Драконья Десница
Шрифт:
на алтаре.
Луч света яркой вспышкой вырвался из центра алтаря и залил всю комнату. В этот же момент все отчётливо расслышали далёкое рычание Дракона, раскатом прокатившееся над Столицей, а может быть, и над всем королевством Гратия.
Затем всё стихло.
– Кажется, великая магия свершилась, – предположил Дэймон, глядя из окна, как на улицы Столицы высыпают людишки.
И в этот момент каждый из них почувствовал нарастающую вибрацию, словно сам воздух стал наэлектризовываться.
– Что это такое?! – воскликнул Еврипид. Он был полностью ошарашен и ничего подобного даже не ожидал.
– Быстрее, всем на улицу! – скомандовал Король, и они спешно стали спускаться из этой башни, ощущая, как нарастает дрожь воздуха, а когда они выскочили из Драконьего Храма на площадь, им стало понятно, что дрожит сама земля, словно брусчатка ходит ходуном у них под ногами.
К тому же появился какой-то звук. Что-то вроде страшного нарастающего гула.
– Смотрите! – закричал Деимос и показал рукой на небо.
Все, даже Король, выглядели в этот момент гораздо моложе своих лет, и восторженно посмотрели туда, куда указал начальник гвардии. И посмотреть стоило: на небе появилась голубая полоса, стремительно разрезающая его пополам от самого горизонта. И приближающаяся к ним.
По периметру площади стали собираться вояки, абсолютно не понимающие, что же происходит. Если бы эти люди когда-нибудь видели кометы, они сразу бы подумали, что сейчас по небосводу несётся именно комета.
Гонец, прибывший из пограничного городка, уже тоже стоял на улице и наблюдал за происходящим.
Так или иначе, когда гул достиг своего пика, эта голубая полоса оказалась как раз над Драконьим Храмом, а затем стала резко снижаться и через несколько секунд яркая вспышка поглотила всё вокруг. Гул сменился грохотом, а дрожь земли показалась в одно мгновение настоящим землетрясением, от которого сейчас всё разрушится.
И перед Драконьим Храмом, прямо в центр площади что-то рухнуло оглушительным раскатом, разметав камни и подняв в воздух клубы пыли, как будто это что-то проломило площадь и даже слой земли.
Все затаили дыхание, полностью шокированные. Даже сам Король на какое-то время опешил, вглядываясь в рассеивающуюся пыль.
– Я вижу его, – неожиданно прошептала Фелиция, завороженная происходящим.
Некоторые солдаты, доселе стоявшие поодаль, неуверенно стали подходить к месту падения, и в этот же миг из пробоины площади и облака пыли кто-то выпрыгнул.
Прыжок был настолько мощным, что его автор приземлился чуть ли не в метре от Короля и военачальников, из-за чего последние отшатнулись назад и вперили изумлённые взгляды в того, кто предстал перед ними. Это было невероятное зрелище.
Перед ними возвышался огромный минотавр, пышущий какой-то внеземной силой. Он был на голову выше и в два раза крупнее любого из королевских гвардейцев.
Первое, что бросалось в глаза при взгляде на него: тёмно-коричневая бычья голова, увенчанная двумя острыми рогами и чрезмерно мощная шея. Фелиция подумала, что с разбега ударом лба он мог запросто убить какого-нибудь преступника или даже пробить крепкую стену.
Одет минотавр был в чёрную кирасу с узорами, что надёжно защищала широченную грудь и спину. На его плечах были натянуты наплечники, усыпанные шипами, а на локтях – такие же шипованные налокотники. Огромные бицепсы и бугрящиеся мышцами предплечья, обтянутые сеткой вен, выдавали в нём поистине ужасающую силу. Быть может, он даже был способен порвать толстую якорную цепь.
На ногах у минотавра были тёмные поножи и кожаные сапоги с железными носками. Один удар таким сапогом мог покалечить любого противника.
А вот к узорчатому железному поясу, закрывающему не только талию минотавра, но и верхнюю часть бёдер, была приделана чёрная перевязь с широким топором с одной стороны, и кобура со здоровенным револьвером – с другой.
За спиной у минотавра виднелся огромный арбалет, словно он был сделан для охоты на исполинских чудовищ или каких-то гигантских демонов. А на левом плече у него висел обычный тряпичный мешок, возможно, наполненный патронами к его большущему револьверу.
Перед витязями стоял совершенный воин, доселе невиданный никем из них.
– Мира дому твоему, Вазилис, – произнёс низким голосом минотавр. – Я услышал твой зов и прибыл сразу же. – Он чуть поклонился Королю.
Этот воин был настолько величественен, что все витязи, стоявшие за Королём, тоже стали нервно кланяться ему в ответ.
– Здравствуй, Таурус, – ответил Король и отвесил лёгкий поклон рыцарю. – Где же остальные звёздные воины?
– Они сейчас прибудут, не беспокойся, – ответил Таурус и в этот момент снова послышался приближающийся гул. Но в этот момент он был немного тише, да и дрожи вибрации в воздухе практически не чувствовалось.
– Вот, я слышу Вирго. Она мягка словно южный ветер и быстра будто молния. – Произнёс Таурус и посмотрел на небо.
– Андреас, – обратился Король к своему стражнику, – пусть гонцы разнесут весть по Столице, чтобы ни один человек не боялся прибытия наших верных друзей, а то я вижу, что народ уже волнуется.
Тот сразу же исчез: слово Государя было для него законом более чем для остальных, ибо их связывала особая история.
Тем временем гул уже был над Драконьим Храмом, а спустя несколько секунд, под крики «Берегитесь!» со стороны высыпавших на площадь солдат, сюда упал второй воин отряда Зодиака.
Как и сказал Таурус, она была «мягка словно южный ветер», поэтому не пробила площадь насквозь, а просто кубарем прокатилась по её поверхности, оставив глубокую борозду в брусчатке.
– Я же тебе говорил уже тысячу раз, – повысив свой утробный и басистый голос, начал Таурус. – Старайся приземляться на ноги, тогда ты не будешь кататься так по земле каждый раз, когда мы появляемся в Гратии.
– Хорошо, учитель, впредь я постараюсь падать вниз подобно камню, – послышалось в ответ. Голос был женский, но громоподобный, далеко не нежный. Таким голосом может говорить человек, прошедший тысячи кровавых битв.
И скоро к ним подошла девушка, похожая на какую-то чёрноволосую фурию. Волосы у неё были необычно острижены: не очень длинные на висках и затылке, но с густой чёлкой спереди, закрывающей часть лица.
Эта воительница по виду была самим воплощением ярости. От одного взгляда на неё у Деимоса начался трепет в груди: такой концентрации женской суровости он ещё не видел.
Вирго была рослой и крепкой, довольно высокой, пусть и не такой махиной, как Таурус. От остальных женщин её отличало всё: как лютый убийственный взгляд, так и внушительная фигура.