Чтение онлайн

брать дневник Тома, и потом, в следующий раз… Тогда

а простые английские фразы внезапно начинали звуу меня

не было

ни одного

достойного

повода.

чать абракадаброй, — Джинни оставалась единственЯ совершила всё это потому, что хотела, чтобы со мной

ной константой, единственным элементом, который сосчитались, чтобы ты похвалила меня, чтобы Драко…

хранился неизменным с его прежней жизни. Она

чтобы он восхищался мной, был мне благодарен.

не вздрагивала, увидев мрачное выражение его глаз,

Но сейчас всё иначе.

которое

он ещё

не научился

прятать;

она

— Разумеется, всё иначе…

не отворачивалась

с отвращением,

когда

— Когда ты была в третьем классе, Дамблдор поон пересказывал ей свои сны — как он моет и моет рузволил тебе отправиться назад во времени, чтобы спаки, безуспешно пытаясь оттереть липкую кровь. Она

сти жизнь, и я отправляюсь за тем же — спасти жизнь!

понимала. Том побывал и в её теле, сделал её частью

Если бы Драко был мёртв — другое дело, однако он всё

себя, и она знала, на что это похоже.

ещё жив, но он умирает, и это наша вина, наша обКаково это — быть принуждённым делать отвратищая — ты знаешь это? Люциус предложил Гарри выбор

тельные вещи, которые ты не мог даже представить,

между Драко и всем миром, и Гарри выбрал бы Драко,

не говоря о том, чтобы вообразить себя делающим

но тот сам не допустил этого. Драко заставил Гарри

ЭТО. Каково это — чувствовать, как в тебе гнездится

выбрать спасение мира. А теперь настало время, чтобы

ненависть, ненависть ко всему миру и, будто кислота,

кто-то выбрал Драко. Решил спасти его одного. И мне

разъедает твоё сердце. Каково это — ощущать навявсё равно, узнает ли он когда-нибудь, что это была я,

занную гордыню, это непоколебимое высокомерие…

я ничего не прошу взамен, я просто хочу, чтобы

и ту постыдную лёгкость, которая приходит, когда заон жил. Вы с Гарри поддерживали в нём жизнь, скольмолкает совесть.

ко могли. Теперь настал мой черёд, — ведь это единстНезамутнённое чувство превосходства.

Он вспомнил ту проститутку, похожую на Джинни:

www.yarik.com

Cassandra Claire

Draco Veritas

391

длинные рыжие волосы, заплетённые в косички, короты могла…

тенькое, якобы школьное, платье, такие же карие гла— Могла бы что?

за… Когда он поцеловал её, она поцеловала его

— Время подходит… Если бы ты могла вытащить

в ответ — поцелуем более опытным, чем у Джинни,

его из лазарета под предлогом, что нужно что-то сдеи с наигранной страстью, которая…

лать в другом месте… Хотя бы убеди его, что ему нужно

…Нет, — перебил он себя, — она целовала не меня,

принять ванну… Да что угодно!..

она целовала Тома, и ей заплатили за это.

— Ванна ему и в самом деле нужна, — холодно

По крайней мере, она думала, что ей заплатят, коподтвердила Гермиона. — Вот только нужна она ему

гда Том сломал ей шею — легко, как ребёнок ломает

всю эту неделю, а он не двигается с места. Не знаю,

пополам леденцовую палочку … Он вспомнил, как Том

что я могу сделать такого, чего не можешь ты.

расчёсывал своими пальцами эти длинные рыжие пря— Ему нельзя находиться там во время кончины

ди, пока она умирала. «Джинни, — повторял он, —

Драко, — решительно отрубил Сириус, а Нарцисса отДжинни…».

вела глаза. — Они связаны, и я боюсь, что когда Драко

Симус спрятал лицо в ладони. Пергаментный свивсё-таки угаснет, его смерть затянет Гарри следом

ток скатился с коленей на пол.

за ним.

Он хотел, чтобы она оказалась здесь. Она бы укреГермиона молча воззрилась на него. Живое вообпила его, слепила бы его заново — таким, каким

ражение тут же услужливо подсунуло объемную

он был прежде. Вместе они бы исцелили его. Без неё

и очень чёткую картину: громадный корабль погружаон всегда будет сломленным. Симус до боли прижал

ется в бездонную глубину океана, немногие уцелевшие

пальцы к глазам в попытке стереть из памяти образ

пассажиры, сорвавшись с ограждений, беспомощно бамёртвой девушки с лицом Джинни и голос Тома, благорахтаются в кильватерном следе, а затем тонут, и стыговейный и безутешный: «Джинни. Джинни. Джинни».

лая зелёная вода смыкается над их головами…

Её взгляд, обращенный на Сириуса, отразил почти что

Скрип открывающейся двери вывел его из чёрного

ненависть, и она, не произнеся больше ни звука, резабытья. Симус поднял взгляд — немного виноватый,

шительно толкнула дверь в лазарет.

хотя он и не сделал ничего дурного. Это был Рон,

в тёмно-красном плаще поверх одежды, оттенок котоГарри сидел в том же кресле у кровати — точно

рого соперничал с цветом его волос.

так же, как она его оставила. Он уронил голову

— О, прости! — извинился он, увидев Симуса. —

на руку и выглядел настолько усталым… настолько усЯ не хотел…

талым и настолько юным, что, пока она приближалась,

— Ничего-ничего, — сказал Симус, спрыгивая

бессильный гнев уступил место жалости, и она потянус подоконника. — Это ведь и твоя комната тоже.

лась к нему — обнять и утешить. Но после Румынии

— Это верно.

Гарри избегал её объятий, — вообще избегал всякого

Рон не шевелился, и несколько долгих минут юноблизкого контакта: он уклонялся, когда Сириус протяши стояли, глядя друг на друга. Оба чувствовали себя