Чтение онлайн

Нам тем не менее представляется, что в определенной степени данные о жилище все же могут быть использованы в плане интересующей нас темы. Не претендуя на создание всеобъемлющей типологии неолитического жилища западной и центральной зон (материалы, касающиеся восточной зоны, совершенно недостаточны), можно, однако, предложить следующую классификацию жилищ, основанную на шести критериях:

1. Размещение относительно поверхности земли

А. Полуземлянка

Б. Наземное жилище

2. Форма жилища в плане

А. Круглое

Б. Прямоугольное (квадратное)

3. Планировка жилого пространства

А. Однокамерное жилище

Б. Многокамерное жилище

4. Конструкция очага

А. В яме

Б. На полу

5. Расположение очага

А. У входа

Б. У стены

6. Наличие опорных столбов внутри жилища

А. Есть

Б. Нет

Выясняется, что некоторые признаки жилища трансформируются на протяжении неолитического времени, другие — остаются сравнительно стабильными. Учет этого обстоятельства наряду с рассмотрением ареалов распространения типов жилища может подвести нас к определенной традиции, выработавшейся у отдельных групп неолитического населения бассейна Хуанхэ в неолитическое время (табл. И) (рис. 13).

В целом для неолитического жилища этого региона свойственны некоторые общие черты, в частности абсолютное преобладание жилищ прямоугольной формы и каркасно-столбовой конструкции. Вместе с тем территория верхнего и среднего течения Хуанхэ может быть разделена на три достаточно четко разграниченных ареала; для каждого из них характерны жилища одного и того же типа.

Первый ареал — прежде всего бассейн Вэйхэ вплоть до Саньмэнься на востоке. Он связан с культурой яншао в двух ее основных вариантах — баньпо и мяодигоу. Типичной для этой культуры является квадратная полуземлянка с одним или несколькими опорными столбами внутри нее, очажной ямой перед входом (рис. 14).

Весьма близок к этому тип жилища, распространенный в верховьях Хуанхэ (поздние варианты культуры мацзяяо). Наиболее существенными конструктивными отличиями этого последнего типа является то, что очаг устраивался не в углублении пола, а на его поверхности, зачастую даже на небольшом возвышении.

Наконец, третий ареал охватывает большую часть Западной Хэнани и связан с памятниками типа циньванчжай. По всем основным признакам жилище этого apeaiia существенно отличается от двух предыдущих типов: оно, как правило, многокамерное (черта, совершенно не свойственная яншаоскому жилищу); внутри его отсутствуют опорные столбы; очаг устраивается обычно у одной из стен.

Таким образом, и с точки зрения типологии жилища западная часть центральной зоны оказывается более тесно связанной с западной, нежели с циньванчжаем.

Однако жилище, зафиксированное в слое Мяодигоу II, относится к совершенно иному типу, нежели в циньванчжае. Это, по-видимому, указывает на то, что возникновение раннего луншаня в среднем течении Хуанхэ не было результатом лишь трансформации местного варианта культуры крашеной керамики. В процессе формирования луншаня принимал участие еще какой-то компонент, вероятнее всего, более северного происхождения. Этим, видимо, можно объяснить тот факт, что раннее луншаньское жилище — полуземляночного типа, который к этому времени перестал существовать в долине Хуанхэ. Он был вытеснен наземными жилищами.

Наконец, рассмотрим особенности погребального обряда, прослеживающиеся в могильниках западной, центральной и восточной зон, в частности ориентировки погребений.

Хотя в этнографии до сих пор существуют различные мнения по поводу того, чем обусловлена та или иная ориентировка тела погребенного относительно стран света, несомненно, что здесь мы имеем дело с достаточно устойчивой традицией, свойственной определенным этническим общностям. Погребальный обряд относится к числу наиболее консервативных черт культуры. Поэтому сравнение особенностей погребального обряда в неолитических памятниках Среднекитайской равнины может пролить свет на известную дифференциацию населения той эпохи, в какой-то мере обусловленную их этнической принадлежностью.

Данные об ориентировке погребенных в могильниках различных культур эпохи неолита (табл. 12 и 13) дают основания для следующих предположений.

В западной зоне в конце I тысячелетия до н. э. произошло резкое изменение погребального обряда: люди, создавшие культуру мачан, практиковали трупоположение головой на юго-восток, тогда как для пришедшей на смену мачану культуры цицзя характерна ориентировка погребений на северо-запад (хотя в отдельных могилах прослеживается еще старый погребальный обряд).

В центральной зоне для раннего варианта культуры яншао (баньпо) характерна ориентировка головой на запад или на северо-запад (встречается менее часто). Практически все погребения, относящиеся к варианту мяодигоу той же культуры в Лояне (Ванвань), ориентированы в северо-западном направлении, что может рассматриваться как свидетельство определенной преемственности между обоими вариантами. Однако на территории провинции Хэнань (в уезде Танхэ) отмечены могильники, характеризующиеся преобладанием северо-восточной ориентировки. Наконец, в первой половине III тысячелетия до н. э. формирование культуры мяодигоу II, представляющей собой своеобразный переходный этап от яншао к луншаню, сопровождается резким изменением ориентировки погребений, среди которых отмечены трупоположения только головой на юг.

В восточной зоне могильники, относимые сейчас к двум ранним локальным вариантам одной и той же культуры цинляньган, обнаруживают значительные различия в погребальном обряде. Прежде всего для южного варианта цинляньгана первоначально свойственно преобладание северной и северо-восточной ориентировки, которая затем сменяется юго-восточной. Вместе с тем все неолитические могильники в северной части провинции Цзянсу и в Южном Шаньдуне с этой точки зрения удивительно единообразны: начиная с раннего цинляньгана и вплоть до давэнькоу (включая погребения в Цзинчжичжэне, где уже прослеживаются черты «классического луншаня») покойников хоронили здесь преимущественно головой на восток.

Помимо собственно археологических материалов, позволяющих охарактеризовать неолитические культуры и их варианты на Среднекитайской равнине, раскопки (главным образом последних десятилетий) дали сравнительно обильный палеоантропологический материал, весьма существенный для реконструкции расового состава населения этого региона в рассматриваемую эпоху.

Ценные антропологические данные были добыты после образования КНР при раскопках в центральной неолитической зоне, в бассейне р. Вэйхэ — правого притока Хуанхэ (провинция Шэньси). Наиболее многочисленные храниологические серии из могильников близ Баоцзи, Баньпо и Хуасяня относятся к наиболее ранней стадии развития культуры яншао — к варианту баньпо, который датируется концом V — серединой IV тысячелетия до н. э. Эти серии были описаны в нескольких работах Янь Иня и других китайских антропологов [Янь Инь, Лю Чан-чжи и др., 33–34; Янь Инь, У Синь-чжи и др., 36–47; Янь Инь, 1962, 85—104]. Все эти серии должны быть по основным расо-диагностическим признакам отнесены к тихоокеанским монголоидам (табл. 14, 15). Такой вывод следует из сочетания у яншаосцев долины Вэйхэ уплощенного лицевого скелета (средний назомолярный угол мужских серий — 144–147°), сильно выступающих вперед и в стороны скуловых дуг, очень высокой мозговой коробки (139–145 мм), высокого (73–76 мм), но сравнительно узкого (130–137 мм) лица, слабо развитых клыковых ямок, довольно низкого переносья (симотический индекс — 28–37), слабо выступающего носа (угол носовых костей— около 18°) и некоторых других признаков, характерных для большинства монголоидных популяций Восточной и Южной Азии. Серии Янь Иня отличаются также средними размерами длинника и поперечника (179–181 и 139–143 мм), мезобрахикранией (78–79), мезогнатностью (лицевой угол — 81–84°), тенденцией к альвеолярному прогнатизму (71–78°), умеренно высокими округленными глазницами (орбитный указатель от максиллофронтале — 78–82).