Дремлющие вулканы айнов
Шрифт:
– Добре, – ответил Козыревский, а сам подумал: «Часть ясака обязательно спрячу, а деньги сгодятся на постройку морских кочей. Вот тогда и побываем мы на всех островах «курильцев».
Глава 2
Занесённый снегом, Нижнекаменский острог притих, и только из оконца приказной избы слабо пробивался свет лучины. Приказчик Колесов, уже который день передавал дела прибывшему из Якутска новому приказному Василию Савостьянову, рассказывая ему о похождениях своих казаков. Когда в избу с шумом вошли атаман Анциферов с есаулом Козыревским, то приказчик Савостьянов от неожиданности вздрогнул и насторожился. Сидевший с ним за столом Колесов строго посмотрел на атамана и велел сказывать. Анциферов стал докладывать о том, что казаки побывали на двух островах и привезли богатую добычу, но Савостьянов неожиданно прервал его речи и закричал:
– Ты даёшь ложные показания и скрыл, что не был на втором острове Парамушире.
Атаман удивился осведомлённости нового приказчика и умолк. Он не знал, что его товарищ, ходивший с ним в поход на Шумшу, казак Переломов был схвачен, как участник убийства Атласова и на допросе поведал о «подвигах» казаков на острове.
– А ещё ты замешан в убийстве Атласова, – разошёлся Савостьянов. – Взять его под стражу!
В дверь приказной ввалились два огромных казака и схватили атамана за руки. Анциферов завопил:
– Помилуй, я ведь привёз ясак и сполна. И какая разница, откуда эта «рухлядь»?
Савостьянов сразу успокоился и подумал: «Действительно, что толку в том, что атаман будет сидеть в «яме»? Лучше пусть послужит мне».
И, поглядев на взбешённого Анциферова, ухмыльнулся:
– Ясак ты хороший доставил, и на первый раз тебя прощаю. А пока отправляйся в Большерецк и возьми «мягкую рухлядь» с камчадалов на речке Авачу, будь осторожен с ними, и помни, ты под следствием… Отпущаю!
Савостьянов перевёл взгляд на есаула и удивился:
– А ты Козыревский, что насупился? Рисуй чертёж острова Шумшу.
Сам же подумал: «И этот казачок пусть покаместь послужат у меня, а в поруб его всегда посажу».
Колесов же, мрачно сидевший за столом, сразу смекнул: «Донесу я на тебя Васька и останусь приказчиком на Камчатке на всю свою жизнь».
Камчадалы, узнав о походе Анциферова на реку Авачу, решили отомстить за его алчность и за двойной ясак на реке Большой. В своих зимовьях они достойно встретили атамана Анциферова с казаками и устроили пир. Гости захмелели, и камчадалы устроили на ночь атамана с казаками в балагане с крепкими тройными дверями. Бдительный атаман на всякий случай взял с собой на ночлег двух аманатов [21] и залёг спать. Ночью, тихо убив охрану, камчадалы со всех сторон подожгли балаган, из которого никто не смог выбраться. Так бесславно погиб атаман Анциферов.
21
Аманаты – заложники из родовой знати.
Приказчик Василий Савостьянов узнал от своих доносчиков, что Колесов послал гонца к воеводе. Он сразу догадался, что гонец послан с доносом на него, и сел писать оправдательную челобитную. Как только он, обмакнув перо в чернильницу, начал писать, как в дверь ввалился камчадал со страшной вестью о трагической смерти Анциферова. Савостьянов немедля послал казаков, велев им сжечь поселение на речке Авачу, а с остальных камчадалов взять большой ясак. Провожая казаков, он с крыльца махнул им рукой:
– В путь, казачки! С Богом!
А сам подумал: «Жаль атамана. Я же предупреждал его, надобно с дикарями поласковее. Впрочем, туда ему и дорога, бунтарю», – и сел дописывать челобитную на Колесова.
Глава 3
Колесов вовремя сумел донести на Савостьянова, посмевшего оставить на службе атамана бунтарей Анциферова, и поэтому в 1712 году был вторично назначен приказчиком на Камчатку. Несмотря на трудности, Колесову удалось окончательно подавить казачий бунт на Камчатке. Одних казаков за убийства он казнил, других наказал кнутом, а вот Козыревского «пощадил», чтобы заполучить от него чертёж переливов и морских островов, что за «Носовой землицей». Вначале он лаской пытался из него вытянуть эту тайну, потом угрожал. И только после пытки Козыревский начертал остров Шумшу и гряду островов по описанию курильцев. Но этому чертежу веры было мало, и тогда злобный Колесов решил послать подследственного Козыревского в поход на острова Шумшу и Парамушир под присмотром верных людей.
Конец ознакомительного фрагмента.