Драматургия в трех томах. Том третий. Комедии
Шрифт:
II. А у нее есть муж?
IV. Конечно. Он работает у нас же, но с ней не живет.
II. А с кем он живет?
IV. Он живет с машинисткой из отдела технического распространения, но все думают, что он живет не с ней, а с заведующей секцией периодики.
II. А он с ней не живет? Почему вы так считаете?
IV. Потому что заведующая секции периодики живет с инженером по технике безопасности. Я своими глазами видела, как они были вместе в обеденный перерыв.
II. То есть как?
IV. А так. Все ушли. Почему бы им не воспользоваться?!
II. Но вы не ушли?
IV. Но я – не все?!
II. А он женат?
IV. Трое детей.
II. Как интересно!
IV. Но он с ними не живет.
II. А с кем он живет?
IV. С матерью.
II. С матерью? Как интересно!
IV. Ничего интересного. Он же живет не со своей матерью. Он живет с матерью троих детей, с которыми не живет.
II. А трое детей с кем живут?
IV. С секретаршей из отдела планирования.
II. А она с кем живет?
IV. С мужем.
II. Ну, это не интересно!
IV. Это очень интересно! Она ж ведь живет не со своим мужем!
II. А с кем она живет?
IV. Она живет с мужем заместительницы председателя комиссии по проверке, который, в свою очередь, живет с младшей научной сотрудницей из отделения технического распространения, в то время как ее любовник, с которым она постоянно живет, старший инструктор группы пролонгации, уезжает в командировки, где живет с кем придется.
I и III (хором). Живут же люди!
II. По-разному. Не все, конечно… Вот у нас на работе на днях был ужасный случай. Умер один человек.
I. Очень интересно, очень.
II. Решили мы его похоронить.
I. Очень правильно, очень.
II. Собрались. Ждем! Час – два. А его все нет и нет!
I. Кого его?
II. Покойного. Представьте, не пришел на собственные похороны. Не явился! Мы туда, сюда, начальство волнуется…
I. Ну, и чем кончилось?
II. А ничем. Сегодня пришел на работу. Глаза мутные, руки холодные.
I. Еле живой?
II. Еле мертвый. Ну, его сразу директор – к себе. Так и так, нехорошо, говорит, получается. Мы за вас беспокоимся, а вы, а вы… нас… так… э-э… подводите!
I. А он что?
II. Извините, говорит, больше не буду. Если хотите, я, говорит, даже в нашей самодеятельности буду выступать.
I. А директор?
II. А директор раскричался. Да я вас за такие штучки, говорит, премии лишу!
I. Очень правильно, очень… А почему же он все-таки не пришел?
IV. А кто его знает?
II. Ну, выпил, наверное.
III. Ну и что?.. Уже и этого нельзя. Свобода. Кто мертвецки?.. Он?.. Он же на работу все-таки пришел. Сообразил. Жене сначала позвонили, она говорит: «заболел, лежит»… Ну, думаем, значит, все в порядке.
I (сосредоточенно). Заболел?.. М-да… А что же вы его хоронить-то решили?
IV. А мы всех, кто у нас заболел, хороним. Это уж в нашей шараге такой порядок.
I (поражен). И неужели все вот… так вот… и не приходит?
IV. По-разному. Кто – как! Поэтому у нас на работе и не поймешь, кто живой, кто мертвый. Я, например, уже давно умерла.
II. Вы???
IV. Я.
II. Вы умерли?
IV. Давно.
II (поражена окончательно). Оч-чень интересно, оч-чень интересно!
Музыкальная пауза. Все застыли.
III (очень глубокомысленно). А вот раньше говорили, что Гитлер умер…
I. Гитлер? Что это?..
IV. Что вы шьете?
II. Чехол для дивана.
III. Ну, такой… Ну, неужели вы забыли? Ну, Гитлер.
I. Гитлер? О ком вы говорите?
IV. Чехол для дивана?
II. Чехол для дивана.
III. Ну, этот… тот, который… Ну, помните еще он… Ну, не может быть, чтоб вы забыли Гитлера!
I. Гитлера?.. А какой он из себя?
IV. Не держите иголку во рту.
II. Ничего.
III. Ну, низенький такой… не слишком высокий. Такой, в сереньком костюмчике ходил…
I. Что-то не помню.
IV. Ничего?
II. Ничего.
III. Брюнет. Чубчик.
I. Брюнет?.. Брюнет-брюнет-брюнет… Нет, брюнета не помню. А может быть, вы путаете? Может, он блондин?
IV. Она еще разговаривает!
II. Я всегда разговариваю, когда держу иголку во рту.
I. Может быть.
III. Как вы сказали, его фамилия?.. Гитлер?
I. Ну, да… да… Гитлер… С усиками еще такой!
IV. Нехорошо. Опасно. Когда держите иголку во рту, лучше не разговаривать. Молчите.