Чтение онлайн

— Спасибо, ты тоже, — проговорила я. Алехандро обернулся, и я заметила смешинки в его глазах. Он знал, что отлично выглядит. Дерьмо.

Когда мы спустились, ужин был уже готов. Сначала меня очень удивляло, что он ел на кухне, а не в столовой. Опять же, мои предположения были основаны на фильмах о жизни наркобаронов. Скромная трапеза на столе для завтраков выглядела бы не очень эффектно на большом экране.

— Итак, — начала я, решив наконец-то нарушить царящую тишину, — как прошел твой день?

Он взял стакан воды, кинув на меня многозначительный взгляд. Я прикусила губу и кивнула самой себе.

— Верно. Сверхсекретная ерунда. Как я могла забыть?

Мой желудок заурчал. Хотя для меня еда оказалась слишком перченой, я не могла не признать, что она была весьма вкусной. Несколько минут мы ели в тишине. Я практически доела свою энчиладу, когда Алехандро заговорил.

— А в Индианаполисе холодно? — спросил он.

Я пожала плечами, когда закончила жевать, уже привыкшая к его спонтанным расспросам и пустой болтовне.

— Пока нет. Обычно там холодно лишь зимой. Но, — я замолчала, смочив горло, — раньше я жила на севере Мичигана. Зимы Индианаполиса с этим не сравнить.

Алехандро улыбнулся. Вот черт, мое сердце. Оно трепетало каждый раз, когда он обнажал эти белоснежные зубы.

— Как же так, детка?

— Эм, — Я вдруг занервничала, взглянув в его глубокие шоколадные глаза. А в голове пронеслись очень грязные мысли. И, как ни странно, все они включали в себя его обнаженное тело. — Ну, там намного больше снега. Зима начинается раньше и длится дольше. И не редко температура падает ниже нуля.

Алехандро хмыкнул, накладывая рис себе в тарелку.

— Почему кто-то вообще хочет там жить?

— Поверь мне, — Я заговорщицки наклонилась вперед. — Я задавала себе этот вопрос много раз. Индианаполис вовсе не так плох. То есть, там бывает сильный мороз, но в среднем температура держится до плюс тридцати и не падает ниже двадцати.

Алехандро растерянно смотрел на меня.

— О, — наконец догадался он, и его лицо смягчилось. — Вы, странные американцы, используете Фаренгейт.

— Странные? — спросила я, притворяясь обиженной. Я откинулась на спинку стула и с улыбкой на лице выгнула бровь.

Он скопировал мое выражение лица.

— Да, странные. Остальной мир использует Цельсий.

— Точно, — Я рассмеялась.

— А я никогда не видел снега.

— В самом деле?

— Да. То есть не в живую, — Он покачал головой, и темные волосы упали ему на глаза. Он выглядел таким расслабленным, даже невинным, когда мы вот так просто болтали. Но… Алехандро и невинность? Это было как никогда далеко от истины.

— А мне нравится снег. Я скучаю по зиме, хотя порой жалуюсь на холод и мне не терпится, чтобы поскорее потеплело.

— То есть иногда ты все-таки скучаешь по холоду? — спросил он с недоверием.

— И да, и нет. Я могу выдержать холод и снег в течение одного или двух месяцев, прежде чем мне захочется прогнать ее лопатой. Во время праздников все такое нарядное. Но после Нового года возникает желание, чтобы стало плюс семьдесят и солнечно.

Он снова рассмеялся, и его прекрасное лицо посветлело.

— Семьдесят это… где-то двадцать один градус по Цельсию.

— Двадцать один звучит очень холодно.

— А семьдесят звучит так, словно ты воспламенишься, едва выйдя из дома.

Я рассмеялась.

— Мне ясна твоя точка зрения, — Я опустила вилку и посмотрела на Алехандро. — Ты всегда жил здесь?

— Не в этом городе, но я жил в Мехико.

— Я предполагаю ты путешествуешь, хм… по работе?

— Иногда, — Он сверлил меня взглядом, словно пытался понять, что творилось у меня в голове. Это было не трудно. У меня не было секретов. Моя жизнь не была достаточно интересной, чтобы что-либо скрывать. Я сделала мысленную пометку, сотворить что-нибудь безрассудное и никому об этом не рассказывать.

— Куда же ты ездил?

Алехандро просто пожал плечами. Верно, об этом нельзя было говорить. Я сжала руки на коленях.

— Ты путешествовал просто для развлечения?

— Раньше, — сказал он, и легкая печаль исказила его лицо. — Теперь у меня не слишком много времени для веселья.

— У меня тоже самое, — пробормотала я.

— А почему у тебя не было времени на веселье?

— Я много работала, — К тому же, у меня было мало друзей. — Я, эм, пережила расставание и переехала. А чтобы оплатить аренду самой требовалось работать дополнительные часы.

Его глаза остановились в районе моей груди.

— Я ошибусь, если предположу, что это ты с ним порвала? Не могу представить, чтобы кто-то в здравом уме бросил тебя.

И снова я покраснела. Черт. Мне нужно было контролировать свои чувства.

— Ну, не совсем так. Я не очень люблю говорить об этом, — Потому что мне было стыдно. Я не успела ничего задолжать Алехандро, но мне не хотелось, чтобы он считал меня слабачкой.

— Значит дело было в другом. Почему он бросил тебя?

Я скрестила руки на груди и вздохнула.

— Я не могла дать ему желаемое.

Он не ожидал это услышать.

— О чем ты?

— У меня не было члена, — Мои губы сжались в тонкую линию, и я откинулась назад, наслаждаясь ошеломленным видом Алехандро. — Да, я встречалась с геем.

— О, черт. Эм, прости? — Он нахмурился. — Прости. Мне жаль, Элли. Это очень печально, — Потом его красивое лицо расплылось в улыбке, и он весело расхохотался. — Как ты могла не знать?

Я не хотела, чтобы боль отразилась на моем лице, поэтому сжала руки и опустила взгляд.

— Уму непостижимо, — выпалил Алехандро. — Итак, снег. Он такой же как в кино?

Я подняла на мужчину немного удивленный взгляд, одновременно испытывая облегчение от резкой смены темы.

— Зависит от фильма.

Он ободряюще улыбнулся мне. Было что-то странное в его глазах, отчего мне казалось, что он не причинит мне вреда. Нет. Глупо было так думать.

— Снег красивый. Лунный свет отражающийся от свежевыпавшего снега — это по-настоящему захватывающее зрелище. А солнечный свет — попросту ослепляет, но он по-прежнему прекрасен.