ДРЕВО ЖИЗНИ(Фантастический роман в 3 книгах)
Шрифт:
В это время тот уже спускался вниз. На его шее сидел Володька и трубил в трубу.
– Я бы хотел с вами поговорить!
– Хорошо! Пойдемте в кабинет! Сына, пойди помоги маме собирать помидоры.
– Он нам не помешает. Я, знаете, полюбил его. Чудесный мальчик. Рональд, Джонни, пойдите помогите нашей хозяйке. А вы побудьте здесь, – приказал он неграм.
Положение осложнялось. Сергей рассчитывал, что сам он вырвется и, захватив сына, который выйдет из дома раньше него, сможет уйти в лес. Что делать дальше, пока не приходило в голову. Ольгу не найдут в огороде, это вызовет подозрение. Можно придумать какое-то объяснение. Скажем, пошла набрать ягод…
Он пошел вслед за Бэксоном в кабинет. Бэксон снял мальчика с плеч и усадил себе на колени, удобно расположившись на диване, предоставив Сергею как хозяину занять кресло.
Потом Сергей не раз себя спрашивал: не упустил ли он момент? Ему надо было, воспользовавшись тем, что они остались наедине, придушить Бэксона и выбраться с сыном через окно. Возможно, его удержал вид ребенка, сидящего на коленях у Бэксона, лицо которого расплывалось в доброй улыбке. А скорее всего ему хотелось понять цели Бэксона.
– Вы не можете представить, как мне хотелось иметь сына. К сожалению, у меня дочери. Две! Я их, конечно, очень люблю – но сын есть сын, – с глубоким вздохом закончил он.
– Еще не поздно!
– Как сказать, как сказать. К тому же трудно получить разрешение на третьего ребенка. Земля, к сожалению, сильно перенаселена. "Если я не выполню задание", – послышался голос Бэксона, – "прощай тогда все надежды".
Сергей так давно не занимался "прощупыванием мозгов", как говорили элиане, что теперь это давалось ему с трудом. Вместо четких слов он слышал бормотание, в котором с трудом можно различить смысл. "Каупони мне этого никогда не простит".
– Да! Вы не представляете, какие у нас сложные проблемы в связи с перенаселением! Одна из таких проблем – физическая деградация. Сейчас средний рост мужчин опустился до метра шестидесяти трех сантиметров.
– Глядя на ваших спутников, этого не скажешь.
– Да! Мы подбираем парней покрепче.
– Кто это – мы?
Дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился Рональд:
– Шеф! Ее там нет!
Бэксон быстро взглянул на Сергея.
– Она, возможно, пошла набрать черники для малыша. Мы пойдем ее позовем, – спокойно, как ему показалось, сказал Сергей, намереваясь взять сына.
– Не беспокойтесь! Рональд, посмотрите вокруг! Скажите ей, что мы скоро вылетаем, чтобы она не задерживалась. Так на чем мы остановились?
– На росте…
– Ах, да! Это только одна сторона деградации. Хуже то, что рождается много неполноценных, с признаками генетического отягощения.
– Это действительно очень тревожный признак, – согласился Сергей.
– Вот я и говорю! – обрадовался Бэксон. – Надо предпринимать срочные меры!
– Но правительство должно…
– Ах! Это правительство! – Бэксон пренебрежительно махнул рукой. – Сплошная говорильня! Треп, если хотите знать.
"Кажется, мне удастся его убедить!"
– Это правительство, – продолжал Бэксон, – только считается правительством. На самом же деле оно ничего не предпринимает. Скоро на каждого работающего на Земле придется несколько иждивенцев – умственно недоразвитых уродцев, которые, если не содержатся в специальных домах, то годятся лишь для того, чтобы подметать улицы.
– Это все последствия…
– Да, – продолжил мысль Бэксон, – последствия неуправляемого промышленного комплекса в конце XX – начале XXI столетия, последствия ряда аварий АЭС и, наконец, ряда опустошительных эпидемий типа СПИД. В XXI столетии, т. е. в ваше время, людям казалось, что последствия всего этого будут если не ликвидированы, то сглажены. Вы ошиблись. Они нарастают!
– Что же вы предлагаете?
– Селекцию!
– Как?
– Да! Причем как можно скорее. На Земле останется только несколько миллионов людей, которым будет разрешено иметь детей!
– А остальным?
– Стерилизация. Сейчас есть совершенно безболезненные методы, не наносящие никакого вреда ни здоровью, ни сексуальности. Понимаете, мы должны думать о будущем и спасти человечество как биологический вид.
– Кто это – "мы"?
– Мы называем себя неогуманистами!
– Как же правительство относится к вашим предложениям и программе?
– Оно запретило нашу организацию. Скажу прямо: те, кто сидит сейчас в правительстве, не понимают всей опасности создающегося положения.
– Так при чем тут я?
– Мы просим вас помочь нам!
– Чем?
– Нам надо знать координаты Перуна!
– При чем тут Перун?
– Я толком не знаю. Но те, кто меня послал, сказали, что на Перуне есть средства спасения человечества!
– Вас послал Каупони?
Бэксон так и подскочил.
– Откуда вы знаете это имя?
Сергей молчал.
"Эльга? Нет! Она не может его знать. Не иначе это Джонни! Может быть, они столковались за моей спиной? Сволочь!"
– Так кто же? – повторил свой вопрос Бэксон.
Сергей решил играть дальше.
– Эльга? – настаивал Бэксон.
– Нет!
Бэксон посмотрел пристально в глаза Сергею и понял, что тот говорит правду.
– Хорошо! – он вытащил из бокового кармана чековую книжку. – Мне поручено предложить вам чек на три миллиона международных кредиток. Это очень большая сумма!
– Я думаю, – усмехнулся Сергей, решивший выиграть время, – что Каупони предложит мне значительно больше!
"Понятно! Джонни вошел с ним в долю! Проклятие!"
– Мои условия, – продолжил Сергей, – жена с детьми остаются на острове, а мы едем к вашему шефу.
Ему во что бы то ни стало надо было забрать сына.
– К сожалению, я получил другие инструкции, – жестко ответил Бэксон. От его любезности не осталось и следа. Он стал хмурым и озабоченным.
– Что это значит?
– Это значит, что вы все вместе поедете со мною!
Дверь распахнулась, и на пороге появились все четверо.
– Шеф! Ее нигде нет! – сообщил Джонни.
Бэксон медленно подошел к нему и, размахнувшись, ударил что было сил в лицо.
– Это тебе аванс, гадюка, – тихо сказал он.
Воспользовавшись замешательством, Сергеи взял на руки Володьку и быстро опустил его на землю по ту сторону настеж открытого окна. "Беги к оврагу", – успел он шепнуть ему.
– Держите его! – завопил Бэксон.
На него бросились оба негра. Схватив тяжелую, из мрамора, настольную лампу, Сергей со всей силы обрушил ее на голову Сэма. Тот повалился, как подкошенный. Сергей вскочил на стол, намереваясь выпрыгнуть в окно, но в это время ему в лицо брызнула вонючая жидкость. Он почти мгновенно потерял сознание.