Чтение онлайн

– Ну, по–моему, я первым заметил огонь, – неуверенно произнес Нейсби, кок со станции «Зебра».

Его йоркширский акцент прозвучал как никогда отчетливо. Пока что его можно было назвать образцом силы и здоровья, но по сравнению со вчерашним днем он выглядел совсем другим человеком. Ему, как и всем остальным восьми спасенным, которые присутствовали этим утром в кают–компании, явно пошли на пользу тепло, долгий ночной сон и усиленное питание. Точнее будет сказать, как семи остальным. У капитана Фолсома лицо было так сильно обожжено и так плотно забинтовано, что трудно было разглядеть, как он себя чувствует, правда, я знал, что полчаса назад он съел обильный завтрак, состоящий почти исключительно из жидких блюд.

– Дело было примерно в два часа ночи, – продолжал Нейсби. – Да, около двух. Полыхало уже вовсю. Как факел. Я…

– А где именно? – прервал его я. – Где вы спали?

– В том домике, где был камбуз. Там же мы и обедали. Самый крайний домик с запада в северном ряду.

– Вы там спали один?

– Нет, там спал ещё Хьюсон, вот он, а ещё Фландерс и Брайс. Фландерс и Брайс – они… Они были лабораторными техниками. Мы с Хьюсоном спали в задней части домика, там по обе стороны стояли два больших кухонных ларя, где хранились запасы пищи, а Фландерс и Брайс спали в столовой, возле камбуза.

– Значит, почти у самых дверей?

– Точно. Я, стало быть, вскакиваю, кашляю и задыхаюсь от дыма, в голове мутится – и вдруг вижу пламя: вся восточная стена дома уже полыхает. Я тряхнул Хьюсона, а сам побежал за огнетушителем – он у нас хранился за дверью. Но он не сработал. Замерз, я так думаю. А в общем–то, не знаю. Я бегом обратно. А сам уже ничего не вижу, такой дымище – жуть! Я тряхнул Фландерса и Брайса, крикнул, чтоб они вставали, а потом наткнулся на Хьюсона и велел ему сбегать и разбудить капитана Фолсома. Я перевел взгляд на Хьюсона.

– Вы разбудили капитана Фолсома?

– Я побежал его будить. Но не сразу. Весь лагерь был в огне, пламя подымалось футов на двадцать и распространялось как раз между рядами домов. Ветром по воздуху несло горючее, оно тоже пылало. Мне пришлось сделать солидный крюк к северу, чтобы не попасть в огонь.

– Ветер дул с востока?

– Не совсем. В ту ночь нет. Скорее, с юго–востока. Нет, пожалуй, с востока–юго–востока, так будет точнее. Короче, я дал крюк вокруг генераторной, это рядом с камбузом в северном ряду, и добрался до жилого дома.

– А разбудили капитана Фолсома?

– Да он уже и сам встал. Как только я выскочил из столовой, начали взрываться топливные цистерны на складе горючего, это точно на юг от жилого дома. Ох, и грохоту наделали! Как самые здоровенные бомбы. Тут и мертвый проснулся бы. Короче, этот шум разбудил капитана Фолсома. Он и Джереми, он кивнул на человека, сидящего напротив него за столом, схватили огнетушители и побежали тушить дом, где поселился майор Холлиуэлл.

– Это прямо на запад от склада горючего?

– Точно. Там было настоящее пекло! У капитана Фолсома огнетушитель работал отлично, но он никак не мог подойти поближе к огню. По воздуху летело столько горящего топлива, что мне почудилось, будто даже пена из огнетушителя начала гореть.

– Погодите минутку, – остановил его я. – Давайте вернемся к моему первому вопросу. Как все–таки возник пожар?

– Мы сами толковали об этом сотни раз, – устало произнес доктор Джолли.

– И получается, старина, что толком мы ничего не знаем. Нам хорошо известно, где именно он возник: если посмотреть, какие дома уничтожены по направлению ветра, то это мог быть только склад горючего. А вот как… Трудно даже предположить. Да я и не думаю, чтобы сейчас это имело какое–то значение.

– Нет, я с вами не согласен. Это как раз имеет большое значение. Если мы выясним, как это произошло, мы можем предотвратить подобные трагедии в будущем. Вот почему я и прибыл сюда. Хьюсон, вы отвечали за склад горючего и генераторную станцию. Что вы думаете по этому поводу?

– Ничего. Скорее всего, виновата электрика, а вот как все это случилось, понятия не имею. Похоже, какая–то цистерна подтекала, и в воздухе накопилось много паров горючего. В помещении склада работали два обогревателя, они поддерживали температуру около нуля по Фаренгейту, чтобы топливо не загустело. Должно быть, там что–то замкнуло в термостатах, вот газы и вспыхнули. Но это все мои догадки, и только.

– А как насчет тлеющей тряпки или брошенного окурка? Лицо у Хьюсона побагровело.

– Послушайте, мистер, – я знаю свое дело. Тлеющая тряпка, брошенный окурок… Черт побери, я знаю, как надо вести себя на топливном складе!

– Поберегите нервы, – прервал я его. – Я не собираюсь никого обижать, я только делаю свое дело… – Я повернулся к Нейсби. – А после того, как вы отправили Хьюсона будить капитана Фолсома? Что потом?

– Я помчался на радиостанцию – это домик к югу от камбуза и к западу от дома майора Холлиуэлла…

– А эти двое техников – Фландерс и Брайс, так, кажется? Вы, наверно, посмотрели, встали они или нет, перед тем как выбежать из столовой?

– Прости меня, Господи, я этого не сделал. – Нейсби опустил глаза, нахохлился, лицо у него посерело. – Они погибли. И в этом виноват я. Но вы даже не представляете, что там творилось в столовой. Вся восточная стена полыхала, вокруг полно дыма и копоти, я не мог ничего разглядеть, я даже дышать не мог. Я тряхнул их обоих и крикнул, чтобы они вставали. Я тряхнул их очень крепко, да и крикнул во всю глотку.

– Я тоже виноват, – тихо сказал Хьюсон. – Я был тогда рядом с ними.

– Я не стал их ждать, – продолжал Нейсби. – Но я вовсе не заботился о собственной шкуре. Я просто посчитал, что с Фландерсом и Брайсом все в порядке и они выскочат из домика сразу же следом за мной. Я торопился предупредить остальных. Только через несколько минут я понял, что их ни слуху, ни духу. Но тогда… Тогда уже было слишком поздно…

– Вы помчались к радиостанции. А вы, Киннерд, спали там, верно?

– Да, я спал там, точно, – рот у радиста скривился. – Я и мой помощник Грант, тот парень, что умер вчера. Там же спал и доктор Джолли, за перегородкой в восточной части домика. Там он устроил себе медпункт и берлогу, где колдовал над кусками льда.

– Значит, загорелось сначала с вашей стороны? – спросил я у Джолли.

– Наверно, да, – согласился он. – Честно говоря, старик, я вспоминаю все это, как сон… Как кошмарный сон. Я чуть не задохнулся во сне. Первое, что я помню – это Грант, он наклонился надо мной, трясет меня и что–то кричит. Наверно, он кричал, что весь дом уже в огне. Не помню, что я сказал или сделал, наверно, ничего, потому что потом уже отчетливо помню, как меня шлепнули по обеим щекам, и не слишком–то деликатно, должен заметить. Но, слава Богу, это меня проняло! Я поднялся на ноги, и Грант помог мне выбраться в радиорубку. Так что я обязан жизнью именно Гранту. Я только успел чисто машинально схватить медицинскую сумку, которая у меня всегда под рукой.