Дракон на пьедестале
Шрифт:
А там внизу Гарди и Глори сплелись в объятиях — и исчезли!
Гарпия от удивления чуть не кувырнулась со стены.
— Так вот как они тогда исчезли! — догадался вождь гоблинов. — А я думал, они порошок какой-нибудь исчезательный припасли...
— У ваших молодых, когда они объединяются, появляются магические способности, — пояснила кентаврица. — Вместе они становятся такими же сильными, как люди или кентавры. Но только вместе.
— За такую силищу все бы отдала! — каркнула гарпия.
— И с гоблинами помирилась бы? — тут же спросила кентаврица.
— Ни за что!
— Так, может быть, ты разрешишь другим гарпиям поступать, как им заблагорассудится?
— Ну... может быть... — насупилась гарпия.
— Ну а ты? — обратилась кентаврица к гоблину. — Твоя старшая дочь вышла замуж за вождя гоблинов и получила волшебную палочку, с помощью которой она может поднимать предметы в воздух. Твоя младшая дочь, выйдя замуж за гарпия, станет волшебницей запросто, без всяких волшебных палочек. Неужели ты отнимешь у дочери это счастье?
— Ладно уж... — нахмурился папаша Горби.
— Подумайте и о внуках! — провозгласила Чем. — Не исключено, что они соединят в себе лучшие качества предков. Вообразите, родятся крылатые гоблины! Они будут летать, как гарпии, не утруждая ног! Не исключено, что они будут владеть и волшебными талантами, как люди! И кто знает, возможно, ваши потомки, потомки гарпий и гоблинов, вернут прежнюю славу и силу ваших родов, совершат нечто, что будет под силу только им. Не исключено, что в один прекрасный день они опять станут править Ксанфом! Подумайте, чему вы препятствуете сейчас, и перестаньте препятствовать!
— Заманчиво расписала, — промычал гоблин — упрямый и грубый, но все-таки отец, а значит, желающий счастья своей дочери.
— Ничто не мешает сделать эту красивую сказку былью! — воскликнула Чем. — Помиритесь и благословите союз этих юных существ! Тем самым вы сделаете первый шаг к расцвету ваших племен!
— О, Горби, позор на твою седую голову, — проворчал себе под нос старина гоблин.
— Папа согласен! — захлопала в ладоши Глори. — Папа согласен! Раз так говорит, значит, согласен!
— Ну а ты? — обратилась кентаврица к гарпии.
— Кто я такая, чтобы распоряжаться петухами, — проворчала гарпия. — Мне по чину не положено...
— Эту старую даму у нас все уважают, даже королева, — вмешался Гарди. — Она имеет право распоряжаться. Она согласна.
— Вот и прекрасно, — сказала Чем. Айрин почувствовала, что Чем торопится. Ну да, нужно как можно скорее, пока давние враги не передумали, заключить этот чертов мир. — Давайте же объявим, что война между гоблинами и гарпиями наконец закончилась, и вернемся к своим делам.
— Погоди-погоди, хвостатая, — поднял руку Горби. — Войну закончить — это тебе не абы что. Не телегу остановить. Тут свои законы. Их надо соблюсти.
— Да, конечно, я понимаю, — закивала кентаврица, всячески стараясь казаться паинькой, — надо, чтобы собрались все вожди, переговорили. Но начать можно уже сейчас...
— Да ты понимаешь, что это такое — окончить войну? Это... Это... Ух — вот что это!
— Ох — вот что это! — подхватила гарпия.
— Пей, гуляй — вот что это такое! — проревел гоблин.
— Из всех пушек стреляй — вот что это такое! — подхватила гарпия.
— Только чтобы мимо гоблинов, — быстро предупредил Горби. — Война окончена! — крикнул он со стены своим бойцам. — Вали в крепость на гулянку!
Гарпия в столь же изысканных выражениях пригласила в крепость своих подружек.
Гоблины посыпались с южной стены, гарпии примчались с севера. Народ явился в предвкушении буйств и развлечений.
— Надеюсь, все пройдет как надо, — с некоторым сомнением заметила Айрин.
— Не беспокойся. Земля встанет дыбом от веселья, — заверила Глори.
— Этого-то я и опасаюсь, — тихо произнесла Айрин. И все равно лучше веселиться, чем воевать.
— Ну, человеческая женщина, давай выращивай каких-нибудь растений праздничных, да погуще! — скомандовал Горби.
— И чтобы с музыкой! — добавила гарпия. — Эх, притащить бы сюда органные меха!
Айрин порылась в сумке, выбрала семена и вот что вырастила: лютики-цветочки, колокольчики-бубенчики, лирохвост и тягучую волынку.
Оркестрик заиграл на пробу. Получилось простенько, но со вкусом.
— Ой, туфельки нужны для танцев! — воскликнула Глори. — Расческа нужна!
Айрин тут же вырастила несколько пар балеток и целый огород чесалок.
— Освежающего! — каркнула гарпия и тут же получила сколько душа пожелает опохмелок.
— И освежающего воздух, — тихо попросила горгона.
Да, поморщилась Айрин, пора вырастить и это, а то уже не продохнуть от вони. И она вырастила несколько благовонных кустов, способных бороться с вонью.
— А на чем же мы увековечим наш мир? — спросил Гарди. — Где мы поставим подписи?
И мгновенно выросло пантовое дерево со всем необходимым для заключения мира.
— И еще какой-нибудь бальной чепухи вырасти, а? — попросил голем, вдохновленный происходящим.
И сразу же настоящий дождь растений осыпал собравшихся. Тут и ах-простите-я-не-танцую, и маски, и серебристое и цветное конфетти и как-вы-милы, и жемчуга, и бриллианты, и прочее, и прочее.
Пространство между мрачными крепостными стенами буквально расцвело, ошеломляющие ароматы носились в воздухе, заглушая вонь немытых гостей.
— Гуляние по случаю мира объявляю открытым! — хлопнул в ладоши Горби.
Гарди и Глори вышли на середину поляны, где ничего, кроме травы, к счастью, не успело вырасти. Оркестрик заиграл, и они начали танцевать.
Гарди закружился в воздухе, сияя перьями, а Глори закружилась внизу, мелькая прелестными ножками. Ножки у нее, конечно, куда лучше моих, с завистью думала Айрин.
Гарди то спускался — тогда крылья и руки переплетались и влюбленные кружились вместе, — то вновь поднимался в воздух.