Чтение онлайн

Шастая карандашом по карте, Митчелл вдруг спросил:

— Скажите-ка, Советник, вот тут указано, что здесь живут гномы.

Они там действительно живут?

— Конечно, — ответил Советник, — и не только здесь. Гномы живут почти во всех горах Арнора, да и Приозерного королевства. И здесь, в Гондоре, есть гномы — в Сверкающих пещерах Агларонда. При Гилраэни у нас был с ними прочный союз. Сейчас старые связи ослабели, но мы по-прежнему торгуем с ними. Гномы не могут обойтись без наших продуктов питания, взамен поставляют нам оружие, инструменты и украшения. А когда-то гномы сражались вместе с нами против общего врага, их боевой строй — хирд — был непобедим и вошел в легенды…

— Черт бы вас побрал, Советник! — рявкнул Митчелл. — Какого же хрена вы до сих пор молчали? Их же там так тряхнет в их пещерах, особенно тех, что в Синих горах! Передавим же всех за милую душу!

Надо их в первую очередь оповестить, — и Митчелл поспешно дописал в список еще несколько строк.

Дни плавания для эльфов тянулись медленно. Селестиэль использовала это время для того, чтобы Левин и Лугарев как следует затвердили свои «легенды». Решено было представить их как эльфов из Великого Зеленого леса, того, что ранее назывался Сумеречным. С особым тщанием Селестиэль и Ломион готовили для них родословные: любая неточность или ошибка могли стать роковыми — живут эльфы долго и старческим маразмом не страдают. Пользуясь случаем, Лугарев спросил кое-что и о самой Селестиэль.

— Странно, что ты до сих пор не спрашивал об этом, — улыбнулась она. — Я родилась в Имладрисе, в 2204 году Второй эпохи. Ломион много старше меня, а Рингамир — много моложе. Это было прекрасное мирное время. Нуменорцы изгнали Гортаура из Эриадора далеко на восток, Эрейнион Гил-Гэлад, Верховный король нолдоров, властвовал на Внешних землях. На моей памяти впервые появились Улайры, призрачные кольценосцы Гортаура, а сам он был пленен нуменорцами. Я была свидетельницей высадки изгнанников после падения Нуменора, я помню основание Арнора и Гондора, при мне был заключен Последний союз. Селестиэль подняла голову, глядя куда-то в море, и не видя его, проникая мыслями в невероятную глубину времен:

— Я была еще очень молода, по нашим меркам, конечно, когда Элендил и Гил-Гэлад выступили в поход против Гортаура. В Имладрисе я присоединилась к их войску. Нас было несколько таких — молодых и неугомонных. Вместе с Элрондом и его отрядом я сражалась с ордами Гортаура в Дагорладе, была свидетельницей последнего боя Гил-Гэлада и Элендила с Гортауром, когда оба они погибли, повергнув своего врага, а сын Элендила, Исилдур, снял с руки Гортаура Великое кольцо Тьмы. Какое это было прекрасное время! Да, погибли многие, но и Враг был побежден, и на долгие века наступил мир. А потом Гортаур вновь объявился в Дол-Гулдуре, и Улайры вышли из тени, Арнор распался на три княжества, да что там говорить, ты же знаешь нашу историю… В то время я уже переселилась в Лотлориэн. Во время Войны Кольца, когда Гортаур вновь возвысился и был снова повержен, я участвовала в обороне Лотлориена, а затем в походе на Дол-Гулдур, когда владычица Галадриэль разрушила стены Болотного замка. В тот момент я стояла рядом с ней. Когда Галадриэль и Келеберн ушли за море, они оставили нас троих хранить Лотлориэн и поддерживать его в порядке. Во время Великого Восточного вторжения эльфы Трандуила звали нас с собой, в Валинор, но я не ушла, а Ломион и Рингамир не хотели оставлять меня одну. Мы спрятались в лесу Фангорна, а войскам Короля — без — Королевства, как звали тогда Олмера, было не до нас. Олмер рвался через Рохан и Эриадор на запад, к Арнору, к Серебристой гавани… Потом были долгие девятьсот лет ожидания, пока не появился из подгорной тьмы Гортаур… и пока не пришли вы. Селестиэль, словно очнувшись от сна, взглянула на Лугарева, заслушавшегося и забывшего обо всем, кроме ее слов.

— Н-да, — пробормотал он.

— А ты — принцесса? — спросил Левин.

— Нет, — засмеялась Селестиэль. — Мой отец был самым обычным ювелиром, хотя и одним из лучших в Остранне, а затем и в Имладрисе.

Вместе с Келебримбером, внуком Феанора, он ковал Кольца Власти. Его уважали, но к вождям и королям он не имел отношения. Дни плавания были однообразны. Левин и Лугарев привыкали к жизни эльфов, изучая их обычаи, чтобы не провалить свою важнейшую миссию из-за какого-нибудь пустяка. Пользуясь свободным временем, он как-то спросил Левина, что выявили результаты анализа биологами ДНК эльфов, исследованных перед тем, как изготовить для наемников искусственные тела.

— Как оказалось, — ответил Левин, — они не так уж сильно отличаются от людей. Более того, у них одинаковое с нами число хромосом и очень сходная ДНК. Однако на ней заметны следы генетических манипуляций. Некоторые комбинации генов настолько странные, будто их кто-то переставлял, как кубики. А результат — сам видишь: они могут использовать биоэнергию растений, поэтому почти не нуждаются в белках животного происхождения. Вообще их организм гораздо эффективнее аккумулирует и использует энергию, чем человеческий.

— А в чем секрет их бессмертия?

— Да, как выяснилось, это и не бессмертие вовсе, — ответил инженер. — В их организме процессы регенерации идут быстрее процессов старения. У них даже нервные клетки восстанавливаются. За счет этого они выздоравливают после таких жутких ранений, от которых человек загнулся бы с гарантией. Более того, похоже, они могут влиять на регенеративные возможности человеческого организма и таким образом лечить людей. Еще одна особенность — они гораздо лучше переносят радиацию, чем люди. Радиационный фон их организма несколько повышен, а в клетках кожи и волос содержится естественный люминофор. Под воздействием их фона он светится, этим и объясняется их чудесное свечение в темноте.

— Ну и дела, — пробормотал Лугарев.

Время шло, июль уже подходил к концу. 29 июля Левин увидел на горизонте цепочку невысоких островов, тянущуюся с севера на юг.

— Что это, Селест? — спросил он.

— Зачарованные острова, — ответила она. — Это преддверие Валинора. За ними лежат Мглистые моря, а дальше — Черта.

— Но ведь субмарина Макензи прошла здесь? — сказал Левин. — Значит, пройдем и мы.

— Не забывай, Макензи шел под водой, — буркнул Лугарев. — Моряки Гилраэни тоже смогли пройти мимо островов лишь под водой. Видимо, все эти «чары» действуют только на поверхности. «Пляска святого Витта» приблизилась к островам. Путешественники уже слышали несмолкающий шум прибоя, разбивающегося о скалы, окутанные туманом. После краткого обсуждения стоявший на руле Рингамир направил корабль немного севернее, где проход между островами был слегка шире соседних. И тут они услышали ритмичный плеск весел и барабанный бой. Еще не поняв, что случилось, Лугарев и Левин бросились расчехлять «миниганы». Эльфы схватились за доспехи. Из-за острова, из пелены тумана вышел длинный узкий драккар о двенадцати парах весел. Его высокий нос украшала резная деревянная скульптура в виде головы дракона. На высокой мачте полоскался по ветру черно-красный флаг. На прямом парусе распластало крылья изображение морской чайки. На палубе толпились вооруженные люди, у многих были арбалеты.

— Пираты! — крикнул Лугарев, разворачивая пулемет. Расстояние между кораблями быстро сокращалось. Субмарина Макензи, как назло, куда-то запропастилась, и Лугарев понял, что сейчас их будут убивать. В белый борт эльфийского корабля с треском впилась короткая и толстая арбалетная стрела.

— Эй, бессмертные! — раздался окрик с драккара. — А ну, стой! Вслед за этим послышался злорадный гогот пиратов.

— Игорек, стреляй, чего смотришь! — завопил Левин. Лугарев поймал в коллиматор пиратский корабль и нажал кнопку.

Шестиствольная адская мясорубка с ревом выбросила огненный сноп трассирующих пуль. Носовое украшение драккара, срезанное около шеи, с плеском рухнуло в воду. Струя свинца хлестнула по мачте, брызнули во все стороны щепки, мачта вместе реем и парусом рухнула за борт, словно подрубленная топором великана. Ошеломленные пираты бросились ничком на палубу. Левин вскинул на плечо гранатомет, готовясь стрелять.

— Эге! Да это вроде не простые эльфы! — рявкнул тот же голос на пиратском корабле. — У бессмертных таких игрушек не водится! Погоди стрелять, почтенный! — предводитель пиратов поднялся из-за борта, держа арбалет над головой, потом отбросил оружие в сторону. — Слушай, почтенный, а не поговорить ли нам? Убить друг друга мы всегда успеем.

— Игорек, срежь его, чего ждешь? — сказал Левин.

— Погоди, он прав, — сказал Лугарев. — Что ты хотел обсудить? — крикнул он.

— Хотел о жизни поговорить, — ответил предводитель пиратов. — Говорят, эльфы много знают.

— Интересный способ начать беседу, — указал Лугарев на торчащую из борта арбалетную стрелу.

— Ну, так ведь каков вопрос, таков и ответ, — усмехнулся корсар, оглядываясь на обрубок мачты. — Эй, ребята! Отложите оружие! Ялик на воду!

— Спустить паруса! — скомандовал Лугарев. — Только не приближайтесь к нам, господа флибустьеры, иначе мне придется отправить вас к рыбам! Через несколько минут предводитель корсаров поднялся на палубу «Пляски святого Витта».