Чтение онлайн

– Почему ты не предупредил, что за мной охотится кшэрр?

Я сказала, и сама удивилась тому, что удалось вставить хоть слово. Просто это была не первая попытка! И даже не вторая! Но до сего момента Янтарчик упорно переводил любое общение в собственный истеричный монолог.

– Ну… – протянул дух.

Он наконец остановился, плюхнулся на попу и дал ответ, достойный лучших представителей нашего общества:

– Не женское это дело бороться с кшэррами, понимаешь?

Я аж онемела.

Правда очнулась быстро и выдвинула встречное предложение:

– Ты мог рассказать какому-нибудь мужчине? Например, лорду Эрвину?

– А толку? – фыркнул Янтарчик. – Он же слепец, который видит лишь материальное. Не то что ты.

Ну вот круг и замкнулся. Я вижу, но недостойна, а директор достоин, но не видит. Если подчиниться этой логике, то не удивительно, что дух решил разобраться сам.

Только результат вышел, мягко говоря, плохой!

– В итоге меня чуть не убили, – озвучила уже известное.

– Августа! – взвился дракончик. – Ну прости! Я не нарочно. Ну хочешь я тебе… даже не знаю. Хочешь я тебе монетку подарю?

Я прикрыла глаза и молчаливо застонала – о, Небо, какая щедрость!

Во мне проснулась злая ехидна. Хотелось плеваться ядом и вообще язвить.

Но это было неконструктивно, а скандалов на сегодня и так хватало. Поэтому я взяла себя в руки и сказала предельно ровным тоном:

– Лучше объясни, почему этот дух вообще ожил.

– Как «почему»? Ты же сама знаешь. Вы пришли в святилище, потревожили мёртвых, потом произошло возмущение грани и, энергия, которая выплеснулась, задела кшэрра. А эта энергия… понимаешь, она другая и не всегда предсказуема. Теоретически она может произвести абсолютно любой эффект.

– Теоретически? – переспросила я. – Очень интересно, кто именно выстраивал эти «теории»?

Янтарчик раздражённо закатил глаза.

– Никто не выстраивал. Это фигура речи, образ…

Меня в данном контексте интересовало другое:

– То есть про «протечки» энергии никто не знает?

– Знают, – вздохнул дух. – Но так как увидеть энергию дано не каждому, и никакого вреда она до сего момента не причиняла, значения ей вообще не придавали.

Он подумал и добавил:

– Если случай с кшэрром будет единичным, то значения и дальше не придадут.

Отлично. То есть мы потревожили духов, а затем оказались в неподходящем месте в неподходящее время. Ведь тот факт, что грань колыхнулась именно там, где расположено старинное святилище-могильник, ни от кого не зависел. Это была случайность. Рок.

– Оживление кшэрра – случайность? – повторила вслух.

– Не оживление, – поправил Хранитель. – Кшэрр не ожил, просто обрёл другую форму. Был духом, а стал… ну тоже духом, просто более сильным, разумным и материальным. Но это уже не важно, драконьи когти и не таких убивали. Я очень рад, что Эрвин успел тебя защитить.

– Так случайность или…

– Конечно случайность! – воскликнул дух.

Я кивнула и задала второй важный вопрос:

– Кшэрр охотился на меня потому, что я сидела в той клетке?

– Да, из-за клетки ты стала в его сознании подношением, этакой законной добычей. А когда законная добыча убегает – это неправильно.

Ясно. Примерно так я и думала. Но всё равно хотелось услышать из Янтарчиковых уст.

Хранитель, словно почувствовав отзвук моей расслабленности, свернул на прежнюю дорожку:

– Августа, ну что? Мы обсудили? Мы помирились?

Почти.

– Ты отслеживаешь, предчувствуешь колебания грани, – напомнила я. – То есть мог прийти в святилище и раньше, до того, как выплеснулась энергия?

– Не мог. – Янтарчик тряхнул шипастой головой. – Там магическое искажение, и я, хоть и ждал всплеск, почувствовал его далеко не сразу. – Он потупился и добавил: – Собственно, не почуй я всплеск и не явись за энергией, ты бы… тебя бы сожрали уже тогда.

Я дёрнулась на своей тумбочке и очень пожалела, что в руках нет той чудесной длинной алебарды, на которую можно опереться.

Память очень живо нарисовала образ идущего к клетке кшэрра, и…

– Слушай! – всё, срочно меняем тему! – Почему в прошлый раз из разрыва выпадали монеты, а в святилище просто пролилась какая-то жижа? Энергия выглядела как какой-то бурый кисель.

Янтарный посмотрел печально, словно сожалея об упущенной выгоде – ведь обсуждаемую энергию он в итоге прощёлкал.

– Она подстраивается. Лично я очень люблю монеты, слитки, камушки всякие блестящие. А тем, кто находился в святилище, было всё равно.

Сделав ну очень глубокий вдох, я решила, что хватит. Раз Хранитель подтверждает, что кшэрр мёртв, то тему объявляю закрытой. Достаточно с меня клыкастых полудохлых кошек. Вокруг и других монстров полно.

– Августа, так я прощён? – вновь позвал дух.

– Почти.

Собеседнику ответ не понравился. У дракончика, видимо, намечался новый рейд за монетами, и требовалась пара рук, способных держать ведро.

Хранитель попытался заныть, но настроения терпеть ещё и нытьё, у меня не было.

– Просто не торопи меня, – попросила спокойно.

Подумала и добавила:

– Кстати, можешь оказать услугу? Ещё в первый день в наши комнаты каким-то образом проникли пятикурсники. Мы так и не поняли, как парни это сделали. Поможешь разобраться и закрыть проход?

Янтарчик с готовностью кивнул.

– А насчёт вора, который увёл у вас почтовые шкатулки? – выдержав паузу, уточнил он.

Я ожидаемо встрепенулась.

– Ты знаешь кто это?

– Ну… знаю, что не ты, – в голосе дракончика прозвучали этакие интригующие нотки.

Решил воспользоваться моим интересом и подцепить на крючок? Вместо того, чтобы просто сказать, как настоящий друг, которым он вроде пытается быть?

Нет уж. Никаких манипуляций и никакой торговли!

– Благодарю. Очень приятно, что хоть ты в меня веришь, – и я закрыла рот, превращаясь в образцового караульного.

Янтарчик сначала не понял. Хлопнул выпуклыми глазами, уставился недоумённо, но я молчала и менять своё решение не собиралась.

Когда Хранитель понял, что аукцион отменяется, шумно вздохнул и, вежливо попрощавшись, исчез в золотистом тумане.