Древняя кровь
Шрифт:
– Мне кажется, я тоже могу видеть будущее.
– С чего вдруг? – спросил Джон, начищая наплечник.
– Сейчас Алан пойдёт обратно, – усмехнулся Рэксволд.
– А вот и, – юнец замолк, смотря как убийца демонстративно ставит свои сапоги поближе к пламени. – Ботинки! – парнишка скрылся в кустах, вспомнив забытую на травянистом берегу обувку.
Все рассмеялись.
– Какие у нас планы? – поинтересовался ассасин.
– Уже вечереет, – следопыт взглянул на золотой свет, озаряющий макушки деревьев. – Предлагаю остаться здесь: обсохнуть, выспаться, а с первыми лучами рассвета выдвинуться в путь.
– Замётано.
Лайла продолжила изучать старинную книгу, а Джон с Рэксволдом завели разговор о магии, размышляя какие возможности могут давать сверхъестественные силы. Позже к их беседе присоединился и Алан, изредка высказывавший свои скромные предположения о магических способностях.
* * *
В сумеречном свете бледное лицо мёртвого Грока выглядело зловеще. Покрытый запёкшейся кровью кулак павшего воина крепко сжимал рукоять топора, словно северянин не хотел признавать своего поражения. Его безжизненный взгляд застыл на куске земли с всклокоченной травой, что вырвал отражённый удар секиры. Если бы смерть не покрыла глаза Грока мутной пеленой, то в них бы отразилась неспешно приближающаяся тёмная фигура. Гробовую тишину нарушил таинственный шёпот. Внезапно поднявшийся холодный ветер стал безжалостно трепать волнистое поле. Тонущий в шелесте трав голос окреп, превратившись в монотонное бормотание. Когтистые пальцы начертили на лбу варвара странный символ и лёгким движением опустили каменные веки. С угрожающим скрипом закачались вековые деревья. Усилившиеся порывы ветра донесли из глубин леса нарастающее кроканье. Через несколько мгновений умирающее сумеречное небо заполонили слетевшиеся со всех сторон вороны. Загадочная фигура замолкла и сделала несколько шагов назад. Пикирующие птицы моментально облепили тело северянина. В свисте ветра возник леденящий душу, надрывающийся хриплый крик. Вороньё испуганно вспорхнуло в воздух, и мертвец распахнул глаза.
Глава 11
Одинокие лучи солнца пробивались через тёмную ивовую рощу, пронизывая клубящийся над озером туман. С дальнего берега, полностью утонувшего в молочной дымке, изредка доносилось скрипучее кряканье. Сладостный сон Алана прервался от лёгкого щелбана по носу.
– Ты проиграл спор и должен мне десять золотых, – довольно изрёк сидевший на корточках Рэксволд и кинул хитрый взгляд в сторону. – Думаю, теперь у тебя не осталось сомнений…
Лайла спала рядом с Джоном, положив голову ему на грудь.
– Ничего не понимаю, – тихо сказал паренёк, протирая глаза. – Но как ты узнал об этом ещё вчера? Ты что, и вправду прорицатель?
– Отвечу тебе, когда увижу свой выигрыш.
Алан запустил руку в мешок со своей долей сокровищ, вытащил оттуда горсть монет и отсчитал десять штук.
– Я слишком хорошо понимаю людей, – убийца сжал в кулаке полученное золото.
– И всё? В этом твой секрет?
– Даже не знаю, – Рэксволд встал, упёр руки в бока и потянулся. – Ну, может, я им немного помог… Чуть-чуть… Самую малость… Мне же интересно посмотреть, на что будут похожи их отношения, пока мы не разошлись.
– Эй, так нечестно! – возмутился паренёк. – А ну, верни всё обратно!
– С чего бы это? – издевательски улыбнулся ассасин. – Условий мы не оговаривали.
– Я тебе это ещё припомню! – тут же надулся Алан, но, скосив взор на ухмыляющегося убийцу, не удержался и кинул в него ботинком.
Ассасин ловко увернулся – брошенная обувь пронеслась мимо, закончив свой недолгий полёт в высоких камышах. Услышав всплеск, Алан выпучил глаза, а Рэксволд, глядя на его ошарашенное лицо, расхохотался. Поникший парнишка, что-то пробубнил себе под нос и вяло побрёл на поиски своего ботинка.
– Вы чего расшумелись? – проворчал проснувшийся следопыт.
– Что происходит? – сонно протянула Лайла, чуть приподняв голову.
– Пора в путь, голубки.
– Уже? – Джон взглянул на светлеющее небо.
– Ещё часок, – девушка обессиленно опустила голову на грудь следопыту. – Я вчера до ночи изучала гримуар.
– А ну-ка, проснулись! Не то я вас водой полью! – пригрозил Рэксволд, направив на них указательный палец. – Мне не терпится побыстрее добраться до Карстэнура. Слишком уж я соскучился по выпивке. И не только по ней…
Внезапно ассасин резко пригнулся и над ним, разбрызгивая капли, пролетел мокрый ботинок, тут же потерявшись в густых кустах. Юнец издал истошный вопль, насупился и обречённо двинулся в сторону зарослей.
– Что это с ним? – изумлённо спросил Джон.
– Понятия не имею, – с ухмылкой ответил убийца и принялся собирать свои вещи.
* * *
Пробудившаяся заря разгоняла последние остатки ночной мглы. Пустота брела по окрестностям крестьянских угодий, объятых розовыми тонами рассвета. Вокруг колосились пшеничные равнины со скромными бревенчатыми домишками, теснившие бескрайние зелёные леса. Девушка избегала встреч с людьми, выходящими работать в поля с первыми лучами солнца, неприметно двигаясь вдоль опушки. Пульсирующая боль в висках и шум в ушах усиливали и без того навязчивую мысль о лакомом глотке «Лотоса счастья». Временами неприятные ощущения в голове затихали и на передний план выступал ноющий бок, где в одном из рёбер, как минимум, затаилась трещина. Услышав лошадиное ржание, девушка прижалась к дереву и подозрительно осмотрелась. В её руках тут же оказался тонкий кинжал, до этого покоившийся в скрытых ножнах с внутренней стороны бедра. Беглянка знала, рано или поздно её обман будет раскрыт и стражники поймут, что рядом с телом капитана лежала не убитая разбойница, а переодетая мёртвая горожанка.
Но это была не погоня. Звук доносился из продолговатого сарая, подпиравшего раскидистый ясень. Сразу за ним, в тесноте стройных молодых берёзок, стоял ветхий покосившийся домик. Пустота огляделась: ближайшие крестьяне копошились в поле в двухстах метрах. Было непростительно глупо упускать возможность разжиться лошадью, значительно облегчив путь до тайного лагеря «Бездушных». Пригибаясь и лавируя между кустами, она осторожно подобралась поближе. Ни души. Никто, кроме сидевшей не ветке сороки, не заметил, как разбойница проскользнула в приоткрытые ворота сарая.
Девушка оказалась в объятиях полумрака. После яркого солнца глаза медленно привыкали к тёмному помещению. Сквозь прохудившуюся крышу на пол падали лучи света, покрывая его причудливым узором пятнышек. От запаха навоза с нотками прелого зерна защекотало в носу. Прояснившийся взор выхватил ряд пустых бочек, упиравшийся в столпотворение набитых грязных мешков. С другой стороны стояла ржавая наковальня, давно служившая подставкой для приросшей к ней горки рыжих подков. Прямо за ней грустил о мельнице приставленный к стене треснувший жёрнов. Услышав заинтересованное фырканье, Пустота посмотрела в глубину сарая. В дальнем углу, вытаращившись на незнакомого человека, жевала остатки соломы гнедая кобыла.
Девушка приблизилась, и животное, раздувая ноздри, недоверчиво задрало голову. Осторожно взяв лошадь за потёртый недоуздок, разбойница отследила глазами измочаленную верёвку, тянувшуюся от него к железному кольцу на вертикальной балке. Она уже вознамерилась перерезать её, но отчётливые приближающиеся шаги спутали все планы. В одно мгновенье беглянка отпрыгнула к мешкам и, прислонившись к стене, замерла. Вздрогнувшая от столь неожиданного манёвра кобыла осуждающе фыркнула и, вытянув голову, стала тревожно принюхиваться к незваной гостье. Убедившись в её неопасности, она встряхнула гривой и продолжила жевать сено. Смотря на вход сквозь закружившиеся в столпах света частички пыли, Пустота лишь крепче сжала острый кинжал.
На пороге сарая возник тщедушный кучерявый паренёк с упряжью в руках. Он растолкал спиной ворота, и внутри стало намного светлее. Устало вздохнув и положив упряжь на перевернутый бочонок, мальчуган проследовал к лошади.
– Ну что, старушка, пора немного поработать, – негромко сказал он, почесав животное за ухом.
Пока кобыла ласково тёрлась лбом о крестьянское плечо, боковое зрение парнишки вдруг уловило прятавшуюся у стены фигуру. Воры и беглые преступники были не редкостью в этих краях, и от них можно было ожидать всё что угодно. Боясь повернуть голову, напряжённый мальчуган сделал шаг назад, а затем резко бросился к выходу. Но ни через секунду, ни через минуту он так и не вышел из сарая.