Чтение онлайн

Но она помнила, каким изнуряющим было ее путешествие сюда, как невыносимо тяжело было добираться до Вейсхаупта пешком, – а эти бедняги вообще всю дорогу трясутся в раскаленном железном ящике на колесах. И Валья сочувствовала этим людям, даже несмотря на то, что они были храмовниками, появление которых в Вейсхаупте так ее страшило.

Даже когда все остальные ушли, Валья еще несколько часов стояла у бойницы, наблюдая за тем, как фигурки ползут по растрескавшейся красной земле Андерфелса. А когда они начали подниматься на Сломанный Зуб и надолго исчезли из вида, Валья, чтобы скоротать время, принялась читать дневник Иссейи. Но сосредоточиться, как ни пыталась, не могла: от волнения строки расплывались у нее перед глазами, она часто отвлекалась и ловила себя на том, что рука ее снова и снова тянется к посоху.

Наконец, вечность спустя, она услышала, как открываются ворота. Следом раздались голоса, но слов она разобрать не могла. Под каменными сводами зазвучал раскатистый мужской голос. Валье он был незнаком.

«Наверное, самый главный, – подумала она, подгоняемая любопытством, которое оказалось сильнее страха. Потом взяла посох и направилась к воротам.

Люди были красными с ног до головы – и не потому, что закатное солнце не щадило для них своих лучей. Причиной был толстый слой пыли, осевшей на их доспехах, въевшейся в мокрую от пота кожу. Их мул, отчаянно моргающий из-за той же пыли, попавшей животному в глаза, был и вовсе клубничного цвета.

Храмовники не выглядели угрожающе, скорее уж смертельно уставшими, но Валья инстинктивно вжалась в стену, надеясь, что они ее не заметят. Ее страх перед храмовниками был неискореним. Она смотрела на пылающий меч, выгравированный на их нагрудных пластинах, и вспоминала о годах, проведенных под неусыпным надзором этих опасных, всегда смотревших враждебно людей. И сейчас она была благодарна Стражам, которые стояли полукругом между нею и храмовниками, не давая им ее увидеть.

– …вестей от наших братьев на юге? – произнесла в это время Сулве.

– Нет, – последовал ответ главного.

Все-таки Валья угадала – мужской голос, который она слышала раньше, принадлежал ему. Его усы, как и все лицо, покрывала красная засохшая корка, из-за которой было совершенно непонятно, как выглядит этот человек. Но он точно был не из Хоссберга – Валья знала там всех старших храмовников, а этот был ей незнаком. Да и выговор у него какой-то странный.

– Мы встретили на своем пути две крепости, обе оказались заброшены, – продолжал храмовник. – Местные рассказали, что Стражи очень торопились: продавали свободных лошадей, одежду, еду – все, причем почти что задаром. Объяснять никому ничего не стали, так что от кого они бежали и куда – неизвестно. Порождений тьмы в тех краях нет – в этом мы сами убедились.

– Дезертиры? – с недоверием спросила Сулве.

Храмовник покачал головой. Облачко пыли, поднявшееся с его волос, повисло над ним, словно красноватый нимб.

– Они ведь не тайком бежали. Можно представить, что одну крепость покинули самовольно, но обе? Сомневаюсь.

– Изменники могли подговорить остальных. В конце концов, это всего лишь горстка Стражей.

По голосу Сулве было ясно, что сама она в это не верит.

– Как знать, – пожал плечами храмовник. Его доспехи лязгнули, в воздух взмыло очередное облачко пыли. – Потом мы двинулись по Имперскому тракту. Добравшись до Шюрно, повернули на север – и вот мы здесь. У меня в сумке лежат письма, которые нас попросили передать. Но среди них нет ни одного от Серого Стража. Как я уже сказал, Стражей нам не попадалось. Если бы дела обстояли по-другому, наш путь закончился бы намного раньше.

Сулве кивнула и жестом подозвала Каронела.

– Благодарим за то, что принесли письма. Страж проводит вас в ваши комнаты. Располагайтесь и отдыхайте, а утром обсудим, сможем ли мы предоставить вам убежище.

Убежище? Валья оторопела. Она-то думала, что цель храмовников – она и ее спутники, а судя по тому, что она услышала, эти люди и понятия не имеют о каких-то магах из Хоссберга.

А если они и правда проделали весь этот путь от Шюрно… За последние два месяца Валья хорошо изучила карты Тедаса и представляла себе, каким долгим и выматывающим было это путешествие.

Неужели они отважились на него по той же причине, что и она сама?

Ответ на этот вопрос, как и на множество других своих вопросов, она получила в течение последующих недель. Храмовники пришли с юга Орлея, их орден располагался неподалеку от озера Селестин. Их главный, Дигье, был Рыцарем-Лейтенантом. Услышав о событиях в Киркволле и Белом Шпиле, он решил, что не будет принимать участия в этом безумии, и, собрав единомышленников, сбежал.

Сначала их было восемь человек. Двое умерли в дороге, один отказался идти дальше. Из обрывков чужих разговоров и доходивших до нее слухов Валья сделал вывод, что все три случая были как-то связаны с лириумом: очевидно, количества, которое храмовникам удалось выкрасть при побеге, не хватило на восьмерых.

Но сама она так и не отважилась заговорить с этими людьми. Едва завидев их, она спешила прочь, лишь бы не попасться им на глаза. Глупо, конечно, ведь храмовники не могли – да и не имели никакого права – причинить ей вред, однако привычка была сильнее доводов разума.

Поэтому она держалась в стороне и смотрела на храмовников, как беспомощная лань на стаю волков. Один из них, гном Ларос, был неимоверно толст, однако, сознавая это, ничего не мог с собой поделать и, печально вздыхая и сетуя на тесные доспехи, уплетал за столом медовые пирожки вприкуску с миндальные конфетами. Реймас, единственная из пятерых женщина, держалась отстраненно и никогда не улыбалась, но стоило жуку или бабочке залететь в ее комнату, она ловила насекомое и выносила его во двор, чтобы выпустить на свободу.

Что до Дигье, то он либо тренировался со Стражами, либо молился в часовне. Он почти не спал, почти ничего не ел, и ему не было совершенно никакого дела до магов. С каждым днем он все больше худел, а морщины на его лице становились все заметнее.

– Он хочет мира, – сказал как-то раз Сека.

Было утро, и все они снова собрались в библиотеке. Короткое знойное лето подошло к концу, ему на смену торопилась осень. Ночи становились все холоднее, по утрам было свежо и даже морозно, а теплело лишь к полудню.

– Между магами и храмовниками? – спросила Валья, кутаясь в плотный серый плащ.

С наступлением холодов им всем выдали такие. Пока они спасали от коварных сквозняков, но пройдет еще пара недель – и понадобится одежда посерьезнее, а то так и насмерть замерзнуть недолго.

Юный маг покачал головой и снова углубился в древнюю карту, которую читал до этого. Они уже разобрали половину содержимого сундуков и прочли половину всех летописей. За все время им встретилось четыре упоминания о таинственном исчезновении Стражей, одно – о порождении тьмы, которое умело разговаривать и мыслить, и еще два или три странных случая, которые, по мнению магов, могли заинтересовать Камергера.

– Мира в душе, – пояснил Сека. – Он ждет знака от Создателя, подтверждения того, что, став Серым Стражем, он не нарушит клятвы, данной Церкви.

– Он хочет стать Серым Стражем? – Валья в изумлении уставилась на мальчика. – С чего ты это взял?

– С того, что он сам мне сказал, – терпеливо объяснил Сека, глядя на нее своими огромными, мудрыми глазами. – С храмовниками, вообще-то, можно поговорить.

– Ну уж нет, – пробормотала Валья. – Мне и смотреть-то на них страшно.