Чтение онлайн

Мы остановились около коттеджа в конце улицы с садом. Сентина коснулась ворот и ворота открылись. Мы вошли. И только мы вступили на дорожку, ведущую к дому, нас вышел встречать отец Сентины.

Он с широкой улыбкой направился к нам. Он раскинул руки в сторону и Сентина направилась к отцу. Сантаир обнял дочь.

— Привет, пап, — поздоровалась с широченной улыбкой Сентина.

— Я вижу, вы не одни, — Сантаир посмотрел на Кайлара.

— Кайлар Пламеный, — представился Кайлар, протянув руку.

— Сантаир Рубиновский, — представился Сантаир.

Они пожали друг другу руки, как всего лишь полчаса назад пожали друг другу руки Сентина и Кайлар.

— Прошу в дом. Моя жена заждалась.

Мы прошли в дом, поднявшись по крыльцу. На крыльце стоял плетённый круглый столик с такими же плетёнными двумя глубокими креслами. На креслах лежали две мягкие бархатные подушки.

Сантаир открыл дверь и нас первых пропустил в дом. Нас встречала среднего роста женщина с густой жгучей чёрной косой, перекинутой через плечо. Коса доставала до самого пояса. Теплые серые глаза с интересом смотрели на нас. Было понятно в кого Сентина. Женщина тоже была полноватой. Можно даже сказать у нее аппетитная фигура. У женщины была белая фарфоровая кожа. Но сейчас на щеках женщины расцвёл румянец. И она широко улыбалась пухлыми губами. На губах была персиковая помада. А глаза слегка подведены тушью, делая их выразительнее. Женщина уже с первого взгляда располагала к себе.

— Здравствуйте, молодые люди, — поздоровалась с нами женщина. — Я Филания Рубиновская. Мама Сентины.

— Здравствуйте, — Кайлар подошел к женщине и взял ее руку. Он поцеловал ей руку. Я фыркнула. Пижон. Женщина зарделась. — Я Кайлар Пламеный. Рад знакомству с такой очаровательной эйсой. Очарован. Теперь я вижу в кого у вас такая очаровательная дочь.

Во дает! Вот это он загнал! Оказывается, он не только может прилипнуть как банный лист, но и раздавать целый тираж комплиментов.

— Здравствуйте. — Я потеснила Кайлара. — Я Нелли Алмах, — представилась я.

Филания вздернула свои черные брови, но ничего не сказала. Умная женщина. Быстро сообразила, что я не хочу выдавать свое настоящее имя.

— Может хотите для начала перекусить? — предложила Филания.

— Не отказались бы, — ответил за всех нас Кайлар.

Вот спрашивается, что он прилип ко мне? Нет, перекусить я бы не отказалась. А спросить хочу ли я? Кажется, он прочитал мои мысли. Кайлар посмотрел на меня.

— Ты голодна?

— Немного, — ответила я, улыбнувшись уголками губ. Не забыл обещание.

— Тогда я распоряжусь, чтобы принесли закуски. Надеюсь, вы не возражаете немного поболтать со старой женщиной?

— Эйса Рубиновская. Какая же вы старая женщина, — Кайлар расплылся в широченной улыбке. — Какая же вы старая женщина. Я вообще когда вас увидел, решил, что вы старшая сестра Сентины. — Кайлар взял руку женщины и снова поцеловал. — Я с большим удовольствием поболтаю с такой очаровательной женщиной.— Вот подхалим. Знает, как подкатить к женщине.

Филания тихо засмеялась. Конечно, комплименты каждой женщине приятны.

Мы прошли в гостиную. Служанка в серой униформе и с белым коротким передником привезла нам закуски и чай. Она все раставила на столе и поклонившись, ушла.

Мы за закусками мило пообщались с матерью Сентины. Она оказалась милой женщиной и великолепной собеседницей.

Потом мы вышли на задний двор. Точнее на лужайку за домом. А вот тут забор был выше, чем спереди. Кайлар последовал за нами.

— Молодой человек, — Сантаир посмотрел на Кайлара. — Вы пока можете подождать девушек в доме. Составить компанию моей жене. Она будет рада.

Я уже думала, Кайлар будет возражать, но нет. Он согласно кивнул и скрылся в доме.

Сантаир потер руки и посмотрел на нас.

— Для начала девушки, вы должны научиться контролировать свои эмоции. Скоро ваша сила начнет расти. И если вы не научитесь контролировать свои эмоции, ваша сила может выйти из-под контроля.

Сантаир скрылся в небольшой беседке и принес большой плед. Он его расстелил и сел на него по-турецки. Мы сели так же. Сантаир положил руки на колени и глубоко три раза вздохнул. Мы повторили. Сантаир прикрыл глаза. Мы тоже.

— Постарайтесь не о чем не думать. Представьте, что вы на белых облаках одни.

Я так и сделала. Я представила, что я нахожусь в облаках. Только почему-то заместо облаков я оказалась в белом пространстве. Облака были в этом пространстве. Сидела на этих облаках. А передо мной была моя драконица. Она держалась в воздухе, помахивая крыльями и на меня смотрела.

Я к ней подошла и протянула к ней руку. Она потянулась ко мне.

— Прости меня, — сказала я ей, погладив ее. — Я тебя прошлый раз обидела. Я понимаю, что ты хочешь вырваться и расправить крылья. Но я боюсь. Я восемнадцать лет жила, считая себя человеком. И теперь мне трудно себя принять такой какой я есть. Принять тебя. Не обижайся на меня, прошу тебя. Наберись терпения. Ты ждала столько лет, подожди еще немного. Прошу тебя. Не покидай меня. Обещаешь меня подождать? — Драконица кивнула. Я обняла ее за шею. — Ты моя хорошая. Спасибо, что согласилась подождать. Ты прекрасна. — Я поцеловала драконицу в нос.

Драконица фыркнула и дыхнула на меня дымом. Думаю, она так выражает свою симпатию.

Я отошла от нее и оглядела. Красавица. Я понимаю, что эта драконица часть меня. Я должна в нее превратиться. Но я не могу принять себя такой. Я восемнадцать лет считала себя человеком. И теперь смотря на драконицу, я не была готова быть такой как она. Мне нужно время, чтобы принять себя такой. Месяц для меня мало. Очень мало.

Драконица стала исчезать, а я открыла глаза. Сантаир и Сентина сидели и смотрели на меня.

— Я видела свою драконицу, — я вытянула ноги перед собой. Затекли.

— Почему ты ее видела? — спросил Сантаир. — Обычно дракон и человек одна сущность. И мы видим своего дракона в своём подсознание только в крайнем случае.

— Пока я и моя драконица две разные сущности. Я жила семнадцать лет в другом мире. Считала себя человеком. Я только чуть больше месяца назад узнала, что я драконица. Я понимаю, что должна обратиться в дракона. Но не могу это принять. Не могу принять себя драконом. Мне тяжело принять себя драконом, — я запустила руку в волосы и потянула их от корней. — Я еще не готова.

— Это ничего страшного, — Сантаир улыбнулся. — Придет время и ты поймёшь, что драконом быть прекрасно. Даже таким несуразным, как драконы света. Я помню дракона твоего отца. Он был сильным и выносливым. А его чешуя блестела на солнце так, что слепила глаза. Тебе твоя мама говорила, что чешуя алмазных драконов самая прочная? В обличие драконов у алмазных не было уязвимых мест.

— В том мире, где мы жили, алмаз тоже был самым прочним камнем. Моя драконица прекрасна. Мне она нравиться. Но я не готова стать ею, — я тряхнула головой. — Я не готова. А если я так никогда не смогу обраться в дракона?