Чтение онлайн

Я деликатно, оправляя юбки и изображая кокетливое смущение, встала, хотя на самом деле ничего подобного не чувствовала. В моих действиях была сдерживаемая решительность. Сейчас меня как никогда переполняли энергия и желание немедленно действовать, но в чужих мирах выживает тот, кто умеет терпеть и выжидать. Этот урок я выучила крепко.

Этикет двора требовал притворяться женственной и слабой, и я готова была изобразить из себя самую изможденную даму в Корнуолле.

Поэтому я позволила деликатно прикрыть себя плащом с чужого плеча, даже не обращая внимания на того, кто укрывает меня. Безропотно села на дракона и позволила отвезти себя в личные покои. Ничего не замечая по дороге, я строила планы на будущее, и с каждым взмахом драконьих крыльев оно казалось мне все замечательнее.

***

Марафон страсти начался задолго до наступления истинного полнолуния, но Дрейка Дайера это не волновало. Стоило луне чуть-чуть округлиться, как рано утром я была разбужена вошедшим в меня фаррийцем.

Я настолько привыкла к подобным утренним пробуждениям, что, не задумываясь, расслабилась. Прекрасно осознавая, что впереди меня ждет только бездна наслаждения.

В любовных играх я находила так необходимое мне успокоение и вполне себе действенное лекарство против стресса, хотя каждую встречу с Дрейком Дайером нельзя было назвать спокойной. Любые, даже самые скромные, ласки были полны непредсказуемости, опасности и огня.

Но вопреки всему, стоило фаррийцу завершить свой сеанс необузданной страсти, я чувствовала это магическое успокоение.

Вероятно, в этот раз драконьер изображал из себя змея-искусителя из райского сада, потому что, обившись вокруг меня, будто питон, соблазняюще медленно скользил во мне.

Еще не до конца проснувшись, лежа на боку, я испытывала невероятное наслаждение, когда драконьер вкрадчиво, будто гусеничка, проникал внутрь меня и так же завораживающе выходил.

Этот мужчина решил сначала соблазнить меня райским удовольствием, а потом сожрать, как адский голодный зверь.

За исход встречи «удав против кролика» я не волновалась, голод победит притворство, и Дрейк Дайер не удержится от соблазна, показав свою огненную натуру, все закончится бешеными скачками, после которых я растекусь лужицей по постели и несколько часов не смогу встать.

Как я и ожидала, удав не совладал со своей пылкой натурой и в конце концов проглотил кролика. Приятно было осознавать, что я изучила взрывную натуру этого мужчины.

Я обессиленно лежала в объятиях фаррийца, ощущая, как по ноге стекает доказательство его неподдельной страсти. Стесняясь, я стерла рукой предательские ручейки и, боясь взглянуть в глаза, прошептала:

– Если вы и дальше продолжите так делать, вскоре мы не сможем этим больше заниматься. – Я много раз была с драконьером без одежды и в самых развратных позах, но до сих пор невероятно стеснялась. Но теперь, когда мне пришла в голову мысль о том, что драконьер так усиленно старается, потому что желает зачать ребенка, вопрос, что будет или что делать, если я все-таки залечу от фаррийца, не давал мне покоя. Мое осторожное предположение было выстрелом наугад, но драконьер не был дураком и догадался, о чем идет речь.

– Об этом ты должна волноваться в самую последнюю очередь, – отмахнулся от моих слов Дрейк Дайер. После секса он превращался во вполне себе нормального человека, а не фаррийскую скотину, правда, ненадолго.

Сейчас драконьер, как всегда, встал первым, оставив меня нежиться в постели. Я знала, что он позаботится о том, чтобы служанка принесла мне чаю или чего-нибудь перекусить. После секса драконьер всегда был внимателен и заботлив, но не терпел, когда ему перечили.

И поэтому по его неукоснительному приказу я останусь в постели еще какое-то время, хотя бы до того момента, пока он не оденется и не уйдет, тем самым выпустив меня из-под своего неусыпного надзора.

Дрейк Дайер всегда настаивал, чтобы после наших с ним марафонов я даже и не думала напрягать себя, пока не отдохну. Будто я нездорова или больна от секса какой-то хронической слабостью. Я, не желая скандала, послушно выполняла приказ, даже если меня переполняли силы и я могла скакать, как антилопа.

Выполняла, пока он имел надо мной власть. Может быть, даже и хорошо, что фарриец считает меня за немочь бледную, так он скорее попадет под мое влияние и ослабит свое.

Но поскольку я все еще вопросительно смотрела на Дрейка Дайера, он не ушел сразу.

А выкинул штуку, за которую я готова была попытаться его убить и даже вызвать на драконью дуэль. Уверена, Черный Принц был бы со мной солидарен.

Фарриец энергичным движением подошел ко мне, присел напротив и взял в свои руки мое лицо так, что я не могла ни повернуть его, ни отвести от драконьера взгляда. Ладони сжимали так неистово, что я испугалась – сейчас фарриец раздавит мою голову как орех, но наездник совладал с собой и ослабил хватку, все так же не давая отвернуть от него свое лицо.

Мне приходилось смотреть прямо в пылающие яростью и страстью глаза Дрейка Дайера.

Взгляд драконьера был жесток, непреклонен и немного безумен, в нем пылал огонь и черной патокой текла всепоглощающая лава подчинения. Она обволакивала тебя медленно, подавляя, лишая воли, словно смола муху.

Когда драконьер убедился, что я в его власти, почти сдалась и не сопротивляюсь, он обрушил на меня всю ужасную правду.

– Я позаботился, моя хитрая и коварная чужестранка, о том, чтобы ты даже и не смела думать о подобном с другим мужчиной. Ты родишь от меня и только от меня, тогда, когда я скажу, что ты готова. Не раньше.

У меня отвалилась челюсть от такого заявления. Внутри поднялась волна возмущения. А еще я почувствовала во рту горечь разочарования.

Только драконьер показался мне нормальным – и на тебе, пожалуйста, снова в нем включился собственник и тиран.

Чисто из вредности и обиды я готова была начать рожать прямо сию секунду и много, словно кролик, из одного только чувства протеста, вспыхнувшего во мне. А еще душу сковал страх неизвестности.

Как это он позаботился? Когда? Каким образом? Зачем?

Но фаррийская скотина только улыбнулась, уже иной улыбкой сытого тигра и довольного собственника.

Фарриец, видя мое замешательство, торжествующе хмыкнул. Он оценивающе смотрел на меня сверху вниз, в нем вновь включился режим деспота. Непонятным мне образом я попала в его сети, но так и не могла сообразить каким же способом Дрейк Дайер добился этого. И как узнал о моих планах?

Я пребывала в непонятках, но не верить драконьеру я не могла, не в его интересах врать. Если он сказал неправду, решив меня обмануть, это ничем ему ее поможет. Я все равно буду пытаться обрести свободу от кого-либо. Даже если мне придется рожать от нелюбимого мужчины, хотя, я надеялась, что отчаяние не доведет меня до подобного состояния, настолько безвыходно нестерпимого, что я буду готова пойти на такие жертвы и приведу в этот мир маленький не в чем ни повинный комочек.