Чтение онлайн

— Ладно, без паники, есть у меня варианты.

Как раз подплывает фиолетовая бабочка с золотым тельцем и челюстями, как у пираньи, мать её. Пускаю из пальца в неё пику с кровью и надеюсь на чудо. Бронированный хитин оказалось нелегко пробить, но волоски залезли через более мягкое брюшко. Дальше самое интересное — получить над ней власть. И Старший дух Сорняка делает своё дело, помогая мне активно.

Буквально через пять секунд злобная бабочка уже под моим контролем. В глазу бельмо, в котором я вижу то, что видит она. Долбаные фасетки…

— Что ты сделал? — Слышу от Гайн.

— Подчинил одну, — показываю пальцем, как взлетает с воды. И кстати, крайне тяжело.

— Сможешь всех? — Спрашивает подружка с надеждой.

— Нет, буду ей бить других.

— Хороший план, дня за три управишься, — посмеивается ещё.

— Отбивай меня, если зазеваюсь. Всё, погнали.

Слева по стенке уже ползёт одна ушлая. Налетаю своей, быстрая борьба, и я перекусываю своим аватаром вражескую шейку. М–дя… так действительно каши не сваришь. Уже с другой стороны лезут.

Гайя своего ловит, отрывая крылышки. Пробую ещё одного под контроль взять, пуская первого в атаку на вражьего сородича.

— Дай… нам… — раздаётся в голове сразу от двух духов Сорняка и Водуна.

И уже не так болезненно.

— Умерщвляй, — подсказывают дальше. — Наделяй кровью…

Отдаю управление бабочкой им, а сам стреляю спорой ещё в одну, вскоре передавая под контроль духам. Ищу следующую.

Напарница отмахивается от одиночных атак, шипит недовольно. Уже и не надо искать, бабочки сами лезут. За водопад штук десять залетело и продолжают просачиваться. А тем временем, мои зомби–бабочки начинают действовать всё активнее, увеличиваясь числом. Бельмо на глазу вроде и пропало, но теперь я могу взглянуть на любую свою и увидеть её фасетками изломанный, как в разбитом зеркале, гигантский мир. И наши ошалелые мокрые лица.

За одну бабочку резерв сжирается не сильно, а вот за десять траты уже чувствуются. Но деваться некуда, наша армия разрастается и уничтожает вражеских уродцев. Думал, будет легко, а хрен с маслом. Враг начал отбиваться! В схватке живого с зомбачком исход пошёл пятьдесят на пятьдесят. Иногда я перенимаю контроль и увеличиваю шансы почти до ста процентов. Но такое отвлечение мешает мне набирать новых.

Гайя отмахивается, срывает тварей и с моих волос. Вскоре нам приходится окунаться разок, чтоб скинуть несколько дюжин.

После водных процедур вражеские бабочки теряют свою ретивость, и я захватываю их спорами очень быстро, прямо у себя в ладонях.

Вижу, как мои духи управляются эскадрильями всё лучше и лучше. Уже по две–три наши бабочки идут на одну вражью, сцепляясь и ломая ей крылья. Порой падают в воду все вместе, но наши справляются с этим лучше. Часть замеса переходит на каменный бережок позади нас. Поэтому мне приходится часто оборачиваться. И в процессе даже спорами подрубать недобитков.

Думал, духи скоро выдохнуться, но ошибся. Соряк с Водуном спелись, чувствую их азарт. И мои магические траты…

Когда наш воздушный флот достигает сотни, твари уже не лезут.

— Сумел подчинить всех? — Радуется Гайя, глядя на роящихся с обеих сторон от водопада смирных бабочек.

— Ну как сказать, — посмеиваюсь, прикидывая, что это примерно пара процентов от имеющегося числа в этой пещере.

Призываю духов к большей решительности, пока у меня резерв не промотался за простой. А эти и рады.

Наши бабочки начинают проползать за водопад по стенкам, там, где лезли вражьи. И битва перетекает в большое пространство отсека над водоёмом. Поначалу у врага нет шансов, потому что схема «три в одного» работает безупречно. Но вскоре всё меняется, твари начинают сами атаковать стайками.

И мне приходится шевелиться, дабы пополнить армию. Вовнутрь снова просачиваются, но не так существенно. Поэтому ныряю обратно, услышав в последний момент, как спохватилась Гайя. И чуть ли не бросилась за мной, пяткой отпихнул обратно.

Проплыв под водопадом, аккуратно поднялся к поверхности и принялся шпиговать спорами ещё плавающих бабочек. Первые разы экономно, затем стал выстреливать споры целыми залпами из ладони, дабы мобилизовать максимум. Да поскорее! Нас там уже рвут.

Пополнение флота помогает отбросить врага, но приходится выныривать на поверхность. Где в уши сразу врывается массовый шелест крыльев и тонкий писк лопающихся брюшков, а на языке вскоре появляется кисло–сладкий вкус зелёной крови.

Когда осознаю, что резерв стремительно тает, и вскоре вся эта показная мощь в одночасье посыплется, решаюсь на прорыв.

Собрался метнуться за подружкой, а она сама выплыла бесстрашно, отплёвывая крылышки и разгребая их вокруг. Подал знак, и мы поплыли к берегу. Армией особей в двести духи создали для нас купол обороны, отбивая нападающих. Вражеские бабочки на время дезорганизовались, но сверху от вьюнка видно, как собирается новый рой, взявшийся невесть откуда.

Вырываемся на берег под градом сыплющихся крылышек поверженных и дождём из зелёной крови. Тут и наши и не наши. Бросаемся к шмоткам и пытаемся натянуть всё на мокрые тела. Дело гиблое, особо раздражающее в сложившейся ситуации. Но других вариантов нет, вонючая одежда должна отпугнуть хоть как–то. Да и защитить уязвимые места.

Наши защитники тают под ударами, но я даю залп из сотни спор сразу с обеих ладоней по надвигающемуся облаку, сшибая треть. И устраивая неразбериху. А тем временем резерв сожран уже на две трети, мать его.

Запоздало подключается и дух Хилила, выпрашивая больше материала на спору. Теперь мои бабочки не только дерутся и кусаются, но и стреляют шрапнелью! Боезапас небольшой, но на три–четыре вражины хватает. Духи всё более умело управляют зомбачками.

Но, несмотря на все ухищрения, наш оборонительный купол редеет и сужается, ограничивая нас всё больше. Гайя одевается в два раза быстрее, а я завозился. Под дождём из зелёной крови хватаю снаряжение и на ходу застёгиваюсь. Движемся к арке под прикрытием цветастого купола. Хочется бежать, но нельзя нарушать строй нашей обороны, поэтому плетёмся. К счастью, атакующие уже не так рьяно лезут, похоже, запах от одежды проклёвывается через кисло–сладкий аромат их крови.

У арки своих бабочек остаётся три десятка, но я помогаю им огнём из пик уже без крови. Для меня это пыль, но она хорошо сшибает с расстояния в два–три метра. Попутно стягиваю корни с местного кустарника, пополняя запас. Дерево странного типа, более плотное, поначалу не поддавалось, но теперь охотно перетекает в нужную мне структуру.

Проскакиваем арку, где уже на вьюнке пусто. А затем я в быстром темпе запаиваю деревом проход, тратя на крупную арку шесть с половиной кило, а это половина боевого довеска. Бабочки и не лезут, будто встретились с невидимым полем. Но бдительность терять нельзя, лучше перебздеть.