Чтение онлайн

– Нет! – неожиданно воскликнула она.

– Нет?

– Я у Макса от скуки в ванной часа два просидела. Вся скукожилась от воды уже. Ты же не хочешь, чтобы я скукожилась?

Ну вот и что ей ответить? Что у него рядом с ней не то что не скукоживается, а наоборот, все очень стремительно расправляется и твердеет, и что он не железный?

– Что с Ленор? Не появлялась? – Валентайн постарался переключить мысли на другую тему.

– Нет, уснула. К счастью.

– Об этом тоже надо подумать, – больше себе, чем ей, напомнил он. – Ладно, счастье мое, я в душ, а ты собирайся.

Вслед за сильным напряжением, как всегда бывает, нахлынула усталость. Единственное, что пробивалось даже сквозь нее – это желание, сумасшедшая жажда этой невероятной притягательной женщины, поэтому когда на словах «счастье мое», Лена отвела взгляд, Валентайн наклонился, коснулся губами ее губ и все-таки быстро направился в душ.

Люциан Драгон

Если твоя жизнь в какой-то момент превратилась в драконий навоз, глупо рассчитывать, что за один день все изменится. Глупо, но он попался. Потому что действительно поверил в то, что к нему могла прийти Лена, что ей не все равно. Поэтому же сейчас, направляясь в гостиную в доме Драконовых, он пребывал в оглушенном состоянии. Примерно в таком же, в каком пребывал, после того как его долбануло боевым заклинанием на полигоне, а он не совсем корректно рассчитал параметры щита. Наверное, так было лучше: анестезия ему сейчас была просто необходима, и вот такое вот состояние отключало все, что в нем еще отключалось.

В частности, осознание того, что на самом деле произошло.

Память об этом.

Чувственные ощущения обладания самой желанной женщиной в мире… которая оказалась вовсе не той.

София Драконова, то есть Соня Драконова, или кто она там, вошла в гостиную уже в академической форме. Вся такая идеальная, как обычно, и первым ее вопросом было:

– Ты же должен быть в гарнизоне?!

– Я тоже рад тебя видеть, – Люциан потер переносицу. – Давно ты знаешь, что в теле твоей подружки живет две личности?

– Что?

Драконова выглядела ошарашенной. Настолько, что впрямь подозревать ее в классной актерской игре, но… нет. Они слишком долго дружили, и сейчас Люциан понимал, что она тоже не знала. Ее лучшая подруга тоже об этом не знала. А кто знал? Ну тут и так все понятно. Привет, Валентайн Альгор.

– Ничего. Веселенькая информация, правда? – Люциан тяжело упал на диван.

Голова шла кругом, но не буквально. К счастью.

Соня приблизилась, присела на краешек дивана рядом с ним.

– Что произошло, Люциан?

– О-о-о-о, что произошло… – поймав себя на грани смешка, Люциан проглотил сарказм и улыбку. – Мы переспали.

– С кем? – Глаза у Драконовой стали еще больше.

– С Ленор. Которая в теле Лены. Хотя вообще-то все наоборот, но драх его знает.

Какое-то время Соня просто моргала, и он позволил ей помолчать. В конце концов, в нем тоже не осталось слов, когда он узнал правду. Вот эту вот правду – о том, что все, что говорили любимые губы вчера: «Не уезжай, останься, ты мне нужен…» – оказалось словами дурной девчонки, которую он никогда не воспринимал всерьез. Но главное, что он так хотел верить в то, что у Лены к нему тоже есть чувства, что готов был поверить даже в эту фальшивку. В то, что она действительно уйдет от Альгора, что она все обдумала, что ей наплевать на все проблемы, что она не хочет его терять.

Ее тело в его руках так откликалось на ласки, было таким податливым, а еще настолько желанным, что он просто потерял голову. Утром нашел, правда. С отрезвляющими словами: «Это была не я!»

– То есть как? – переспросила Соня осторожно, когда пришла в себя.

– А я знаю? – Люциан запустил пальцы в отросшие волосы. – У вас же все, к драхам, невероятно сложно. Она сказала, что Ленор все еще жива. И что именно она заявилась ко мне вчера вечером.

– О-о-ох, – только и сказала Драконова.

Да уж. Примерно так же можно было бы выразить и его чувства, но Люциан промолчал. Ему хватило звенящих в ушах собственных стонов и рычания, стонов выгибающейся под ним девушки, которые до сих пор эхом били по сердцу.

– А… Лена? Что с ней? Где она?

– Где-где… где она может быть? Валентайн Альгор ее трахает, вот там она сейчас и…

– Люциан! – голос Сони прозвучал жестко, как пощечина. – Ты блин хотя бы раз можешь подумать о том, что больно не только тебе? Ей тоже больно!

– Ей?! – он усмехнулся, подавив внутри детский вопрос: «А кто подумает обо мне?» – Учитывая, как легко она меня послала и попросила открыть портал…

– Окей. – Соня сложила руки на груди, сверкнув глазами. – А что бы сделал на ее месте ты?

– На ее месте?

– Ну да. Представь, ты проснулся рядом с девушкой, ничего не помнишь… а нет, давай лучше так. У тебя отношения с лучшей из девушек, которую только можно представить, а просыпаешься ты рядом с другой, при этом нифига не помнишь.

– Как-то раз я так проснулся с тобой.

Соня закатила глаза, а Люциан сжал кулаки. Неизвестно, что царапнуло больше – вот это вот «с лучшей из девушек» – значит, и Соня считает Альгора наилучшим для Лены вариантом, или то, что он опять оказался крайним.

– Знаешь, София, – сказал он, поднимаясь. – Изо всех друзей, которые у меня были, остались только сестра и ты. Но Нэв еще слишком мала, чтобы с ней говорить о таком, а к тебе я пришел не то чтобы за поддержкой. Просто поговорить. Мне совсем точно не нужно было слышать, что я опять думаю только о себе, даже если это так. Хотя бы раз, хотя бы от кого то, просто всего лишь раз мне нужно было услышать: «Люциан, я с тобой». Но это, судя по всему, не про меня. Или не про нас.

– Считай, что я плохая подруга, – Соня поднялась вслед за ним, – но у Лены очень непростая ситуация. Я, если честно, не могу даже представить, что она сейчас чувствует. И если бы ты, Люциан, задавался такими вопросами, если бы ты хоть раз задал такой вопрос ей – потому что за всей ее защитой она удивительно нежная и бесконечно добрая – возможно, сейчас тебе не пришлось бы ревновать к Валентайну Альгору. Насчет хотя бы раз – ты можешь прийти ко мне всегда, а не раз. Но я не собираюсь выбирать между вами и принимать чью-то сторону. То, что вы там наворотили вместе – не мое дело. Я готова тебя поддержать, но я не готова слушать грубости в отношении Лены. Точно так же, как я не стану слушать, если она вздумает обругать тебя. Вы оба дороги мне, понимаешь?

Она помолчала, словно подбирая слова, а после продолжила:

– Мне жаль, что все получилось так, как получилось. Но думать о чувствах других – это важно. Даже когда очень больно. Особенно если эти другие тебе дороги.

Люциан хмыкнул.

– Спасибо за лекцию, но мне пора. Я и так опоздал на построения.

– Мог не опаздывать, – жестко ответила София.

И он, пренебрегая всеми правилами этикета, просто открыл портал из драконовской гостиной к себе. А после, подхватив сумку с вещами – туда, где должен был пройти ближайший год его жизни минимум. Туда, где не будет ни Лены, ни Альгора, ни даже этой драховой моралистки с ее советами. Пусть они все здесь дружно разбираются сами. Со всем.