Драконий бог Нары
Шрифт:
– Почем мне было знать?! И что это ты мелешь про “на самом деле”? Юзуру это Юзуру!
– Естественно, только я не о том…голова садовая, я тебе разве не говорил?!
– Эй, зашикивараши, хвать меня садовой головой обзывать!
– Кто это тут зашикивараши? А пошло оно все, ублюдочный тигр!
– Что-что ты сказал?!
– Ну если ты не понял про тигра, как насчет никчемного…!
– Т-т-т-ты сволочь! Не смей меня так называть!
Бииип бииип!
Светофор переключился на зеленый, и машина позади разрывалась нетерпеливым гудком. Парни одновременно развернулись и заорали:
– ЗАКРОЙСЯ!
Чиаки газанул. Некоторое время они ехали в молчании, дуясь друг на друга.
– А ты… - Чиаки первым нарушил тишину, - до того, как запечатал память, знал, кто такой Нарита.
– …?
– И если б ты ее не запечатывал, то знал бы и то, что Косака имел в виду под “угроза всем Шести Мирам”.
Такая изменился в лице:
– Угроза…Шести Мирам?
– Ты ведь поэтому с Наритой, что знал это, так ведь? Поэтому ты переродился рядом с ним?
– Постой-ка, - хрипло проговорил Такая и невольно подался вперед.
– В смысле? Ты про что? Что значит, угроза? Что, ты говоришь, Юзуру?
– …
– Я переродился недалеко от Юзуру, потому что знал об этом?! В смысле, я забрал это тело…совершил каншо над Оги Такаей из-за Юзуру?
– Кагетора, - перебил Чиаки.
– У меня нет рейса, как у Косаки. Но в Сэндае та сила, то как Нарита вдруг изменился… Если верить Масамунэ, возможно, это был его истинный облик, проявившийся из-за мантры.
– Истинный облик Юзуру?
– Причем невероятно опасный.
Такая сверлил взглядом собственные колени.
– Ну…не знаю. Не знаю, про что ты там говоришь. Что ты пытаешься мне втереть?! Что Юзуру…да что он такое…?!
Чиаки равнодушно глянул на Такаю:
– И правда, совсем ничего не помнишь.
– А…
Слова Чиаки взвинтили Такаю.
– Что значит…я знаю?
– Кагетора…
Такая потер висок:
– Что ты мелешь?! Да ничего я не знаю! Что с Юзуру?! Ты говоришь, что я знаю… В смысле?!
– Кагетора, угомонись.
– Вы, парни, всё про что-то говорите, а я ничего не понимаю! Где моя память? Как, черт возьми, мне ее вернуть? Если я не помню нихрена, то значит, в один прекрасный день просто все вспомню, так что ли?! Так оно будет…?!
Чиаки нажал на тормоз. Припарковавшись около бордюра, он включил аварийные фары, медленно развернулся к Такае и тихо спросил:
– На самом деле ты ведь уже начинаешь вспоминать, правда?
– …!
– Не потому ли тебе утром кошмар приснился?
Этот сон…
Такая вытаращил глаза.
– Так это…
– Пусть и не это, но ты помнишь, как совершать тебуку, да? Смог сделать, еще до того, как сообразил, что именно делаешь, пускай и не представлял, что подобное возможно. Не это ли называется “вспоминать”?
Такая прикусил язык. Чиаки навалился на руль и впился взглядом в Такаю:
– Ну, это ведь не конец света, ничего такого. Просто попомни мои слова, Кагетора…
– …
– Все ответы в тебе. Все, что хочешь узнать ты, и все, что мы хотим знать - у тебя уже есть все ответы.
Чиаки перевел взгляд на дорогу.
– …не убегай.
– …
И машина плавно тронулась с места.
*
Путь от Нары до Тэнри занял минут тридцать. Город Тэнри был известен тем, что являлся родиной Тэнрикё(4); он развивался вместе с религией, в честь которой его и назвали. Разновеликие домики, построенные для паломников, которые стекались сюда со всей страны, заполняли город - целые сотни домиков.
Прослышав, что огненные шары часто появляются именно здесь, Чиаки и Такая остановились перед станцией и выбрались из автомобиля.
– Уверен, что сгоревший дом где-то здесь. Кто на очереди?
– Но они ведь не появятся в разгаре дня, так?
– Пожалуй. О, а почему бы нам не спросить у дяди полицейского?
– У полицейского? Эй, стой, Чиаки!
Но Чиаки уже подошел к полицейской будке.
– Пардон, не могли бы вы подсказать…
– Издеваешься…
Такая остался ждать около машины. Поток детей тек из контрольного турникета. Верующие собирались, чтобы принять участие в паломничестве “Возвращение в Высшее Святилище”, а так как на дворе стояли летние каникулы, то со всех уголков страны прибывали и их дети. На станции устроили праздничную встречу с актерами, переодетыми в животных. Шум стоял страшный.
“Ну и жарища…”
По голове как молотком било. Такая закрылся рукой и искоса глянул на сияющее солнце. На капоте Леопарда можно было омлет зажарить; Такая неосторожно оперся об него и немедленно отскочил. Гигантские кролики на станции приветственно размахивали лапами.
“Уф, это ж кем надо быть, чтоб париться в этаком костюме.”
Он все еще сочувственно смотрел на кроликов, когда вернулся Чиаки.
– Все ясно. Поехали.
– Он тебе все рассказал?
– Ты же знаешь.
Они снова забрались в машину. Леопард, взвизгнув шинами, рванулся вперед и, развернувшись, выехал к терминалу.
– Сгоревший дом еще ниже по дороге. В окрестностях местечка Янагимото.
– Ты-то ладно, но хотя б машину побереги, - проворчал Такая, ушибив голову о стекло.
Пропустив его слова мимо ушей, Чиаки продолжал:
– Похоже, шаров здесь предостаточно. Он сказал, что они появляются ближе к вечеру и мы можем даже увидеть один, если повезет.
– Ну ты и бесстыжий: спрашивать дорогу у копа, когда прав нету.
– А что такого?
*
Вскоре они прибыли к месту пожарища - местечко Янагимото, окраина Тэнри. На землях этих осталось множество древних могил, среди них и императорский курган Сюдзин(5). То, что осталось от дома, находилось в стороне, недалеко от автобусной остановки.
– Не хило. Его сплющило, как спичечный коробок.
Черные обожженные балки лежали на земле. Лишь каким-то чудом владельцу дома удалось выбраться целым и невредимым, но грандиозный размах пожара показывал на то, что простой шаровой молнией тут дело явно не ограничилось.
– Что ж, посмотрим, с кем здесь можно поболтать, - проговорил Чиаки, озираясь.
Рядом располагалось несколько магазинов. Заметив перед одним из них пожилую женщину (на вид ей было за пятьдесят), Чиаки немедленно направился к ней.
– Простите…
“Вот нахал…”
Такая неохотно присоединился. Заслышав Чиаки, женщина одурело распахнула глаза:
– Конечно, к вашим услугам.
– Ну, дело в том, что мы собираем материал для статьи. Не ответите ли на парочку вопросов?
– Чиаки продемонстрировал потрепанную визитку.