Чтение онлайн

– И что? По меркам темных эльфов вы юноша! Ишь гонора сколько! Пообломает тебя жрица! Ох! Натерпишься горя! Благодарным надо быть, что она тебя в стражи записала, а не в рабы!

Переход на «ты» и острая зависть, прозвучавшая в голосе служителя, стали для Зана последней каплей.

Он развернулся и прорычал прямо в лицо мужчине:

– Так пойду. Пусть госпожа сразу оценит, что приобрела. Веди.

Служитель не посмел спорить с ним, только покачал головой и посмотрел на него как-то иначе. С сочувствием что ли. С сочувствием к дроу. Да, так Зан ему и поверил.

Они быстро прошли по узким коридорам храма. Явно не парадным. Слишком много чести для дроу.

Служитель оставил его в ничем не примечательной гостиной комнате. Потухший камин, диван, немного обшарпанные стены. Все это выглядело даже менее богато, чем келья, в которой он проснулся.

Зан не успел решить позволено ли ему сесть на диван. Узкая дверь с другой стороны комнаты отворилась и впустила жрицу.

На ней был дорожный костюм темных цветов, но ворот и рукава были отделаны белой вышивкой и глаза у нее были светлые, почти белые, что сильно контрастировало со смуглой кожей и рыжими волосами. Она была высокой женщиной с идеально прямой спиной и уверенным взглядом.

Зан чувствовал исходящую от нее силу, как и от других жриц, что ему доводилось встречать.

Он опустился на колено, склоняясь перед ней. Но с досадой думал, что никаких теплых чувств и влечения она не вызывает. Даже подчиняться ей не хотелось, как бывало с некоторыми эльфийками, которым он служил. Придется переламывать себя. Снова.

– Встань, страж.

Голос у жрицы оказался мягким и нежным. Но это ничуть не спасало ситуацию. Поднявшись на ноги и посмотрев ей в глаза, Зан испытал еще и волну отторжения. Вот теперь ему становилось страшно.

Надо отдать должное! У Лавинии вышла отличная месть.

Ему следовало бы злиться на нее, но вместо этого его переполняло беспокойство. Где она? Что с ней? Как она теперь будет жить? И хуже всего, что он не знал имеет ли право задавать эти вопросы.

– Почему тебя выбрали в качестве жертвы для призыва? – спросила жрица.

Зан растерялся. Она не знает? Его беспокойство о Лавинии усилилось.

– Я причастен к преступлению, ко многим на самом деле, – Зан хмыкнул, не зная, как лучше объяснить. – Но для моей госпожи имело значение только убийство ее семьи, а я дроу, который был там. Кажется, этого было достаточно для алтаря.

– Это не полный ответ, – спокойно сказала жрица, – но я приму его. Ты знаешь, что значит служить жрице?

– Меня готовили к этому, но я не успел выучить ваш язык, госпожа.

– Это не самая большая проблема, многие стражи не знают язык или знают не тот, – она улыбнулась каким-то своим мыслям.

Зан посмотрел на нее внимательнее. Ее вопросы и поведение были странными. Она не подходила на иномирянку, только что попавшую сюда и изучающую правила. Он ошибся? Чего-то не знал?

– Госпожа, сколько времени я был без сознания? – осторожно спросил он, проверяя границы дозволенного.

– Чуть больше суток. Тело исцелилось от прикосновения белого пламени, но душа…, впрочем, это уже не важно, – она снова улыбнулась. – Ты уже отмечен, так что ты в любом случае будешь стражем. Это не изменить. Но вопрос в том, готов ли ты к этому?

Зан опустил взгляд, неуверенный стоит ли отвечать на этот вопрос. Рядом с этой женщиной он чувствовал себя юнцом, не понимающим мир. Неприятное ощущение.

Он снова посмотрел на свою руку. Рисунок был белым. Но сама сложная вязь линий осталась прежней. Это все еще был след той самой брачной клятвы, что он так опрометчиво дал Лавинии. Надеялся пережить человечку. Пережить жрицу тоже реально, но куда менее вероятно. Жизнь жриц, поддерживаемая Пламенем, могла быть и дольше, чем жизнь обычного дроу.

– Что ж, если ты не хочешь меня спросить о чем-то …

– Что случилось с моей госпожой? – выпалил Зан.

– С той, что положила тебя на алтарь? – на лице жрицы появилась злость, мешающаяся с отвращением. – Нам не известно. Она пропала прежде, чем явилась жрица и исцелила тебя.

Зан закрыл глаза, стараясь смириться с этим. Пропала. Ему не позволено даже узнать жива ли она. Столько усилий он приложил, чтобы спасти эту девушку. Он на самом деле хотел быть с Лавинией. И все бездну! Пламя никого не отпускает. Не стоило и пытаться избежать его касания.

– Но это ведь к лучшему, – продолжала жрица. – Ты будешь жить. Полагаю, самое время тебе познакомиться с твоей новой госпожой.

Зан резко открыл глаза. Так значит он ошибся и принадлежит другой жрице? Это у них такие испытания для слуг?

Дальняя дверь снова открылась. В нее вошла хрупкая черноволосая девушка в белом платье. Зан боялся моргнуть и не верил своим глазам.

Это была Лавиния. Но какая-то другая. Холодная. Спокойная. Она смотрела на него как на незнакомца.

– Он не сможет тебе навредить, милая, – первая жрица теперь обращалась к Лавинии, – он умен и уравновешен. Но ты не обязана воспринимать его как мужа.

– А если я захочу? – голос Лавинии был таким же холодным и спокойным как и ее лицо.

– Ну… – рыжеволосая жрица расплылась в довольной улыбке, – никто тебя не осудит, Лави. Развлекайся, он весь твой!

Она приятельски хлопнула Лавинию по плечу и покинула комнату.

Ореол ее силы рассеялся, и пространство заполнила другая, новая сила, которая как ураган окружила Зана, едва не сбивая с ног. Но она не казалась чужеродной, наоборот, она очень походила на те искры, что Лавиния посылала в его тело, когда хотела помочь его ранам затянуться.

– Лавиния? – собственный голос показался Зану испуганным, надтреснутым, слишком низким и опасным. Хотя у него не было никакого желания пугать девушку, кем бы она ни была.

Она обернулась на дверь, убедилась, что та закрыта и резко вся расслабилась, ее плечи опустились, руки задрожали, на глазах выступили слёзы и ее затрясло от начинающейся истерики.

Зан шагнул к ней, прижимая к себе, не думая – его это Лавиния или уже какая-то другая. Все внутри требовало защитить ее, помочь.

– Я так рада, что ты жив, Зан! Ты не представляешь, как я испугалась!

Ее маленький кулак стукнул его в грудь, почти с той же яростью, с какой она била его, когда узнала, что он был в ее деревне.

– Как ты посмел залезть на алтарь? Как тебе вообще такое в голову пришло?

– Лавиния, это все еще ты? – он чуть отодвинулся, чтобы заглянуть ей в глаза.

Они посветлели. Все еще были серые, но теперь больше походили на толстый лед, способный выдержать что угодно, но под которым видно темную воду в глубине.