Чтение онлайн

— Хорошо, — не споря и не слушая дальше, я поднялась и вышла из кабинета.

В двери обернулась: Реми так и не пришёл.

Хоть бы всё у него было хорошо. Не знаю, что задумал Корвин, но…

Нет. Не могу думать о Корвине сейчас. У меня слишком мало времени.

На выходе ко мне подступил беловолосый телохранитель.

"Отдам её Орсу", — всплыло в памяти.

Я покосилась на парня, тот поймал мой взгляд и отвёл глаза. Смутился?.. Что-то ко мне испытывает? Или его смущает то, что он меня обманул?

— Где сейчас Танита?

Пожалуйста, ответь мне правду, — мысленно взмолилась я. — Мне больше не к кому идти за ней.

— В подземелье Дворца Дальсаррхов.

— Что ей грозит?

— Идет следствие, — расплывчато ответил Орс.

— Вы уже выяснили причину, по которой она… пыталась…

— Вас убить? — он закончил за меня. — Нет. Только подозреваем.

— Что подозреваете?

— Ненависть к нам.

Как банально.

Но Орс пояснил подробнее:

— Её настоящее имя — Тинати Лийамар. Да и это ещё неточно. Пока отследили лишь последнюю справку, которую она предъявила в паспортном отделе при утере документов. Легкое внушение паспортисту, и вот у нас другая девочка. Немного старше своего возраста.

Крылатые! Она, в самом деле, малышка!

— …то есть, она не просто так оказалась студенткой Академии. Она сюда стремилась.

Чтобы убить нас? Не слишком ли много сложностей?

— А сама она что говорит?

— Она молчит.

— Не верю! Вы же менталисты…

— Она тоже.

Я поморщилась. Какова вероятность того, что простая девочка сможет противостоять ментальной атаке того же Асандра Дальсаррха? Оно точно стремится к нулю.

— Но… как? Как такое возможно? Откуда среди плебеев могла появится такая одаренная девочка? Среди них ведь вообще не бывает одаренных!

— Не совсем, они иногда рождаются у простых людей, но недолго остаются… — начал Орс, и я посмотрела на него с таким ужасом, что он закашлялся. — Кхе-кхе, плебеями. — Соверг помассировал горло: — Они недолго остаются плебеями, чаще всего их сразу принимают в род патрициев. Хотя есть одно место, где… — Орс встрепенулся и посмотрел на меня, как мне показалось, с укоризной. — Расспроси лучше Корвина. Ему никто не запретит ответить тебе правду.

— Но ведь Правитель разрешил это сделать тебе, — я выделила последнее слово.

— Всю что мог — я уже рассказал. Даже немного больше.

А я убедилась в верности мысли о "правде раба".

Дальше Орс молчал, а вскоре сдал меня в руки Цербера и скрылся из виду. Отговорившись неаппетитом и усталостью, я закрылась в комнате.

— Расспроси Корвина, расспроси Корвина, бу-бу-бу, — бурчала я, меряя шагами расстояние от шкафа до окна, потом к кровати и так по кругу. — Словно у меня есть шанс с ним поговорить!

В лучшем случае, он меня быстренько освободит и мне придется бежать. В худшем — я его изнасилую, ибо мозг при нем отключается напрочь. Хорошо ещё, что последняя его демонстрация отношения ко мне немного меня отрезвила. Хоть на расстоянии от него голова варит терпимо.

Я поморгала правым глазом, вымывая попавшую в него соринку.

Да, соринку!

А поговорить с ним всё же нужно, и о Таните, и о плане действий на вечер, и о моём месте в нём.

Как же мне пригодилась бы сейчас автолетта, но, увы, волшебный конвертик сгинул в пропасти — я сжимала его в руке, когда свалилась в неё.

Если идти туда, куда почему-то тянет, можно столкнуться с ним, все дороги ведут нас друг к другу. Из-за метки.

Ну, допустим, тянет меня в окно.

Но под ним меня ждет Орс… хм.

— Орс! — я высунулась из окна по пояс, выглядывая телохранителя на улице.

— Что? — он появился внизу, прямо под окном. Любимую розу Цербера удобрял, что ли? Я подавила нервный смешок.

— Ты можешь с ним связаться? Мне нужно поговорить с ним. Лучше на расстоянии, — уточнять, о ком я, не пришлось.

— Я… передам ему.

— Хорошо.

Я спряталась обратно.

Удрать незаметно от Орса не выйдет, да и какой смысл? Куда потом идти?

Я присела на постель. Взяла карандаш и тетрадь.

Вывела букву "к". Зарисовала дочерна.

Написала "Танита Лимари". Зачеркнула и вывела "Лиямар Тинатин", по инерции дописав будку "н" в конце, как в имени няни Тин.

Замерла с занесенным карандашом.

"Островитянка", "она очень расстроится, если узнает об этом".

"Островитянка" — это не я?

Лиямар… Лийамарь Тинати. Сестры Тинантин и Маяхар Сойикалль. Мои няня и бабушка. Обе они с Архипелага Бурь, с Вольных островов.

Я сама, с тех пор как выяснила это, считаю себя островитянкой, стремлюсь попасть на Архипелаг.

Но в данном случае говорили, видимо, не обо мне.

Тани-Тинати — очень похоже, что тоже оттуда. Возможно даже, она выросла там. Вот откуда у меня появилось это чувство нежности и симпатии к едва знакомой девочке. Это — родство душ.

А ещё я действительно видела в ней незамутненную ненависть к драконам, тогда на физике, когда магистр Ларинье утверждал, что без драконов нам не выжить в следующей катастрофе, если она будет. В глазах Тани сияла такая же ненависть, как у няни Тин.

"Есть одно место", — сказал Орс и запнулся. А не договорил он явно: — "где одаренных в патриции не принимают".

Архипелаг Бурь. Вольные острова. Их жители — люди второго сорта для драконов. Те, кому въезд на земли материков запрещен.

В груди стало тесно от страшной догадки: если Тани островитянка, то её даже искать будет некому. Её спокойно можно использовать, подставить, а затем — уничтожить.

Зачем? Да хотя бы затем, чтобы раздуть скандал в прессе, и выставить островитян варварами.

Я тут же представила сенсационный заголовок в газете "Драконий вестник":

"Дикие островитяне посылают детей убивать детей!"

И на первой полосе — портрет большеглазой юной красавицы, испачканной кровью, в ошейнике, символизирующем принуждение, и с букетом незабудок в руках.

"Она пыталась хладнокровно убить своих соучениц. Но им повезло, драконы пришли на помощь!"

А что могли и не успеть — невелика потеря. Это не драконят со скалы сбрасывать. Людей — много.

"Людей слишком много", — я припомнила слова, сказанные кем-то из драконов на крыше, пока они думали, что я без сознания. Поморщилась, пытаясь понять, в каком контексте это прозвучало, но затертые и навязанные менталистом воспоминания путались, накладывались друг на друга, перемешивались, как каша в котелке.