Чтение онлайн

— К счастью… — выдохнула даже не подумав.

Дрогнула, опомнившись в тот же миг, но Аслахан проигнорировал, продолжая говорить все, чем собирался меня оттолкнуть от себя. Но все его аргументы были не важны. После всего пережитого, я не хотела любви, признания и праздной показной жизни. Мне бы хватило капельки уважения и свободы. Я хотела, чтобы во мне и моей семье больше не видели лишь инструмент. Лишь кусочек пергамента под ножкой королевского трона, что держит его в равновесии.

— Как все здесь решится, я покину столицу. Уеду в дарованные мне земли герцогства на окраине королевства, самые далёкие земли. Земли, граничащие по морю с королевством красных драконов. И я не планирую возвращаться. Там не будет той яркой столичной жизни, к которой вы привыкли. Там не будет дорогих вам людей. Будучи замужем за мной вы лишитесь многого, вы и сами должны это прекрасно знать.

— Вы разрешите мне видеться с семьей? Вести переписку? Устраивать приемы под вашей фамилией и выполнять хоть какую-то часть работы герцогини?

Аслахан не пытался скрыть удивления. Его глаза преобразились, становясь вновь обманчиво человеческими. Он слегка хмурился своим мыслям, и, пока искал ответы, мягко потянул меня в сторону кровати. Помог опуститься на мягкие перины и медленно убрал руки, будто борясь с собой. Распрямился, вновь заставляя чувствовать себя крошечной песчинкой, и мне пришлось задрать подбородок, чтобы посмотреть ему в лицо.

— Будучи моей женой вы сможете делать все, что пожелаете в тех рамках, которые даст вам новый статус, кроме одного. Я не потерплю вас в объятиях другого мужчины. Даже если вы родите мне наследника, плевать на допущения высшего общества. Подумайте об этом. Хорошо все обдумайте. Если рассчитываете на свою семью — отбросьте эти мысли. Каким бы одаренным магом ни был ваш брат, драконья магия совершенна, ее не под силу разрушить человеку. Если вы упустите этот шанс, если отвергнете милость короля, вам придется смириться с тем, что я ваш муж. И так до конца наших дней.

Не помня образа матери, я четко отпечатал в памяти ее последний наказ — “живи, смиренно принимая свое положение и более ничего не желай”.

Это было просто. Быть может виной тому мое врожденное уродство, но жажды дракона никогда не просыпалось во мне. Одержимость, захлестывающая разум казалась мне оправданием обычной алчности и неспособностью проигрывать другим. Я же был рожден проигравшим, это чувство не было новым, а оттого настолько страшным, чтобы подчиниться жажде зверя, что живет внутри.

Богатства, роскошь, женщины, власть и красивые титулы — все это не разжигало огонь во мне. Я никогда ничего не хотел так отчаянно, чтобы смести все не своем пути, чтобы забрать желаемое силой или сложить голову в попытке его обрести. Признаюсь, в какой-то момент я на мгновение почувствовал себя выше всех, кто подобен мне.

А затем рухнул вниз с самой страшной отвесной скалы. Драконья жажда не обошла меня стороной, она притаилась, выжидала, а затем захватила сердце в раскаленные тиски. Впервые увидев ее, ту, что должна идти под венец с братом, я едва не разодрал себе грудь, пытаясь освободиться от них.

Я не понимал тогда, и сейчас не понимаю, почему именно она. Красавиц в мире не счесть. Даже таких изящных и хрупких на вид. Даже с такими большими янтарными глазами, что как нельзя лучше подходили члену королевской семьи, принцу золотых драконов. Даже с такой мягкостью в улыбке, что, казалось, греет лучше, чем любой огонь на этой земле.

Почему из всех женщин моя жажда коснулась именно ее? Я чувствовал себя обманутым. Знал, что хочу держать ее в своих руках и этого мне было достаточно. Но сомнения разъедали мой разум — что, если это только начало? Что, если вместе с ней я захочу власти, захочу корону, которую она могла бы мне дать. Вместе сила ее семьи и половина моей крови были словно поднятое знамя войны. Я предпочел отвернуться.

Решение было верным, пусть глухая злоба и раздражение поселились во мне. Они пригодились в бесчисленных битвах, что мне удалось пережить. Удача ли? Я уже не знал ответа. Время шло, новости приходили, пусть и с опозданием. Газетные статьи и портреты наштрихованные от руки, где двое связали себя королевской клятвой.

Помолвка, которую невозможно расторгнуть, ожидаемо подвела к свадьбе. И письмо с приглашением было словно удар под дых. Насмешкой братца, не иначе. Этот мерзкий слизняк знал, видел в моих глазах тот огонь, в котором горит сам. Горит в этой жадности по блеску короны, что венчает голову нашего отца, но не по той, что так преданно заглядывает в его глаза.

Я не собирался даже думать над ответом, но ноги сами привели меня. Я хотел увидеть ее снова, пусть и в свадебном платье, что предназначалось не для меня.

Глупо? Не спорю. Я ненавидел эту слабость в себе, ненавидел ее уверенные речи о брате, который бросил ее ради юбки, что вечно плясала под носом. Ненавидел ее одинокий образ и хрупкие плечи, что незаметно для многих дрожали от грядущей неизбежности. Ненавидел ее стойкость.

Она не кричала, не плакала, не молила. Ни своего отца, ни короля, ни меня.

Думаю, она вообще не знала о моем существовании. Это я ненавидел больше всего. И миг, когда я пересек барьер, недоступный даже отцу, был для меня неожиданным, что уж говорить о его королевском величестве. Я впервые ощутил удовлетворение от искры гнева в вечно пустых блекло-желтых глазах. Но это была лишь маленькая вспышка, что вскоре исчезла без следа.

Кровь на золотом платье, что было символом вхождения в королевскую семью, я превратил в знамя запечатлев поцелуй на холодных губах. То самое знамя войны за корону, которую я не желал. Но я готов был к последствиям. Думал, что готов.

Она рыдала так громко, что мои руки тряслись. Отчаянно захлебывалась горем, едва узнав, что вышла за брата своего жениха. Я думал, надеялся, что жизнь дороже любви, что так ярко горела в ее сердце, но похоже ошибся.

— Ублюдок!

— Тонко подмечено, Ваше Величество.

Хлесткий удар отца был первой настолько бурной реакцией на мои поступки, обычно ему было не до меня. Таким разъяренным не видел его никогда, если бы мог, он бы уже плевался огнем. Но не мог. Огонь это я.

Он же, король золотых драконов, был символом изобилия, жизни и света исцеления. А потому моя щека иронично пришла в норму от неконтролируемых всплесков энергии отца.

— Как ты посмел?! Ты хоть понимаешь, что сделал?!

— Я спас ей жизнь, — бросил небрежно. Будто мне было абсолютно плевать. — Глупо отрицать — Маркус приехал лишь пару часов назад. К этому времени мы бы уже приступили к омовению тела, подготовкой в последний путь.

— Мы не можем позволить забрать ее, — гневился король, по шеи и лицу которого начала мерцать чешуя.

— Похоже, отец, вы бы предпочли ее смерть моему поступку. Жаль разочаровывать вас.

— Глупый мальчишка, — прошипел король. — Не смей больше пальцем двинуть без нашего дозволения! Мы найдем способ разлучить вас.