Драконы на каникулах
Шрифт:
— Синта, а кто такие эльфы и гномы? Милисента говорила, что они что-то охраняют. Это что? Такие специальные воинские подразделения, несущие сторожевую службу?
— Ага! — прыснула Листик. Она все слышала, хоть и была увлечена мороженым. Девочка, продолжая хихикать и поглядывая на Синту и Ирэн, добавила: — Эльфы — это такая специальная порода сторожевых людей, они…
— Листик! — Ирэн показала девочке кулак, а Синта пояснила:
— Эльфы и гномы — это расы разумных. В вашем мире их нет, но в других мирах они иногда составляют большинство населения.
— В других мирах? — удивился Грентон. — Как это? Мир один, в нем живут люди, правда, они бывают разных рас…
— Я дарк, темный эльф, — оборвала Роула Синта. — Ирэн — тоже. Мы дарки из клана эль Драконион, а раньше были в клане Мягко Ступающих, наемных убийц. Разве ты не видел — там, в переулке?
Девушка отстранилась от молодого человека, она смотрела на его удивление с какой-то горечью. Грентон привлек ее к себе и, обняв, сказал:
— Ты самая лучшая и самая красивая! И мне нет дела до всяких «ступающих», мягко или топая они там ходят. Ты — это ты!
Девушка не пыталась вырваться, наоборот, она прижалась к молодому человеку. Они обнялись, не обращая внимания на то, что остальные прекратили свои разговоры и смотрят на них.
У Милисенты во взгляде появилась какая-то грусть, она тихонько спросила у своей сестры:
— Листик, а ты веришь в любовь с первого взгляда? И так, чтобы на всю жизнь?
— Мил, — едва слышно ответила девочка, — мы драконы. А любовь между человеком и драконом всегда несчастлива. Моя мама… — Девочка запнулась. Ее губы задрожали. Милисента обняла сестру. Листик прижалась к ней, пряча свое лицо.
— Значит, так. Завтра утром Милисента и Листик идут к королеве за разрешением, остальные — снова по магазинам. Но будьте готовы, возможно, понадобится наша помощь, — подводя итог прошедшего дня, громко произнесла Тайша. Посмотрев на обнявшихся сестер, добавила: — Милисента, мечи к королеве не бери, а то та подумает, что это покушение. Ваш солиситор, наверное, решил, что вы его грабить пришли.
— Ага! — подтвердила повеселевшая Листик. — Так испугался, так испугался, что сразу закурил!
Элизабет Шетлэндская, королева Альбиона, довольно привлекательная девушка, сидела на скамеечке в небольшом садике. Этот садик, расположенный в одном из двориков огромного королевского дворца, был достаточно укромным местом. Именно за это садик и был любим королевой. Здесь она уединялась, здесь ей никто не мешал, охрана пропускала сюда только первого министра, лорда Глайстрона. Сегодня ее величество пришла сюда с утра, ночью она не могла заснуть и сейчас надеялась, что это ее любимое место принесет хоть какое-то облегчение. Королева потянулась, чтобы понюхать большую желтую розу, привезенную из далекой восточной страны (роза кроме неповторимой красоты обладала еще изысканным ароматом). Это движение вызвало у королевы приступ надрывного кашля. Элизабет приложила к губам кружевной платочек. На нем расплылось большое кровавое пятно. Еще недавно белоснежный, платок уже был покрыт множеством таких пятен. Королева страдальчески поморщилась, платок она сменила всего полчаса назад, когда пошла в садик. Лекари делают все возможное, но они бессильны перед прогрессирующей болезнью. Элизабет снова закашлялась, на этот раз приступ кашля был особенно сильным, настолько сильным, что на глазах у девушки выступили слезы.
— Ага! — услышала королева. Когда она вытерла слезы, то увидела перед собой рыжую девочку и девушку с пшеничными волосами. Они обе внимательно смотрели на Элизабет.
— Листик, давай за Ирэн, — сказала девушка, и та исчезла. Только что здесь стояла, и нет ее.
Королева не то что испугалась, но удивилась. Слегка удивилась. У девочки к поясу были пристегнуты большие ножи, а вот у ее спутницы никакого оружия не было. Появление этих девушек было мало похоже на покушение, вряд ли рыженькая собралась убивать королеву, а если и должна была это сделать, то сначала ударила бы, а потом уж исчезла. Но с другой стороны, эти двое каким-то образом проникли в хорошо охраняемое место, проникли с какой-то целью. Девушка с пшеничными волосами, до этого молча рассматривавшая Элизабет, словно почувствовав все эти не высказанные королевой вопросы, представилась:
— Милисента, королева Зелии. Так что мы с вами, ваше величество, коллеги. А у вас здесь довольно миленько, только слегка тесновато.
— Ага! — согласилась с мнением зелийской королевы появившаяся рыжая девочка, она держала за руку еще одну девушку. Вид этой девушки удивил королеву Альбиона по-настоящему. Нет, не цвет кожи, у жителей Черного континента кожа была еще темнее, эта незнакомка была, можно сказать, просто очень смуглой, Элизабет удивило то, что у смуглянки были острые уши, глаза с вертикальными зрачками и маленькие клычки!
— Вот, познакомьтесь, ваше величество, это рыжее чудо — моя сестра Листик, — представила зелийская королева девочку.
— Ага! — кивнуло рыжее чудо и поздоровалось: — Здрасте!
— А это — Ирэн, она целительница и моя хорошая подруга, — продолжила девушка с пшеничными волосами.
— Здравствуйте, ваше величество! — присела в безукоризненном книксене смуглянка и с бесцеремонностью, присущей всем врачам, скомандовала: — Снимайте ваш корсет, я должна вас осмотреть и послушать.
— Ага! — подтвердила команду лекарки рыжая девочка и, подскочив к королеве, стала быстро развязывать завязки и расстегивать крючочки ее платья. Девочка все это делала, приговаривая: — Ну чего замерла? Если доктора или разбойники говорят — раздевайся, то это надо делать быстро, промедление смертельно опасно!
— Почему? — спросила ошарашенная таким напором королева Элизабет, она была настолько удивлена, что не сопротивлялась.
— Потому что разбойники могут потерять терпение и пришибить, а так будут ждать, пока сама разденешься. Они же ленивые, а труп, ну того, кого они пришибли, самим раздевать придется. Ленивые, но нетерпеливые.
— Разбойники все такие? Ленивые и нетерпеливые? — Королева Элизабет никак не могла прийти в себя.
— Абсолютно все! — со знанием дела ответила девочка и пояснила: — Потому и разбойники, что работать не хотят, значит, ленивые! И хотят грабежом сразу как можно больше получить! Значит, нетерпеливые!
— А доктора? Тоже ленивые и нетерпеливые? — спросила Элизабет. Она осталась в одной нижней рубашке, девочка уже успела с нее все снять. Листик отошла в сторону, критически оглядывая королеву, как бы думая, оставить ее так или раздеть совсем.
— Листик, достаточно! — попыталась остановить девочку Ирэн, но Листик решила все же снять с королевы все и ухватилась за завязки рубашки, при этом объясняя той про докторов:
— Доктора вечно очень заняты, поэтому всегда спешат…
Произнося это, девочка справилась с последней завязкой и сдернула рубашку. Королева Элизабет, оставшись совсем без одежды, ойкнула и попыталась прикрыться руками.
— Листик! — хором закричали Милисента и Ирэн. — Сейчас же отдай обратно рубашку!
— Вот так всегда. Делаешь-делаешь добрые дела, а тебя за них потом ругают! — пожаловалась девочка королеве, но той было не до сочувствия, она, пытаясь прикрыться, с тоской смотрела на рубашку, которую держала отошедшая на три шага от нее Листик.
— Листик, отдай Элизабет рубашку. Это уж слишком! — строго сказала Ирэн.
Листик нехотя вернула рубашку, всем своим видом показывая, что в одежде — это не лечение, а так, баловство. Действия девочки и волнения, связанные с ними, вызвали у королевы новый приступ кашля. Рубашка, надетая обратно, окрасилась выплеснувшейся кровью. Ирэн укоризненно посмотрела на девочку и стала ощупывать Элизабет и прослушивать ее стетоскопом, который достала из своей сумки. Когда Ирэн закончила, все вопросительно уставились на нее, а эльфийка грустно покачала головой.