Чтение онлайн

В V-IV вв. до н. э. терракотовые статуэтки актеров (главным образом комические) поступали в Северное Причерноморье из Аттики [507] , а в эпоху эллинизма их стали привозить из Малой Азии и некоторых других областей Эллады. Например, фигурка комического актера из Мирмекия изготовлена в конце IV в. до н. э. в Коринфе [508] . В то же время появляются подобные терракоты местного производства [509] .

Комические персонажи из древней и средней комедии одеты в обтяжное трико, короткий хитон и плащ. Под ними прикреплялись утолщения, деформировавшие торс, с нижней части которого свисал большой кожаный фаллос. Уродство фигуры усугублялось широкой маской, делавшей актера большеголовым и лишавшей его шеи. Этот гротескный костюм, вероятно, заимствован из народных маскарадов, представлявших фаллических демонов [510] . В таком наряде мы видим актера древней комедии на двух сходных статуэтках из Ольвии и Пантикапея [511] . Аттические скульпторы зачастую изображали комических актеров в роли раба, сидящего на алтаре; там он, наверное, искал убежище от наказания после совершения недостойных проделок [512] . Подобные терракотовые статуэтки и фигурные сосуды найдены в Ольвии, Пантикапее и в кургане Большая Близница на азиатской стороне Боспора [513] .

Комический актер в женской роли представлен тремя похожими статуэтками IV в. до н. э. из Ольвии, Пантикапея и кургана Большая Близница. Артист одет в женский хитон и гиматий, из-под которых выпирает большой живот. Возможно это гротескный образ беременной старухи [514] . Иногда коропласт снабжал актера атрибутом, напоминающим хорошо известный образ из одной или нескольких пьес. Такова аттическая статуэтка IV в .до н. э. из Пантикапея, изображающая комического актера с молотом на плече [515] .

Гротескные персонажи заполняли комедии вплоть до IV в. до н. э. Начиная с комедий Менандра, старинное одеяние комического актера сменилось обычной одеждой, исчезли фаллос и уродливые маски на положительных героях. Это отразилось на терракотовых фигурках из Северного Причерноморья. Редкая группа из двух актеров найдена в Пантикапее; один имеет маску и костюм раба, а другой – юноша в обычном одеянии и без маски. Трудно определить, желает ли он свалить раба с ног, или наоборот раб его поддерживает [516] . Может быть, коропласт изобразил сцену из местной комедии или во всяком случае из комедии, которую играли в театре Пантикапея.

Среди терракот из Северного Причерноморья встречаются замечательные изображения мимики актеров эллинистического времени, когда маски уже не всегда скрывали лица исполнителей. Таковы две прекрасно сохранившиеся головы актеров с небольшими рожками, указывающими на роль сатиров. Одна найдена в Фанагории а другая в Пантикапее; обе сделаны в малоазийских мастерских, и в них чувствуется влияние пер-гамской школы скульптуры [517] .

Рассмотренные памятники изобразительного искусства показывают, сколь хорошо жителям Северного Причерноморья были знакомы театральные образы из пьес, известные во всей греческой ойкумене. Дионисийские и другие праздники в театрах Ольвии, Хесонеса и Боспора сопровождались представлениями трагедий и комедий. Многим, побывавшим в Элладе, эти представления напоминали увиденное в афинском и других театрах, а рисунки на вазах и терракотовые статуэтки воспроизводили в памяти полюбившиеся спектакли.

Греческие колонисты, в основном выходцы из Милета, перенесли в Северное Причерноморье культ и праздники Афины, пользовавшейся широкой популярностью в метрополии. В период вывода колоний милетяне справляли празднества богини у ее храмов в городе и его округе; об этих храмах упомянул Геродот (I, 19-22), а их остатки найдены при раскопках [518] . Сначала колонисты воспроизводили милетские ритуалы, затем в V-IV вв. до н. э. они привнесли в них некоторые черты афинских торжеств, потому что в это время распространялось активное влияние Афин на самые разные стороны политической, экономической, религиозной и культурной жизни большинства городов Северного Причерноморья [519] . Среди них Ольвия занимает ведущее место по количеству свидетельств о почитании Афины [520] .

Многочисленные изображения Афины на ольвийских монетах красноречиво говорят о важной роли ее культа и указывают на существование государственных праздников. Голова богини в шлеме впервые появилась на самых ранних литых ольвийских ассах начала V в. до н. э., а затем неоднократно чеканилась на других номиналах [521] . Популярность богини среди населения Ольвии подтверждается находками мраморных и терракотовых статуэток. Первые – исключительно привозные, а среди вторых немало местных эллинистического периода [522] . Из мраморных наибольший интерес представляет вольная копия стоявшей в Парфеноне знаменитой статуи Афины Партенос Фидия [523] .

Ольвиополиты проводили главные торжества и приносили жертвы в святилище богини на Центральном теменосе, где обнаружены посвятительные граффити с ее именем на чернофигурном килике 550-540 гг. до н. э. и на краснофигурном килике конца VI в. до н. э.; несколько подобных посвящений начертано также на сосудах V в. до н. э. [524] . В одной такой надписи первой половины V в. до н. э. ольвиополит Аристотель записал, что он исполнял должность жреца сначала Афины, а затем Гермеса [525] ; таким образом, сохранилось имя одного жреца богини, игравшего, как было положено, ведущую роль при жертвоприношении, центральном ритуале праздника.

В празднествах богини на афинском Акрополе заметное место занимали женщины [526] . По-видимому, так было и в Ольвии, когда ее связи с Афинами достигли наивысшего расцвета в V-IV вв. до н. э., и это безусловно сказалось на проведении ритуалов в честь богини. В одном погребении II в. до н. э. найдено захоронение жрицы или служительницы Афины. Ее руку украшал золотой перстень с бюстом богини и рядом лежала чаша, украшенная таким же изображением. Из подобной чаши совершались возлияния во время жертвоприношений. От чаши сохранился только вкладывавшийся в ее центр серебряный позолоченный медальон диаметром 11,5 см. На нем в рельефе представлен бюст Афины в шлеме с чешуйчатой эгидой на груди; в центре эгиды по традиции помещена голова Медузы Горгоны [527] .

О почитании Афины в Тире известно по нескольким посвящениям, написанным на разных сосудах, и по фрагментам мраморных и терракотовых статуэток. Изображения Афины на местных монетах, начиная с IV в. до н. э. вплоть до III в. н. э., указывают на ее государственный культ и соответствующие общественные празднества [528] .

Сходные археологические памятники имеются также в коллекции археологических находок в Херсонесе. Изображения Афины встречаются на монетах, богиня представлена мраморными и терракотовыми статуэтками, а на сосудах IV—III вв. до н. э. прочерчено ее имя [529] . В IV в. до н. э. в Херсонесе установили большую статую Афины Спасительницы (IPE I2. 406). Это единственное определенное свидетельство о крупной статуе богини, украшавшей город в Северном Причерноморье. Она стояла на площади и замыкала перспективу главной продольной улицы северо-восточного района. Остатки фундамента здания дорического ордера, по всей вероятности, принадлежат храму Афины [530] . Возле него и около статуи совершались херсонесские празднества и жертвоприношения.

Мраморный постамент упомянутой статуи с надписью и углублением для ног дает представление о размерах скульптуры [531] . Длина стопы имела размер около 49 см. По «Канону» Поликлета, знаменитого скульптора V в. до н. э., ступня должна составлять 1/6 идеальной фигуры человека [532] . Поэтому высота статуи определяется в 3-3,5 м, а вместе с массивным постаментом и высоким шлемом, обычно венчавшим голову Афины, весь памятник достигал 5 м.