Чтение онлайн

Самые нарядные иконы написаны в 1813 году по заказу монастыря знаменитым художником Михаилом с Крита. Две иконы 17 века – дар польского генерала Владислава Андерса, командующего польской армией сформированной в 1941-42 годах. Большая часть этой армии через Среднюю Азию была вывезена в Иран и Ирак, где использовалась для охраны нефтепроводов. Сам генерал жил в Маалюле в 1943 году и был частым гостем обители.

Наиболее ценной частью монастыря являются два древних алтаря чашевидной формы из мрамора. Они сохранились в церкви с языческих времён. Пользоваться ими запретили ещё с середины 4 века из-за недопустимого сходства с атрибутами языческого храма.

Жизнь праведной Фёклы, первой христианской святой

Дальнейший путь лежал в один из самых знаменитых монастырей Сирии – женский монастырь святой Фёклы. Он расположился в ущелье слева от монастыря святого Сергия. Там же приютилось селение Маалюля. Название переводится с арамейского как вход. Наверное, потому, что вход в ущелье осуществляется через длинный узкий проход, прорезавший горную гряду Каламун.

Компанию мне составила живописная группа суданских офицеров МВД. Сопровождал её сириец прекрасно говоривший по-русски. Они прибыли в Сирию на стажировку, в этот день у них была культурная программа. Худые высокие чернокожие суданцы, обёрнутые в белые покрывала, мусульмане по вероисповеданию, с интересом изучали православные святыни.

История монастыря овеяна местными легендами, которые переплетаются со строками из писаний и Евангелия.

Когда святой Павел был изгнан из Антиохии Писидийской, он перешёл проповедовать учение Христа в Иконий (сейчас город Конья в Турции). Остановился у некоего Онесифора. По соседству жила богатая вдова. Её дочь Такла (в русской транскрипции Фёкла), сидя у открытого окна, слушала речи гостя. Слова апостола так подействовали на девушку, что она не пила и не еле 3 дня. Разгневанный жених Таклы настоял, чтобы городские власти посадили Павла в темницу. Но она пробралась к нему, подарив стражнику своё серебряное зеркальце, и всю ночь слушала рассказы о Христе. Власти постановили изгнать Павла из города, а Таклу – сжечь. Однако сильный дождь с градом затушил огонь и разогнал стражей. Следом за апостолом Такла отправляется в Антиохию. Там в неё влюбляется правитель города. Не добившись взаимности, он приказывает бросить девушку на растерзание диким зверям. Те к изумлению людей стали лизать ей руки и легли к её ногам. Позже Такла поселилась в пещере в Северной Сирии, где предавалась молитвам и исцеляла безнадёжно больных.

В монастыре есть пещера, в которую по местному преданию переселилась Такла. В ней сделана небольшая часовня, которую посещают паломники, жаждущие исцеления. Рядом находится древний источник, из которого Такла пила воду. В пещеру я не попал, так как монашки требовали снимать обувь, а мне не хотелось разуваться. Но вкусную холодную воду из источника испил.

Маалюльские встречи

Они начались ещё в монастыре Святых Сергия и Вакха. Двигаясь от монастыря братьев христиан по узкому проходу в горах, я встретил старого бедуина в полном снаряжении с огромным кинжалом, едущего на осле. Через несколько шагов навстречу попалась старуха (по-видимому, его жена), передвигающаяся на том же вьючном животном. Разойтись в узком ущелье, тем более при наличии четвероногих транспортных средств, было тяжело. Но я не жалел о временных неудобствах и в изумлении провожал глазами древнюю арамейскую пару.

Ещё больше меня удивила встреча на площади возле монастыря святой Фёклы. Один из местных жителей на английском языке поинтересовался, из какой я страны. Узнав, что с Украины, он расплылся в улыбке и заговорил по-русски. Оказалось, что Илья Кооба – врач. Он окончил Киевский медицинский институт, и пятнадцать лет прожил в Симферополе. Потом с семьёй (женой украинкой и сыном) переехали к нему на родину. Здесь Илья открыл частную больницу.

– Продолжаю традиции святой Фёклы, исцеляю людей от болезней, – улыбается Илья. – Хотите, расскажу о некоторых обычаях местных жителей, касающихся создания семейного очага. В Сирии есть традиция, по которой мужчине нельзя жениться, пока он не построит собственный дом. Конечно, первым жителям Маалюли было проще, они создавали жилища в многочисленных пещерах или высекали их в скалах. Сейчас другое время – многие уезжают на заработки, чтобы скопить немного денег. Но однажды жители Маалюли собрались на сход, и сообща построили общественный дом для будущих молодожёнов. В нём невесты готовятся, переодеваются, прежде чем совершают обряд бракосочетания.

Илья показал мне этот дом и школу с обучением на арамейском языке, в городке также открыт научный центр по его изучению. В Сирии делается всё, чтобы сохранить древний язык, на котором говорил Иисус Христос. Поддержание православных традиций, терпимость в выборе вероисповедания – основополагающий камень грамотной внутренней политики государства. Поэтому в Сирии нет борьбы разных конфессий.

На экскурсии в самой знаменитой мечети арабского Востока

Этот шедевр арабского зодчества привлекает внимание мусульман не только арабского Востока, но и всего мира. Мечеть Омейядов – визитная карточка Дамаска, её первой показывают туристам.

Гостю Сирии, прибывшему в столицу, раньше трудно было найти эту достопримечательность, разве что по призывным голосам муэдзинов, зовущих мусульман к молитве, – мешала плотная застройка Дамаска. Дома вплотную подступали к мечети, принижая её величие. Расчистить пространство пытались ещё османские власти. Однако когда турки ушли, хозяева домов вернулись и отстроились заново. В 80-е годы 20 века операция по расчистке возобновилась, и мечеть засияла новыми красками, издалека открываясь желающим её увидеть.

Незадачливый турист

Но не все окружающие прозрели настолько, насколько хотело правительство Сирии, даже устроившее для создания архитектурной перспективы обширную площадь возле западной стены мечети. К таким незрячим относится и ваш покорный слуга, часто попадающий в комичные ситуации из-за желания охватить необъятное в каждом новом увиденном городе.

Проходя по оживлённому базару Хамидия, известному на весь Восток, ослеплённый блеском изделий местных мастеров, я отстал от группы и попытался найти мечеть самостоятельно. Но у кого бы ни спрашивал на английском «как пройти к Омейяд Моску?», как было написано в справочнике, ни один сириец, к вящему моему изумлению, не указал путь к ней. Самое смешное было то, что я всё время кружил возле и около получаса провёл на площади с западной стороны мечети, снимая портик разрушенного храма Юпитера, голубей, солдат и арабских шейхов. Отчаявшись, я стал делать круги пошире. И вот, наконец, мне повезло. Один респектабельного вида сириец иронично усмехнулся и посоветовал: «А вы идите на крик муэдзинов». Так я и сделал и через две минуты вернулся на площадь. Пение служителей культа раздавалось из-за высокого каменного забора.

До приезда в Сирию я путешествовал по Турции, и привык к тому, что её мечети находятся на открытом пространстве и, если окружены забором, то очень невысоким. Поэтому и впал в заблуждение, о котором, впрочем, не жалею. Согласитесь, приятно блуждать по незнакомому городу. А якобы «незнание» сирийцами местоположения своего религиозного центра объяснилось ещё проще, когда я узнал, что мечеть Омейядов по-арабски называется Джами Аль-Омауи.

«Золотой век» династии Омейядов

Теперь наступило время рассказать, кто и когда построил самую знаменитую мечеть арабского Востока. Для этого окунёмся в историю ислама.

После смерти пророка Мухаммеда, объединившего все племена Аравийского полуострова, арабами правили халифы, как бы «заместители» пророка – одновременно и светские, и духовные руководители государства. Первые четыре, особо почитаемые, Абу Бекр, Омар, Осман и Али, назывались «праведными» халифами. При них арабский халифат подчинил себе огромные территории. В 633 г. одной из первых, через год после смерти пророка, нападению подверглась Сирия. В 636 году полководцы Халед ибн аль-Валид и Абу Убейд, разгромив войска византийского императора Ираклия, вошли в Дамаск. Губернатором города был назначен Муавия ибн Сафьян, выходец из знатного мекканского рода бени Омейя. Когда предпоследний «праведный» халиф Осман, также представитель этого рода, был убит 656 году в Медине в ходе народного восстания, на его место был выбран Али, двоюродный брат и зять Пророка. Муавия не признал власть очередного халифа и через два года в результате военных действий сверг Али и провозгласил себя халифом. Наступил «золотой век» – приемники Муавии, халифы династии Омейядов, сделали Дамаск столицей огромной империи, простиравшейся от Инда до Пиренеев. Большую мечеть Омейядов – замечательный памятник этой эпохи – в 705–715 годах построил халиф Валид 1. В 750 году с приходом к власти потомков дяди Пророка, династии Абассидов, «золотой век» закончился. Абассиды разрушали дворцы и могилы ненавистных им омейядов, но не посмели тронуть великую мечеть, которую жители Дамаска считали третьей по значению после Каабы в Мекке и «мечети Скалы» (Куббат ас-Сахра) в Иерусалиме.

На экскурсии

Я вошёл в мечеть через западные ворота Баб аль-Барид, названные по имени прилегающего квартала. Две маленькие дверцы по бокам устроены в 1416 году, левая специально предназначена для туристов.

Всем входящим женщинам, независимо от вероисповедания, служители выдавали тёмные накидки – «абаи» и платки – иметь обнажённые плечи, руки, непокрытые головы считается неприличным (Коран 24:31; 33:59). И мужчины, и женщины при входе в мечеть должны снимать обувь. Стоял конец ноября, поэтому я предусмотрительно взял с собой тёплые вязаные носки, которые, к зависти окружающих, и надел, как только ступил на холодный мраморный пол. Обувь можно было оставить в специальном помещении, но я, привыкший к особенностям жизни на просторах СНГ, хотя и был наслышан о том, что воровство в Сирии практически искоренено, на всякий случай взял её с собой.