Драконы ночной смены
Шрифт:
Я затаила дыхание, как и все, ждала, а прожекторы показывали только двоих мужчин, стоящих в центре круглой арены. Я не знала, ждали мы выстрела или звука рожка, чтобы они начали убивать друг друга. Я ждала, едва дыша, чтобы случилось что-то, а арена задрожала, и все зрители снова обезумели.
— Что происходит? — закричала я поверх шума.
— Похоже, они меняют арену, — ответила Сибил, добавила на видео стрелку. — Смотри сюда.
Земля под ногами бойцов двигалась, кровавый песок скользил в стороны, открывая круглую платформу, которая вдруг стала подниматься в воздух. Это явно было задумано, потому что Ник и его противник не были удивлены. Толпа, с другой стороны, сходила с ума.
— Я знал! — вопил один из парней рядом со мной, ни к кому не обращаясь. — Они делают колонну! Они не могут дать Злому Псу провести чистый бой!
Как только он сказал это, я поняла, что он имел в виду. Платформа, на которой стояли бойцы, выглядела как колонна. Вершина поднялась так высоко, что два бойца были всего на дюжину футов ниже купола арены, почти на уровне моего дешевого сидения. Высота и небольшой размер круга — не больше тридцати футов в диаметре — ставили Ника в невыгодное положение. Если стиль его боя на арене не отличался от того, как он обычно сражался, Ник бился пистолетами. Он мог стрелять и вблизи, но каждый раз, когда мы оказывались в беде, он был увереннее, когда между ним и врагом было хоть какое-то расстояние.
Больше шансов на это не было. Если они не хотели спрыгнуть с края и упасть на землю в сотне футов внизу, они были заперты на платформе, и бой на земле стал матчем в клетке в воздухе. Это было плохо для Ника с его пистолетами, но, судя по двум большим топорам за спиной противника, он бился вблизи и получил преимущество. Если бы бой был на земле, как выглядело изначально, Ник мог бы оставаться на расстоянии от него и стрелять издалека. На маленьком пьедестале бежать было некуда, и Ник был в опасности. Судя по гулу голосов под куполом, зрители, которые поставили на Ника, понимали теперь, в какой ситуации он оказался.
— Умно сделать это после того, как принятие ставок закрыли, — отметил отец, невольно заинтересовавшись. — У твоего преступника есть что-то, кроме пистолетов?
— Можешь перестать звать его преступником? — рявкнула я, скрывая дрожь в голосе гневом. — И Ник будет в порядке. Он находчивый.
— Даже находчивым нужен материал для работы, — парировал отец, указывая на маленький круг. — Там мало места для движения, земля тоже опасна, так что я не вижу шансов на победу.
Я была так занята, глядя на Ника, что не смотрела на землю. А теперь взглянула и выругалась, увидев, что папа был прав. Пока колонна поднималась, работники выбежали из боковых дверей, потянули за собой нечто, похожее на большие металлические неводы. Когда они стали растягивать сети на земле, я поняла, что это были не неводы. Это были шипы.
Вся арена была покрыта восьмиугольной сетью проволоки с шипами, вот только проволока была стальным кабелем, а шипы были металлическими копьями в два фута длиной. Они были не так близко, чтобы нельзя было пройти, но если упасть с колонны, шипы точно пробьют несчастного. Если добавить, что падение будет с высоты в сто футов, толчок с высоты приведет к мгновенной смерти. Противник Ника собирался использовать это преимущество.
— Похоже, твоя удача закончится сегодня, Злой Пес! — завопил он, указывая на шипы. Когда толпа зашипела и завыла в ответ, бледный великан показал им грубый жест. — Стоило быть умнее, когда делали ставки! — крикнул он им, его лицо со шрамом исказил оскал. — Его смертные ноги не выдержали бы падение и без тех шипов! И его оружие бесполезно против этого, — он постучал бронированными кулаками по груди, металл под его футболкой звенел как гонг. — Слышите? Весь мой торс покрыт прочной сталью! У вашего пса нет шансов!
Дразнить зрителей в СЗД было ужасным ходом. Да, выстрелы зазвучали с трибун, злая толпа обиделась, но одна пуля, которая попала по цели, отлетела от груди мужчины, доказывая его слова. Пуля смялась, и я скривилась, потому что великан был прав. Я знала, что бой не будет честным, ситуация была создана для убийства Ника. Я хотела верить, что они просто сделали вид, что Ник вот-вот проиграет, чтобы нагнать драмы, но я могла думать лишь о том, как удивилась, что Геймскипер попросил только пять боев. Я думала, что количество было низким, но это если считать, что Геймскипер хотел выгоды. Если он хотел смерти Ника, то пяти боев хватит, особенно, если все были такими.
— Он умрет, — застонала я.
— Не спеши сдаваться, — упрекнул меня отец. — Ты выбрала этого мужчину. Хотя бы верь своим суждениям.
— Но там мало места! И топоры того парня по четыре фута длиной! Ник не сможет уклоняться от них, стреляя, а если споткнется, ему крышка.
— Как и его противнику, — Ён опустился на уровень моих глаз. — Смотри.
Он указал на кибервеликана, который усмехался гудящей толпе, словно не мог насытиться их ненавистью.
— Очевидным ходом было бы дать великану броситься, поставить ему подножку в последний миг, чтобы он улетел за край. Но, хоть этого хватило бы против простого врага, этот мужчина — опытный боец. Несмотря на его ужасное поведение, он выживает, делая это, значит, очевидные ходы не сработают. Твой человек такой же, так что они примерно наравне. Они оба уже знают очевидные ходы и ответы на них, значит, им придется пробовать что-то оригинальное для победы. Бои между экспертами потому и интересно смотреть. Они могут быть изобретательными.
Я в ужасе посмотрела на отца.
— Не говори, что тебе это нравится.
Ён пожал плечами.
— Я смотрел на бои людей тысячи лет. Сложно найти то, что я еще не видел, и мне интересно, когда я нахожу такое, — он нахмурился. — Жаль, это место низкого класса. Тот, кто устраивает бои, понимает, что делает сражение интересным. Любые два идиота могут убить друг друга, но нужно умение, чтобы сделать бой драматичным.
Я издала звук отвращения. Я не хотела слушать похвалу для этого ужаса, где жизнь Ника могла оборваться ради драмы. Было неприятно слушать комментарий отца, хотя от его слов мне стало лучше. Папа ненавидел Ника, так что если он думал, что у него был шанс, у него мог действительно он быть.
Помогало то, что Ник не выглядел тревожно. Он казался смущенным, стоял на краю своей половины круга, задрав плечи, словно не мог дождаться конца. Это не была поза того, что думал, что умрет, и я старалась успокоить себя, когда зазвучал рожок.
Хоть отец сказал, что противники должны знать лучше, первым делом великан бросился. Он побежал на Ника с обоими топорами, почти умоляя его уклониться. Так сделала бы я, если бы он бежал на меня. Отошла бы с дороги, чтобы великан рухнул насмерть.
Но потому Ник был профессионалом, а я — нет. Он не сдвинулся, и через миг я поняла, почему. Великан, казалось, бежал на него, но я видела на экране список киберчастей его тела. Его ступни были кибернетическими, и камера дрона показала близким кадром выдвижные шипы в его пятках, которые позволяли ему впиваться в поверхность платформы. Если Ник попытается шагнуть в сторону, великан вонзится шипами и с разворота ударит топором по открытой спине Ника.
Ник понял это раньше меня. Он не только не двигался, а сжался, опустился на корточки и сжал край платформы за собой одной рукой. Другая ладонь сжала большое ружье на его спине, он снял оружие через плечо.
Судя по его позе, он планировал выстрелить великану в лицо. Но я снова ошиблась. Ник даже не направлял ружье на противника. Он прицелился в пол, сжал крепко край платформы и выстрелил в металл под его ногами.
От выстрела песок, оставшийся на платформе, поднялся облаком. Пыль закрыла камеры на пару секунд, а потом заработали их фильтры, но даже когда я смогла снова видеть, я не знала, что произошло.
К счастью, в отличие от других сражений Ника, в этот раз помогал профессиональный комментатор. Через секунды после выстрела ведущий сообщил, что ружье Злого Пса было заряжено не простой дрожью. Он стрелял пулями размером с кулак, пробивающими броню. Он попал по платформе, которая, видимо, использовала гироскоп для стабилизации. Я поняла последнее сама, потому что пуля Ника пробила гироскоп, и вся платформа накренилась сильно в сторону, уже не уравновешивала вес двух бойцов.