магистр изволил явиться на свет и произнести свой первый звук. И звуком этим явно было мудрое наставление мамкам и нянькам.

А рядом с ним серой тенью Гавриил. С душой, закрытой на все замки, даже те, которых нет. Одним своим присутствием, заставлявший всех постыдиться присутствия собственного, ведь присутствовать следует так, как положено, а всем – вовсе не положено.

Иными словами, самый приятный дуэт стоял прямо перед ними, призывая желание поискать форточку. И выйти в нее подобру-поздорову.

– Вот какие-нынче-то дети пошли, ты мне скажи. Коли надобно на заре куда явиться, так то мы брезгуем, сил не найти, а как впотьмах шастать, так хлебом их, неслухов не корми. И дома же им неймётся.