Чтение онлайн

— Заткнись! — клацая зубами, заорал Драко, услышав собственный крик словно со стороны. —

Не желаю больше ничего слушать!

— А слушать и не надо, — усмехнулся Слитерин. — Смотри.

Он повернулся и указал на стоящие у дальней стены щиты, украшенные резным изображением

извивающихся драконов — они сверкали настолько ярко, что у Драко заболели глаза, будто в них

насыпали песка. С пальца Слитерина сорвалась огненная вспышка, и щиты сдвинулись с места,

открыв то, что было спрятано за ними…

Зеркало. Драко шагнул вперед, с удивлением разглядывая его, — и с каждым шагом оно казалось

ему все более и более знакомым: высокое, ромбовидной формы, обрамленное золотой рамой

с замысловатым резным узором из переплетающихся листьев и животных, с ножками в виде

когтистых лап. Венчало зеркало три высеченных слова: «Nosce Te Ipsum».

Ну конечно же, он понял, что оно напомнило ему — Зеркало Джедан, чей образ впечатался ему

в мозг. Он однажды уже смотрел в него в Хогвартсе, зная, что увидит в нем, и зная, что никогда

не увидит в нем Гермиона…

— Что — это и есть орудие пытки? — удивился он.

— Представь, ты угадал: я действительно люблю смотреться в зеркало, можешь назвать меня

ненормальным…

— Ты нормальный, просто очень, очень утомительный.

Слитерин схватил его за руку и подтащил к зеркалу, поставив ровно по центру. Драко упрямо

смотрел себе под ноги.

— Это не то зеркало, о котором ты подумал, — холодное дыхание Слитерина обожгло шею Драко

и заставило его поежиться. — Это не Зеркало Джедан, показывающее людям сокровенные желания,

скрытые в их сердцах. Это зеркало было создано тогда же, и создано его противоположностью, так

что это зеркало не покажет тебе того, о чем ты мечтаешь, как раз наоборот…

Рука Слитерина скользнула вдоль шеи Драко, поддела его подбородок и вздернула его вверх.

302

— Это Зеркало зовется Зеркалом Правосудия, оно покажет тебе то, чем ты являешься на самом

деле.

«…Являюсь на самом деле…»

Драко молнией пронзила дрожь, он попытался вырваться из цепких пальцев Слитерина — но они

была тверды и крепко держали Драко за шею.

— Нет, я не хочу смотреть.

— Ты будешь смотреть.

— Нет.

— Открой глаза, — зашипел Повелитель Змей, с силой тряхнув Драко.

Глаза Драко распахнулись. И он увидел…

***

После полутемного шатра Ровены сияние синего холодного неба буквально ослепило Джинни.

Беспокойно покрутив головой в поисках Рона, она почти тут же увидела его — рыжая пламенеющая

шевелюра была лучше всякого маяка. Он сидел на длинной деревянной лавке и разговаривал

с большой группой…

— Вилы? — выдохнула Джинни, вытаращив от изумления глаза. — Здесь?

— Они постоянно тут торчат с тех пор, как Повелитель Змей был повержен, — пояснил бесшумно

возникший у нее за спиной Бенджамин. — Никто не может их заставить убраться отсюда.

Из шатра вышла Гермиона, полог с шорохом закрылся. Судя по тому, что она фыркнула, она

слышала последнюю фразу Бенджамина.

— Не похоже, что Рон старается из всех сил, — заметила она, — вы так не считаете?

Судя по всему, Джинни тоже так думала: вид у Рона был такой, будто всю свою жизнь он провел

в окружении благоговейно внимающих ему красоток — его щеки пылали от морозца, он энергично

жестикулировал, его веснушчатые загорелые руки описывали в воздухе замысловатые параболы.

— Наверное, он рассказывает, что изобрел пунктуацию, — раздраженно покачала головой

Гермиона. — Или колесо. Или…

Бенджамин удивленно распахнул глаза:

— То есть он на самом деле не самый юный министр магии в вашем времени?

Джинни с трудом подавила смешок, а Гермиона негодующе фыркнула:

— Кто? Рон?! Прости Господи!..

— Ой, да ладно тебе, Гермиона, в этом ничего такого нет, — усмехнулась Джинни.

— Нет есть! — воскликнула Гермиона и подтолкнула Бенджамина в плечо. — Иди, вытащи его

оттуда, что ли…

Выразительно взглянув на нее (а почему, собственно, я?), Бенджамин медленно поплелся

в сторону Рона.

Покосившись на вздыбившуюся, как сердитая кошка, Гермиону, Джинни прекратила хихикать.

— Гермиона, ну что ты, право слово, — произнесла она как можно дипломатичнее, — нельзя же

срываться с тормозов каждый раз, когда хоть какая-нибудь девчонка просто посмотрит на одного из

твоих парней. Ну, конечно, если это не Гарри.

— Я не срываюсь, — возмутилась было Гермиона, но замолчала и виновато улыбнулась. — Ну,

хорошо, твоя правда, я понимаю, о чем ты. Ну, просто — это ведь Рон, он мой лучший друг и

заслуживает куда большего, чем пустоголовой шлюхи-вилы, — она улыбнулась. — Ну, то есть, они,

конечно, не все шлюхи, но ты ведь понимаешь… Просто я хочу, чтобы рядом с ним был кто-то

такой же замечательный, как и он сам. Кто-то… ну, самый лучший.

— О… — Джинни почувствовала вспышку приязни к Гермионе. За всеми этими бесконечными

ссорами и спорами с трудом вспоминалось, чтобы Рон и Гермиона беспокоились и заботились друг

о друге — однако именно так оно и было. — А на Драко это тоже распространяется?

— Ты это о чем? — спросила Гермиона, и Джинни обернулась, чтобы взглянуть на нее. Кончики

ресниц побелели — и снег, и зола, и эта ее будто светящаяся изнутри бледная кожа — все сияло

в ярких солнечных лучах. Серебряная цепь Ликанта поблескивала на шее. Гермиона такая

красавица… И так держит себя в руках…

Джинни прикусила губу и отвернулась:

303

— Ну, в смысле… я и Драко… если бы я и Драко… — то есть не то, чтобы это было, но… если бы