Чтение онлайн

– Кордова! Ты где ходишь?!

– В библиотеку ходила. А что?

– Ты представляешь! Матиаса только что приволокли в медпункт. У них с Гилом была тренировка, и так они неудачно... ик!

Я как раз открывала комнату. Тоже неудачно. Ну да, сумку-то я на бок повесила к себе, сначала. И рукав кровью измазала. И не подумала об этом.

Мариса захлопала глазами, впихнула меня в комнату - и дверь закрыла. Потом засов задвинула, рысью метнулась к душевой, проверила ее, задвинула засов и там. И пошла на меня, сверкая глазами. Мне аж в окно выпрыгнуть захотелось.

– Рассказывай! Это - ты!?

– Я. Точно. Мы тут вдвоем, больше никого нет.

– Кордова, не ври мне! Пришибу! Это ты их?!

– Ты себе как это представляешь?! Гила?! Этого лося педального... тьфу!

По счастью, на мою оговорку Мариса внимания не обратила.

– Почему у тебя рука в крови?

– Эммм... оцарапалась?

– Неубедительно! Так почему? Кордова, будь человеком!

Я выдохнула.

Ладно это уже не секрет,, можно и показать.

– Смотри сюда, - я сняла с плеча боевую сумку.
– На руке взвесь... если таким по лицу - понравится?

Мариса взвесила. Даже зубами скрипнула.

– Ты ее как таскаешь?

– Улитка на себе целый дом носит - не жалуется.

– Ты не улитка.

– Потому и жива до сих пор.

– Это ты Матиаса ей?

– Лиез, если ты кому проговоришься...
– зашипела я. Шипение пропало впустую.

– Я поняла. Молчу. А Эстебана? Кордова, я же спать не буду!

– Зато можешь уроки сделать, - огрызнулась я.
– Запомни, Лиез, чем больше шкаф, тем громче он падает! Вот и упал несчастный шкаф. А я еще сверху попрыгала.

На шкафу, да! А что? Мебель - не протестовала.

Мариса даже в ладоши захлопала.

– Каэтана, ты... ты чудо! Как меня бесил этот... этот...

– Качок?

– Кто?

– Ну... Гил. Как кабачок, кабан, бочонок - поняла?

– Поняла. Качок... да! Как же я мечтала, чтобы ему кто-то по морде настучал! Но... теперь они тебя точно в покое не оставят!

Я пожала плечами.

– А раньше хотели оставить?

– Нет. Но вдруг?

– Лиез, ты еще не поняла, что беспомощность жертвы провоцирует обидчика? Не маленькая уже...

– Да, не маленькая...

Мариса даже как-то понурилась. Поглядела на меня.

– Кордова... ты не представляешь, как провоцирует. Твоя мать синяки регулярно не замазывает.

– У меня она вообще померла, - буркнула я.
– Синяки замазывать не хотела.

Мариса вздохнула.

– Прости.

Я посмотрела на нее пристально. Да и рукой махнула.

Чего уж там, фитнес-тренер, это еще и психолог. Даже если здесь я не на работе... это другие видят королеву курса, гордую и самоуверенную. А я вот сейчас вижу девчонку. Уставшую и измотанную. И понимающую, что ей никто помогать не станет.

А вот что видит девчонка?

И я могу ответить на этот вопрос.

Она видит... бунт? Или выход? Или...

Они привыкли подчиняться. И если бы нечто подобное попытались сделать с Марисой, она бы подчинилась. Она бы упала на колени, она бы сделала все, что от нее потребуют... она бы потом покончила с собой, или родители бы ее убили, чтобы скрыть позор - вариантов много.

Но сопротивляться она не стала бы.

Не смогла.

А я - смогла.

Сейчас она видит не просто Каэтану Кордова, она видит искру свободы. Той самой, которой лишена с рождения. И в мозгу у нее крутится только одно: 'А что, так можно было?'. Можно, Мариса, можно. Только работать нужно.

– Кофе будешь?

– Чего?

– Кофе. Напиток такой.

– Мммм...

– Понятно Я сейчас сварю, а ты попробуй. И залезь на полочку. Там в синей коробке лежат сладости. Будешь?

Могла бы и не спрашивать.

– Буду. Спасибо.

– Устраивайся поудобнее. И возьми шаль, закутайся. Тебя всю трясет.

– Спасибо, Кордова.

– Пока - не за что.

***

Кофе получился на славу. В меру крепкий, с корицей и кардамоном. Запах пошел такой, что Мариса чуть не залпом выпила первую чашку и попросила вторую.

Я достала галеты, намазала их клубничным вареньем - и впихнула в бедолагу три штуки.

Потом в дверь душевой заскреблись, и к нам на огонек явилась Олинда. И тоже получила кофе и галету. И Фатима, и Севилла... кажется, со стороны коридора тоже кто-то ходил, но постучаться не решился. И правильно. Я не кофеварка для всех и каждого.

А так... сидели мы на кровати, на подушках, на стуле, пили кофе, жевали галеты с вареньем, и молча друг другу сочувствовали. Просто так.

Потому что жизнь такая... печальная. Музыки откровенно не хватало, но пока и без нее сойдет. Разошлись мы за полчаса до отбоя. Точнее девушки ушли, а Марисе я еще и варенье с собой впихнула. Там меньше половины банки осталось, пусть доедает. Жалко девчонок.

Будешь тут сволочью в такой ситуации...

***

За Матиаса мне не нагорело. Последние новости принесла Мариса, которая стала ко мне чуть лучше относиться, что ли? Нет-нет, подругами мы не стали. И на людях она общаться со мной не рвалась, вот еще не хватало. Но вечером она поскреблась в мою дверь. И так поглядела на турку, что я махнула рукой, да и принялась молоть зерна.

– Матиас сказал, что подрался с Гилом. Им выговор сделали.

– А тебе он правду рассказал?
– спрашивала я не просто так. Надо же знать, чего от него ждать?

– Рассказал. По секрету.

– Понятно... мстить будет?

Мариса замялась.

– Не знаю. Каэ... он спрашивал, ты помолвлена - или нет?

– ЧТО!?
– взревела я, не хуже атакующего носорога.

– Да. Он просил узнать у тебя... как бы мимоходом.

Я выдохнула, вернула турку на огонь, и принялась контролировать процесс. Идиотов много, кофе мало! Упустишь - не поднимешь! И оттирать кому? Мне же и мучиться!

Перебьются!

– Помолвлена. Так и передай.

– А... с кем?

Я скрипнула зубами. Действительно...

– Тогда скажи, что влюблена... только в кого бы?

Мариса задумалась. Побарабанила пальцами по столу и получила чашку кофе, чтобы дятлом тут не работала.

– Эс Эдгардо Молина?

– Это еще кто такой?

– Ты его не знаешь? Кордова, ты на каком свете живешь?

– Будешь задавать глупые вопросы - не получишь варенья, - отругнулась я.

Мариса тут же подняла руки вверх, демонстрируя, что она хорошая и пушистая. Местами. Временами.