Чтение онлайн

Эйдан неуверенно потрогал кончик носа.

– Ты порой выдаешь непонятные вещи, – сообщил он, – но суть я вроде бы уловил. У нас, у драконов, муж – господин. А покорность прибавляет привлекательности женщине.

– Милый мой, – рассмеялась я, – да куда ж мне еще привлекательнее быть? Ты и так из моего декольте взгляда не вынимаешь. Я и так хороша. И цену себе знаю, хоть ее вслух и не называла ни разу.

– Цену? – смутился генерал. – Хочешь сказать, твою красоту можно перевести в деньги?

– Есть вещи и подороже! Всей жизни мало, чтоб меня купить.

– Я запомню, – пообещал Эйдан, и вид у него был при этом задумчивый.

Экипаж приземлился на опушке моего леса.

– Через три дня пошлю за тобой карету, – отрывисто сказал генерал, – на первую примерку платья. А потом тебя доставят в ресторацию. Пообедаем вместе.

– Зачем это? – не поняла я.

– Затем, что ты моя невеста и нам надо видеться на людях. Хотя бы раз до праздничной вечеринки в честь помолвки.

– Вечеринки? – обалдела я.

– Там ты познакомишься наконец с моей семьей, – продолжил Эйдан, – а то странно это, когда родители ни разу не общались с невестой. Уверен, маме ты понравишься.

11.3

От своих внучков я часто слышала про какую-то “мать драконов”. Так и не поняла, кто это. Но мне с ней скоро предстоит познакомиться.

Судя по их отзывам, фигура это неоднозначная, вроде как баба с придурью. Надеюсь, у Эйдана родительница не такая.

Вернувшись в школу, я услышала главную новость. Ну кроме моей помолвки, разумеется.

– Тетрадь, ставшая причиной трагедии, высушена и почти расшифрована! – трагическим тоном сообщила мне Гринельма.

– Трагедии? – не поняла я. – О чем ты, Гринь?

– Ты уже забыла, в какой неловкой ситуации мы все оказались, когда канализация вышла из строя прямо перед приездом Эйдана Брелентера?

– Ох, Гринельма, – устало махнула я одной рукой, другой прижимая к груди сверток с платьем и колье, – тебя послушать, так эта авария была устроена намеренно, будто бы о прибытии Эйдана с его фифой было известно. Просто совпало же.

– Да, совпадение, – неохотно признала Гриня, – но все равно, Тейселен, ты стала слишком беспечная. И не такая требовательная, как раньше. Кажется, твое хрустальное сердце размягчилось из-за генерала!

– Физику учить надо, – наставительно произнесла я, – хрусталь не размягчается. Его только разбить можно. Но не хотелось бы. И чья это тетрадь-то в итоге оказалась? Конспекты с уроков?

– Нет! – обиженная Гринельма теперь решила интриговать. – Куда как более личный документ! Дневник! С интересными записями, между прочим!

– Да ну! – не поверила я. – Что такого интересного может быть в писульках юной феи? Рассказ о том, как бабочки не поделили маргаритку?

– Говорю же, ты стала беспечная, Тейселен! – вздохнула Гринельма. – Кажется, дела школы тебе уже не кажутся такими значительными, как раньше.

– Это вот сейчас обидно было, – возмутилась я, – да школа для меня самое важное на свете. Я ей предана так, что готова крылья свои заложить, если потребуется. Итак, чья тетрадь, и почему ты так выплясываешь?

– Дневник твоей любимой ученицы, Тейселен, – сказала Гриня вроде как с горечью. И посмотрела на меня многозначительно.

– И кто же это? – удивилась я.

– Хочешь сказать, не знаешь? – хищно растопырила зеленые крылья помощница. – Разумеется, дневник не подписан, первая страница выдрана и уничтожена. Но по тексту явно видно, что у этой девочки были особые отношения с тобой, Тейселен! Эта воспитанница несколько раз повторила, что наставница школы с ней вела личные беседы и называла ее своей надеждой и обещала, что девушка добьется успехов.

– И почему же бедняжка утопила дневник? — не поняла я. – Сидела на белом друге, перечитывала свои записи и ненароком уронила? Это ж как надо изогнуться.

– Загадка с этой тайны открывается, если прочитать дневник, – таинственно пропела Гринельма, – сначала я дала указание расшифровать записи одной из девочек, но скоро поняла, что не стоит эту информацию распространять на всех студенток. И сама занялась чтением.

На личике феи возникло брезгливое выражение.

– Конечно, около трети текста уничтожено безвозвратно. Но то что есть, вполне любопытно. Хотя я еще не закончила, у меня было много и другой работы.

– Мне стоит это увидеть? – насторожилась я.

– Не думаю, – пожала плечами помощница, – только если я все же не пойму, кто автор этих строк, буду спрашивать у тебя. На самом деле, записки пока что неизвестной студентки, посвящены ее внутренней борьбе, так сказать. Ты права, это не особенно масштабно. Я наверное опять переоценила значимость личных настроений воспитанниц.

– Но ты держи меня в курсе, когда можно будет ознакомиться с этим дневником, – сказала я, почувствовав, что эта тема имеет значение. Нельзя ее обойти вниманием.

– Добродетельная! – тут же перехватила меня преподаватель музыки Афирета. – Какое счастье, что я вас увидела!

– Сейчас, или в принципе? – уточнила я.

– Ой, – чуть смутилась молоденькая феечка, – вообще! Но в данный момент особенно. Мы с девочками репетируем песню к фестивалю. И будет просто великолепно, если вы…

– Конечно, послушаю, – согласилась я, – только вот инвентарь домой закину.

Подготовка к свадьбе, к празднику, знакомство с родителями, помолвка… сколько всего у меня было впереди!

Мягко говоря, не совсем сейчас до тетрадки, извлеченной из… ну неважно.

11.4

Три дня спустя я задумчиво смотрела на шкаф с одежками.

Что надеть на встречу с любимой матушкой моего дракона? Что он мой, тут понятно, уже не отвертишься. Разве что я в окошко их магического ЗАГСа уфеячу на своих меняющий цвет крылышках.

Платье, что Эйдан прикупил на сдачу к колье, сберегу на вечеринку в честь помолвки, ее назначили через три дня.

Но сегодня надо бы тоже выглядеть на все сто, и я не о возрасте.