Чтение онлайн

Хельга сказала, что ее душа была в это время где-то в других мирах, — пояснил Олаф, вспомнив слова девушки. — Она не солгала мне.

— Но вот чего я все-таки не могу понять, — викинг по-прежнему выглядел озабоченным, — почему я был околдован, а ты — нет?

— Смотри, Хафтур! — Олаф протянул ему амулет богини, который дала Хельга. — Вот что помогло мне.

Викинг с любопытством повертел в пальцах амулет, ис­кусно выделанную из металла фигурку женщины.

— Богиня Эйр... богиня врачевания... Или не она? — про­шептал Хафтур, все больше и больше приходя в себя и сознавая, какой опасности они подвергались. — Откуда у тебя это?

— Хельга, — коротко ответил Олаф.

— Воистину, мой отец Модольв удивился бы, узнав, что со мной произошло. — Хафтур отдал амулет юноше и посмотрел на восток, туда, где взошло на небо бледное солнце севера. — Теперь нам надо идти. Осталось совсем немного.

Спустившись в низину, они шли по краю болота. Олафу порой казалось, что он по-прежнему слышит далекий шум прибоя, хотя Хафтур сказал, что они сейчас на большом рас­стоянии от моря. Викинг, глядя на запад, убежище солнца, начал потихоньку осматриваться в поисках места для ночлега и вдруг застыл как вкопанный...

На одном из деревьев он увидел висевшего зверя. При­глядевшись, понял, что это волк. И его привязали к дереву люди.

Олаф проследил его взгляд и тоже уставился на мертвого волка широко раскрытыми глазами.

— Кто это подвесил его сюда?

— Тот, кто подвесил — знал, что делает, — ответил Хафтур, вспомнив о древнем ритуале жертвоприношения верховному асу Одину. Но ему было известно, что волков вешали на ри­туальных столбах, которые называли волчьим деревом. Здесь же викинг видел нечто другое. Может, это просто охотники? Хафтур терялся в догадках.

— Думаю, Олаф, мы находимся недалеко от селения и...

Он не успел договорить, обнаружив, что поляна вдруг стала заполняться вооруженными людьми. Викинг выхватил меч, крикнув Олафу, чтобы тот стал к нему спиной. Тем временем неизвестные воины сомкнулись вокруг них темным кольцом. Лучники натянули тетивы луков, и Олаф увидел десятки смертоносных стрел, направленных в их сторону.

— Брось меч, викинг! — крикнул один из незнакомцев, высокий воин в металлическом шлеме со щитками для при­крытия глаз и носа. Он был одет также в кольчужную ру­башку — бирни и держал в левой руке круглый щит с изо­бражением дракона. — Мы не причиним вам зла.

— Кто вы? — в свою очередь, спросил Хафтур, не торопясь выполнить приказ.

— Ты задаешь вопросы, хотя должен молчать, — с насмеш­кой бросил воин с драконом на щите. — Вы на нашей земле. В нашей власти убить вас без всякого суда.

— Что ж, попробуй! — Хафтур с силой сжал рукоять меча, готовясь к бою. Но в глубине души он понимал, что сейчас они с Олафом — жалкие мишени для лучников. Ему даже не дадут добраться до кого-нибудь и вступить врукопашную.

— Ты готов умереть? — продолжал тот же воин, вероятно, командир отряда. — Позволь тогда хотя бы узнать ваши имена, не стоит викингу умирать в безвестности.

— Я — Хафтур, сын Модольва, человек Стейнара-ярла, сына Асмунда из Хвита-фьорда. А это Олаф, его приемный сын.

После этих слов в рядах воинов произошло непроизволь­ное движение. Многие конечно же слышали о ярле Стейнаре, удачливом и смелом вожде, совершившем немало набегов в Валланд и Британию.

— Следуй за нами! — крикнул воин с драконом на щите. — Оружие оставь у себя.

На таких условиях Хафтур решил подчиниться, повернулся к Олафу и тихо сказал:

— Ничего не бойся. Теперь они не убьют нас...

Сумерки быстро сгущались, и уже в темноте они оказались во дворе большого дома, который принадлежал, по всей види­мости, знатному ярлу, владевшему этой землей. Зажженные факелы освещали двор, на котором собрались викинги, ожи­давшие распоряжений своего вождя. Но кто хозяин, Хафтур пока не догадывался. Воин с драконом на щите был лишь одним из его приближенных.

— Ты говоришь, что ты — Хафтур, сын Модольва? — раз­дался голос в тишине.

Викинг оглянулся, ища глазами того, кто спросил

— Да, это так.

— Сын того Модольва, который был одним из лучших воинов Хакона Нетерпеливого?

— Да, того самого, — кивнул Хафтур, втайне порадовавшись за отца. Его имя спустя столько зим помнили даже здесь, так далеко от его родины.

— Тогда ты лжешь! — громко провозгласил все тот же голос.

Казалось, говорил невидимка.

— Это истинная, правда, — возмутился старый викинг, ни разу в жизни не солгавший в таких важных вещах. — Пусть покарает меня Один-Всеотец, если я солгал!

— Тот Хафтур, имя которого ты хочешь присвоить себе, давно уже в чертогах Валгаллы...

— Когда же он погиб? — Хафтуру еще не доводилось слы­шать о собственной смерти, да еще от тех, кого он ни разу не встречал на своем жизненном пути.

— Это было давно, — монотонно и веско вещал голос. — Он утонул в море свеев...

— Я не погиб! — гортанно выкрикнул Хафтур. — Мне удалось выплыть. Я оказался на острове Рюген. Потом датские викинги во главе с Магнусом Черным взяли меня к себе. Они направлялись в Гардарику.

— То, что ты говоришь, удивительно! — внезапно Олаф увидел высокого вождя в богатом одеянии. В отблесках факелов его нельзя было хорошо рассмотреть. На нем был шлем, похожий на шлем воина с драконом на щите, и по­тому его лицо было скрыто. — А что же с ним случилось дальше?

— Я долго жил в Гардарике, сначала в Адельейгьюборге, затем в Конунгарде. Позже я попал к ромеям, — проговорил Хафтур, повернувшись к вождю и пытаясь получше рассмо­треть его. — Оттуда мне пришлось бежать...

— Почему? — голос вождя прозвучал глухо, но стояла такая тишина, что можно было услышать хлопанье крыльев ночной птицы в лесу.

— Я убил человека.

— Кто же это был?

— Тот, кто командовал у них десятью воинами.

— Продолжай.

Хафтур не сразу подчинился. Что-то в поведении незнако­мого вождя настораживало. Викинг чувствовал, что от ответа зависит жизнь и его самого, и Олафа. Но откуда этот человек мог знать историю его жизни?

— Мне нечего больше добавить, ярл, — наконец вымолвил Хафтур, исподлобья взглянув на вождя.

Тот несколько мгновений смотрел на него испытующе, и трудно было понять, о чем он думает.