Чтение онлайн

Шаттл прибыл через десять минут и привычным для меня образом втянул нас в своё нутро. «Блин, забыл предупредить» — подумал я глядя на ошарашенный вид мамы. Еще бы, полсекунды назад стояли у реки, отмахиваясь от гнуса, или как там эта пакость называется, и вот уже в салоне, слишком сильно похожий на самолетный.

— Ну что ты застыла соляным столбом, как жена Лота? — спросил я маму, бросая сумку на пол — Снимай рюкзак и пошли усаживаться. Мы на борту. Давай помогу.

— А? — очнулась мама — Какого Лота?

— Мы в шаттле уже, говорю. Хочешь наш взлет посмотреть?

— Как в шаттле? — не поняла мама — Мы же только что там. И комары. И уже здесь?

— Ну извини. — развел я руками — Трапа, ковровой дорожки и почетного караула в этот раз не было. Привыкай. Это один из способов как попасть на борт, так и покинуть его. Довольно удобно, кстати. Да сними ты этот рюкзак, наконец! На пол, вон, брось — и всё. Вон два кресла. Устраиваемся.

— А окошечки где? — немедленно спросила мама, садясь в кресло у стены — А почему ремней нет?

— Будут тебе сейчас окошечки. — усмехнулся я и попросил Пома вывести трансляцию с оптического датчика расположенного с нашей стороны на стену.

— Ай! — взвизгнула мама и отшатнулась ко мне, вцепившись в руку, когда стена, возле которой она сидела, внезапно пропала. Хорошо, что мы до сих пор висели на месте.

— Спокойно! Тихо! Это всего лишь трансляция. Как на телевизоре. Стена никуда не делась. Протяни руку и можешь пощупать.

— Правда? — мама осторожно вытянула руку, нащупала внутреннюю обшивку и, убедившись что целостность корпуса летательного аппарата не нарушена, выпустила воздух сквозь зубы: — Ну его нафиг, такие шутки. Верни всё назад лучше.

— Точно? — спросил я — Мы сейчас в космос полетим. Уверена, что не хочешь свой первый полет посмотреть?

— Я уверена, что не хочу помереть от разрыва сердца. От страха. Возвращай.

— Ну, как знаешь. — стенка вернулась к первоначальному виду — А сейчас дай мне немного с Помом пообщаться, пожалуйста.

Мама уже была в курсе про мыслесвязь и согласна кивнула. Я прикрыл глаза и мысленно позвал:

— Пом!

— Да Стас?

— От искина рейдера так и не было ответа?

— Пока нет, я бы сразу доложил. Марс сейчас расположен не очень удачно, относительно Земли.

— С другой стороны Солнца?

— Почти.

— Тебе искин шаттла доступ к управлению дал?

— Нет, но… — многозначительно промолчал диверсионный искин, занявший ведущее место.

— Понял. Ладно, давай отмашку шаттлу. Пускай действует по протоколу. И покажи мне отлет.

— Принял.

Перед внутренним взором появилась картинка удаляющейся планеты, голубое небо вокруг начало наливаться сначала синевой, затем чернотой, появились звезды.

— Что-то тяжеловато пошли, тебе не кажется? — спросил я Пома.

— Антигравы работают на пятидесяти процентах мощности. Два из шестнадцати маневровых — меньше чем на пятнадцати процентов. — доложил Пом.

— Мы хоть до Марса доберемся? — забеспокоился я.

— Вполне. — заверил Пом — Я контролирую ситуацию.

— Что-то не помню я такого тяжелого взлета в прошлый раз. Впрочем, мне тогда и сравнивать было не с чем. Ладно. Как только искин откликнется — сразу на меня его переключай. Сколько добираться будем?

— Минут тридцать. — ответил Пом.

— Прин. — ответил я и открыл глаза — Ну вот и все. Уже полетели.

— Уже?! — поразилась мама.

— Уже. — подтвердил я.

— А где это… — она потрясла рукой в воздухе.

— Ключ на старт? Есть на старт! Зажигание! Есть зажигание! Грохот, тряска, «поехали» и перегрузка, которая у тебя кишки через одно место выдавливает? — весело спросил я.

— Ну да. — немного смутилась мама.

— Осталась землянам. Тут действуют гравитационные компенсаторы, так что мы ничего не почувствовали.

— Даже как-то и не интересно. — пробормотала мама.

— В Солнечногорск вернемся — покатайся на ЛиАЗе. — предложил я — Там всего этого и без космических кораблей полно.

— Не-не-не. — отказалась от сомнительной чести мама — Я как-нибудь тут. Скромненько. Слушай, а можно опять трансляцию ээээ… Ну, стенку прозрачной сделать?

Пожав плечами я через Пома включил трансляцию внешнего вида и мама уставилась в черноту, с бусинками звезд и далеких галактик. На что там смотреть? Самое интересное, взлет, она прозевала. Ладно. При посадке наверстаем.

— Искин РС17543940 среднего рейдера дальней разведки «Крылья Эльмы» вызывает неизвестного. Назовите себя! — раздалось в моей голове на языке Джоре минут через пятнадцать, и я показал маме жестом «меня не беспокоить».

— Станислав Ветров. Искин принять коды управления! — «А вдруг откажется?» — мелькнула мысль.

— Принимаю.

— Пом. — отфутболил я запрос персональному искину.

— Коды передал. — подтвердил Пом.

Секунда ожидания… Две… Три… Пять…

— Коды приняты, добро пожаловать, капитан. — отозвался еще не Номад. Ффух! Хорошо, что он моего биологического возраста не знает, по мыслесвязи голос не передается. Между тем искин продолжил: — Капитан, получите отчет о…

— Отставить! — ответил я — В наличии есть функционирующий ремонтник?

— Один ремонтный дроид. — подтвердил искин — Заряд накопителей менее одного процента.

— Задача номер один: заменить топливные стержни текущего реактора. Задача номер два: подготовить к передаче на борт шаттла один персональный искин ПА-7 и два легких скафандра «Призрак», с расширениями до среднего штурмового. Один комплект расширений без вооружения. Задача номер три: протянуть фал от места посадки шаттла до точки проникновения в корпус рейдера, где сейчас ты находишься. В твоём хранилище системы жизнеобеспечения еще действуют?

— Так точно, капитан.

— Исполнять!

— Есть.

— Почти прилетели. — сообщил я маме, открывая глаза.

— Так быстро? — удивилась она — А где он?

— Кто?

— Марс.

— Пом? — позвал я помощника.

— Прямо по курсу, с этого ракурса не видно. — отозвался Пом.

— Нууу. Дай обзор со всех датчиков, хотя нет… Пол под ногами оставь. И на Фобосе маркер поставь.

— Исполняю.

Мы сидели в пустоте космоса, только оставшийся под ногами пол и кресла показывали, что мы еще в шаттле. Впереди, в ничем не примечательную пылинку уткнулся курсор маркера с постоянно меняющимися цифрами, показывающие дистанцию. Мама только разок ойкнула и замолчала, пораженно крутя головой. Всю эстетику безобразно портили наши рюкзаки-сумки, сваленные впереди. Они же являлись и якорем для психики впервые вышедшего в космос человека.