Чтение онлайн

— Да ну их… — мечтательно произнесла девушка. — Что они нам могут сделать? Жалованья лишить? Да наплевать…

— Зачем ты пошла в пилоты? — тихо спросил Фальк. — Раз ты и так можешь?

— Не знаю, сперва просто интересно было, как люди это делают, потом увлеклась, — пожала она плечами. — Ну и… приятно видеть, как еще кто-то перестает бояться высоты и своей машины. Ты сам говорил, что в работе с личным составом мне равных нет! Пускай летают, неба хватит на всех… Фальк? Ты что? Фальк!

— Мне уже никогда не летать по-настоящему… — выговорил он сквозь зубы.

— Значит, мы полетим вместе, — серьезно сказал Литта, прижав его горячий лоб к своему плечу. — Перестань. Ты как моя… да кто ее знает, кем она мне приходится! Словом, ее обидели дурные люди, и она боялась каждого чиха. Но когда понадобилось — полетела, и еще как! Мужа-то спасать…

— Но я же не дракон.

— Так и она не драконом родилась. У нас в семье и обычных людей порядочно. Я, если помнишь, свой самолет в долине держу, хочешь — бери да пользуйся, он у меня, как ты уже успел убедиться, получше учебных… Да что с тобой, Фальк?

— Я не могу без неба, — выговорил он, глядя вверх. — Я с детства о нем мечтал! И полетел, хотя родители были против… Но я взлетел, и это было прекрасно! А потом я упал… — Фальк закусил губу. — Нет, я и сейчас могу летать, но только недалеко и невысоко, насколько моего старика хватает… С новым я не управлюсь, они сложные, не смогу с одной ногой, а мой летучий чемодан уже не тянет. И нового мне никто не даст, я же просто инструктор! А я хочу туда, в небо!..

— Фальк?!

— Я хочу летать, любой ценой, я хочу…

Он сам не знал, что с ним такое, его корчило, выворачивало наизнанку, он пытался заплакать, но не мог. Боль была такой, что хотелось то ли завыть, то ли пойти искать место, на котором Литта растоптала пузырек с обезболивающим, и собирать его вместе с песком и осколками стекла…

— Фальк, ну Фальк же! — донеслось откуда-то издали, и он потерял наконец сознание.

— Везет нам на увечных, — услышал он, приходя в себя, но глаза открывать не торопился.

— Я тебе дам — увечный, — фыркнула другая женщина. — Поди Бриана спроси, что с ним было, а если он тебя в окошко не выкинет, возвращайся. Если выкинет, все равно возвращайся. Ну-ка, милый, открывай глаза, ты уже в сознании, я вижу, как ресницы дрожат!

Фальк вынужденно открыл глаза и встретился взглядом с красивой светловолосой женщиной.

— Ты как? Пить хочешь?

Он покачал головой. Ничего ему не хотелось. Разве что умереть, да поскорее.

— Все марш отсюда, — скомандовала светловолосая. — Эх ты, глупый человек, помирать собрался, а зачем?

— А жить зачем? — тихо спросил он, когда она села рядом и погладила его по стриженой голове.

— Литта тебя любит, тебе мало? Нет, если тебе она не по нраву, так сразу бы и сказал, не мучил девочку…

— Без нее мне не жить, — искренне произнес Фальк и сглотнул. — Она отобрала у меня таблетки. Я уже почти… Да я мог и так — взлететь и упасть… Только был бы номер, — горько рассмеялся он, — очнуться в госпитале без второй ноги! Ирония гребаной судьбы…

— А ты не шути с судьбой, — серьезно сказала она и снова погладила его по стриженой голове. — Не то мало не покажется. Так, говоришь, что у вас с Литтой?

— Я не знаю, — ответил он честно. — Она сказала, что любит меня. А я, как ее увидел, понял, что с ума схожу. Но я калека, а…

— В каком, интересно, месте ты калека? — удивилась женщина. — Славный молодой парень, все при тебе… Не дури! Умирать он вздумал! Мой Бриан обезножел, так тоже все норовил с башни кинуться, да я не дала. А там дело наладилось, носится, как молодой, правнуков гоняет! Ты полежи, отдохни, я Литту пришлю, а то она как тебя принесла, так и рыдает не переставая…

«Так это что, прабабушка Эдна? — сообразил Фальк, когда она вышла за дверь. — Ей на вид лет тридцать-сорок, никак не больше! Ну и дела!»

Литта вошла и остановилась на пороге.

— Можно? — шепотом спросила она, и это так было не похоже на нее, что Фальк даже испугался.

— Зачем ты спрашиваешь, мы же у тебя дома, — сказал он первое, что пришло в голову.

— Потому и спрашиваю, что дома правила суровые, — чуть заметно улыбнулась она и вошла, прикрыв за собою дверь. — Как ты?

— Да вроде бы ничего… — пожал он плечами. — Я не понял, что со мной случилось. Для эпилепсии я уже староват, и с чего вдруг такой припадок…

— Я страшно перепугалась, — сказала Литта и обняла его, — не знала, что и делать, пока не поняла, как и почему ты меняешься… Ты красивый, на сокола похож, серый такой, не очень большой. Только наверно, взрослым это дается труднее, вот ты и отключился…

— О чем ты? — потряс он головой.

— Помнишь, ты сказал, что мы полетим вместе? — спросила она серьезно.

— Да, конечно.

— Это брачная формула. Ты мой муж теперь. Надо было предупредить, но я не успела. А когда ты сказал, что отлетался, случилось… не знаю, как это описать. Мы не умеем колдовать, ну, кроме разве что дальних родственников, но тут что-то прорвалось, я почувствовала. — Литта держала его мертвой хваткой. — Я же все-таки дракон, я умею чувствовать, иначе, как думаешь, почему я так хорошо с ребятами работаю? А тебе было настолько плохо, больно и горько, что я постаралась забрать у тебя все это, и вот… чуть не убила, неумеючи-то! Прости меня. Я не хотела, чтобы ты умер. Я хочу летать с тобой вместе.

— Мне не нужен другой ведомый, — тихо произнес Фальк. — Я полечу с тобой хоть на край света. Если смогу.

— А я никогда не покину своего ведущего, — улыбнулась Литта. — Можем и на край света слетать, к прадедушке Арнилю или еще к кому, у нас полно родни… Я же говорила, мир огромный! Хочешь — полетим на дальний север, там небо сияет, а хочешь — на юг. Только лети со мной!

— Я полечу с тобой, — серьезно сказал он и сел. — Если так… Слушай, самолеты же надо на базу вернуть! Хватятся!

— Хорошо, вставай тогда и пошли.

Фальк потянулся к висевшей на стуле у изножья кровати одежде, не достал, медленно поднялся и, пошатываясь, встал. Литта схватила его за пояс. Потом отпустила.

Он стоял на обеих ногах, пусть и нетвердо.

Фальк перевел неверящий взгляд вниз. Отнятая почти пять лет назад нога была на месте. Он закрыл глаза. Он знал, что у него дрожат губы, что мужчины не должны плакать, но удержаться не мог.

— Это после превращения, — тихо сказала Литта, сцеловывая слезы с его щек, — бывает. Летать бы ты сумел и так, но иногда лучше на своих двоих, а? Очень больно было? Я видела, как ты мучился…