Чтение онлайн

— Люк? — подсказала я.

— Не сегодня. Я собираюсь зажечь свечу в храме для Соарифа, а потом мне нужно поработать над снаряжением. Я все откладывал.

Я удивленно подняла брови. Бог, которому он воздал должное, не шокировал меня. Соариф был восточным богом любви… всех видов. Однако, я не ожидала, что он откажется от поездки, чтобы засвидетельствовать свое почтение. Возможно, его неудача в Нофгрине повлияла на него больше, чем можно было предположить по флирту с Марайей.

— Хм, — сказала я. — Конечно. Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе, пока буду ждать Эллу?

— Конечно, — Люк стукнул кулаком по столу.

Марайя зашипела от боли и шикнула на него. Хотя пар, поднимавшийся от их чашек, пах примерно так же, как и от того, что Элла приготовила для нас двоих, он не мог сделать так много. Он не мог заменить потерянный сон или заставить забыть ее все ранее… во главе с соседями. По крайней мере, ни одна из женщин не была частью ее компании. Я сказала ей об этом, пытаясь успокоить.

Она закатила глаза и сказала ехидно.

— Мне посчастливится провести с Каролиной и Дельфиной еще два месяца, если моя просьба будет отклонена.

— Вот это дух, — сказал Люк, проглатывая ложку каши. — А до тех пор, если ты не сможешь осуществить перевод, тебе придется проводить как можно больше времени вдали от них. Предлагаю свою комнату… ой! — она пнула его. Я прикрыла смех рукой.

Прошло четверть часа, прежде чем Элла наконец появилась в столовой. Марайя и Люк ушли, и мой урчащий желудок заставил серьезно подумать о том, чтобы захватить еду без нее, когда, бросив взгляд на дверь, я, наконец, обнаружила ее. Ее было трудно не заметить, она почти столкнулась с двумя другими посетителями, когда шла к очереди. Мне пришлось несколько раз окликнуть ее по имени, чтобы она вырвалась из задумчивости и нашла меня.

— Извини, — сказала она, подойдя ко мне. — Должно быть, вчера я выпила больше, чем думала. Я сегодня не в себе, — я склонила голову. Прошлой ночью она была в прекрасной форме, особенно к концу ночи. Теперь ее обычно светлая кожа была бледной и тусклой, а карие глаза потускнели.

— Это была определенно хорошая ночь. Ты только что разминулась с Марайей и Лукасом. Им пришлось иметь дело с ее соседями по комнате, которые пришли в наш дом, чтобы накричать на нее. Я их даже не слышала, а ты?

— Да, это объясняет шумиху. Думаю, что я, должно быть, заснула во время этого. Они пойдут с нами?

— Нет. У них сегодня много дел. Полагаю, у тебя не было возможности спросить Коннера, пойдет ли он?

— Нет. Ты его не видела?

— Нет. Вероятно, он все еще в постели. Не хочу его будить.

Она все еще не села и теперь провела пальцем по столу, едва касаясь его поверхности.

Я встала.

— Я тоже. Давай возьмем немного колбасы и уйдем отсюда.

Колбаса и сваренные вкрутую яйца были завернуты в платки. Повар наполнил наши фляги горячей водой, в которую мы налили себе чаю. Элла принесла наши плащи, оставив их в прихожей столовой. Мы надели их и направились в конюшню.

Крепышка начала возбужденно ерзать, как только увидела меня. Сланцево-серая шуба поблескивала в тусклом свете амбара. Я делала все возможное, чтобы ездить на ней несколько раз в неделю, даже если это было только в тренировочных дворах. Физические упражнения помогали ей не меньше, чем мне. Никогда в жизни она не подвергалась такому постоянному нападению незнакомцев, людей или лошадей. У нас было это общее, но я знала, что она никак не могла понять перемены.

Кроме того, я знала, что чувство вины направило мое внимание на нее. Как бы мне это ни было неприятно, но весной мне придется оставить ее на попечение тех, кто живет в гильдии круглый год. Наемная работа на юге не место для фермерской пони с гор, как бы я ее ни любила. Мне придется ехать в караване, пока мы не доберемся до торговца лошадьми. Эдит уже сказала, что отдаст мне половину денег, и я смогу вернуть ее после моей первой работы.

К тому времени, как я оседлала Крепышку и вывела ее из стойла, Элла уже сидела верхом на своей кобыле Юнипер. Она все еще была быстрее меня, когда дело доходило до подъема, и Юнипер облегчала это. Шоколадный лен, она была так же красива, как и хорошо себя вела. В отличие от моего избалованного пони, она была обучена выполнять команды, не взбрыкивая. Я любила Крепышку, но эти навыки вызывали у меня желание иметь собственную боевую лошадь.

По крайней мере, желание Крепышки убраться подальше от стен форта означало, что она готова вести себя хорошо во время наших поездок за пределами стен, даже если ей все еще нельзя доверять среди других лошадей и скота. Сегодня она не обращала внимания на цыплят, кудахтавших в своем маленьком загоне рядом с конюшней, когда мы шли через двор туда, где стражники сидели на своих постах, глядя поверх ворот.

Двое дежурных спросили, по какому делу мы пришли, и отпустили нас, когда назвали цель. Это были люди, которые целый год жили в казармах Форклака. С комнатами, расположенными на том же этаже, что и офисы, им никогда не приходилось беспокоиться о замерзании зимой, если оставалось меньше компаний, но у них также было мало причин общаться с новыми людьми из других рот. Я не проводила с ними много времени. Они казались довольно милой группой, но в основном состояли из тех наемников, которые больше не могли работать в поле. Меня не удивило, что у них не было большого желания познакомиться с кем-то вроде меня, кто только начинал путь, который они начали десятилетия назад.

Мы завернули за угол, и перед нами раскинулось озеро Форклак, я отбросила свои размышления, когда меня охватил легкий трепет удовольствия. Глубокое и холодное озеро Форклак можно было увидеть в любой день. Все три отдельных русла, по которым текла вода, уходили вдаль, прорезая каменистую землю и древний сосновый лес.

Для меня это было похоже на куриную ногу, только вместо ярко-желтого озеро было почти черно-синим, и сегодня оно было покрыто снегом и льдом. Под прямым углом в ясный день можно было увидеть дальний берег любых двух зубцов одновременно, но никогда всех трех сразу.

Подобно озерам и рекам рядом с домом, а не плоским песчаным и грязным пляжам пологого ручья, валуны резко уходили в воду с большинства сторон. Время от времени попадался галечный пляж, где можно было покататься верхом и напоить лошадей… или поплавать летом, как мне казалось, но их было мало, и они попадались редко.

За озером виднелись горы, неясные пурпурные очертания. Я позволила глазам ненадолго задержаться на них. Был ли где-то там снежный барс Грифон, который чуть не убил меня? После побега она нашла себе пару и родила котят, как я по-детски желала? Странно, я даже не могла вспомнить ее имени. Покачав головой, я повернула Крепышку налево, прочь от гор.

Тропинка, по которой мы вели лошадей, была узкой и тянулась вдоль западного берега озера. Грязная тропа была покрыта мягким оранжевым ковром из сосновых иголок, которые росли, тесно прижавшись друг к другу, на противоположной стороне валунов. Деревья возвышались над нами, достигая своего участка неба. Мороз цеплялся за их тени, делая их белыми в тех местах, куда еще не добралось солнце.

Западная тропа также приведет нас к противоположному берегу деревни. У меня была возможность несколько раз встретиться с людьми из деревни Форклак. Они приходили каждую неделю, чтобы сделать случайную работу вокруг казарм и конюшен, но я все еще не знала, как говорить с ними.