Дракон должен умереть. Книга 1
Шрифт:
— Я не хочу уезжать.
Она посмотрела на него, чуть прищурившись.
— Тогда зачем уезжать?
— Я боюсь... — начал он медленно, — я боюсь, что, если я останусь, я совершу какую-нибудь непоправимую глупость.
— Например? — спросила Джоан, продолжая внимательно смотреть ему в глаза.
Он должен был заметить, что ее глаза все еще были желтыми. Кончено же, он должен был это увидеть. Но, когда он поднял руку и осторожно дотронулся кончиками пальцев до ее лица, он думал совсем не об этом.
Она мгновенно вскочила и попятилась от него, почти задыхаясь и дрожа так сильно, что ее силуэт стал постепенно расплываться...
Он тоже был уже на ногах и кинулся к ней, но она крикнула срывающимся голосом:
— Не подходи ко мне! — и он замер, чувствуя, что второй раз ему ее уже не остановить. Она сделала последний шаг — и упала спиной в пропасть, а в следующий момент дракон, сверкая серебряной чешуей, резко развернулся в воздухе, взмыл вверх и с шумом понесся вдоль ущелья в сторону их дома. Мгновение спустя он скрылся из вида.
Генри стоял, по-прежнему протягивая руки вперед. Его трясло. Несколькими глубокими вдохами он заставил себя успокоиться, медленно опустил руки и осторожно пошел по тропе, внимательно глядя себе под ноги.
Сагр встретил его недалеко от дома. Лицо Мастера было непроницаемым.
— Что случилось? — спросил он Генри, и его голос дрогнул, обнажая скрытую ярость.
— Я не знаю, — искренне ответил Генри. Его честность, судя по всему, несколько смягчила Сагра.
— Она превратилась, когда вы были вместе?
— Да. Но я не понимаю, почему это произошло. Она не злилась, не пугалась, не...
Он запнулся, потому что вдруг понял, почему она превратилась в дракона. Ему стало нехорошо.
— Генри? — Сагр пристально посмотрел на него.
— Где она? — спросил Генри тихо и невыразительно.
— Внутри.
Джоан сидела в кресле, подобрав ноги и положив подбородок на колени. Когда он вошел, она не повернула головы и не посмотрела на него.
— Джо, — позвал Генри тихо. Она не отреагировала. Он подошел и опустился на пол перед ней, так, чтобы поймать ее взгляд. Она отвела глаза и стала смотреть в окно.
— Джо, посмотри на меня, — сказал он так же тихо, но с нажимом. Она не пошевелилась.
— Джо! — он повысил голос, и она наконец встретилась с ним взглядом. Ее глаза были зелеными и совершенно пустыми.
— Ты знаешь, почему ты сегодня превратилась?
Ее лицо чуть дрогнуло и на губах появилась сухая, жесткая улыбка.
— Конечно.
Генри вопросительно поднял брови. Она долго смотрела на него, потом шумно вздохнула и закрыла глаза.
— Почему, Джо? — спросил он, когда стало понятно, что сама она ничего больше не скажет.
Она резко открыла глаза и пристально взглянула на него. Встала порывистым, неуловимым движением — он никак не мог привыкнуть, что теперь она всегда движется так, — и прошла мимо него к двери. Он уже ожидал, что она молча уйдет, но в последний момент Джоан остановилась и тихо произнесла:
— Не надо, Генри. Не унижай меня еще сильнее. Я стараюсь изо всех сил. Мне очень жаль, что у меня не получается это так хорошо, как должно было бы, но я правда очень сильно стараюсь.
— Не получается что? — бросил Генри через плечо, но в ответ услышал лишь скрип дверных петель..
Он еще некоторое время стоял на коленях, потом встал и задумчиво потер щеку рукой. Щека была колючей и немного чужой.
Дверь отворилась, но он не стал оборачиваться, зная заранее, что это Сагр.
— Генри, — сказал тот тихо. — Может быть, ты наконец объяснишь мне, что происходит?
Генри слегка поморщился.
— А на что это похоже со стороны?
Сагр замер с плащом в руке, который он хотел повесить у входа.
— Видишь ли, я-то как раз смотрю на это не со стороны, — пробормотал наконец Мастер.
— В смысле?
— Я смотрю на это глазами Джоан. Можно сказать, из самых глубин ее души.
Генри некоторое время смотрел на Сагра с высоко поднятыми бровями. Потом улыбнулся.
— Ну конечно. Ученик-учитель. Полное доверие, никаких секретов.
Сагр кивнул:
— В нашем случае это было далеко не только данью традиции. Весьма полезно знать, о чем думал твой подопечный перед тем, как превратиться в дракона.
— Действительно, — машинально ответил Генри, но тут же спросил:
— И как на это все смотрит Джоан?
Сагр ответил не сразу.
— Она... Генри, если честно, я вообще не знаю, почему у нее по-прежнему две руки и две ноги, а не четыре лапы и пара крыльев. То, что она делает, находится за гранью моего понимания.
— Мы оба давно знаем, какая она молодец.
— Дело не в этом.
— А в чем?
— Недостаточно быть просто «молодцом», чтобы справляться с... с тем, с чем она справляется. А она справляется, несмотря ни на что. Даже то, что произошло сегодня — это совершенно не в счет, потому что...
Сагр запнулся и не договорил. Генри смотрел на него с изумлением. Он никогда не видел, чтобы Мастер не мог закончить фразу. Тем более от наплыва чувств. Он вообще не мог вспомнить, чтобы Сагр когда-нибудь волновался.
— Она все еще человек, Генри, — наконец тихо сказал Сагр. — Цепляющийся за свою человечность изо всех сил. Одного этого было бы достаточно, чтобы сломать любого, а она, кажется, становится только сильнее.
Брови Генри поползли еще выше.
— Но даже у этой невероятной девочки, —продолжил Сагр, — есть предел. Если она достигнет его, я уже ничем не смогу ей помочь. Ей уже никто не сможет помочь, кроме...
— Кроме?
— Кроме тебя.
Генри чувствовал, что брови уже начинает слегка сводить.
— Потому что?..
— Генри, не будь идиотом, — буркнул Сагр, отчего возвышенный характер разговора и брови Генри одновременно упали. — Ты и есть ее предел.
— Предел?
— Конечно. Только не говори мне, что ты этого не понимаешь.
Генри промолчал. Ему не хотелось говорить этого вслух — но он предпочел бы быть ничего не понимающим идиотом.
— Ты единственное, что заставляет ее все еще оставаться человеком. И одновременно то, из-за чего она так легко может перестать им быть. Джоан все время пытается доказать, что это не так, что она может существовать совершенно независимо от тебя, но она и сама понимает, что ничего из этого не выйдет. И очень расстраивается, что у нее не получается. Поверь мне, очень.