Чтение онлайн

Являясь по вызову в приграничные кабаки и пивные, провинциальный ветеринар должен неизменно парковаться за домом, подальше от чужих глаз. Машины, оставленные у парадного крыльца, слишком бросаются в глаза любопытным проезжающим, и одна пара этих глаз вполне может принадлежать парикмахеру.

Я подметил, что интересные новости и сплетни в маленьком городишке распространяются куда быстрее и эффективнее. Наверное, причина в следующем: событиями такие городки небогаты, и любое происшествие, буде таковое случится, обсуждается во всех деловых точках города. С другой стороны, возможно, дело в том, что в маленьком городишке люди больше думают о соседях и надзирают друг за другом куда бдительнее.

Как я ни радовался тому, что наконец-то стою на своих ногах и практика моя процветает, еще отраднее было наблюдать, как возводится здание нашей новой клиники. Вестер Кроусон, наш подрядчик, приступил к строительству в конце мая; он и его бригада работали короткими «бросками» в промежутках между другими заказами, иногда наезжая на рассвете или даже в темноте, чтобы несколько часов потрудиться над бетонными плитами или деревянной обшивкой. Я заглядывал на стройку едва ли не каждый день, порою изучая результаты дневных трудов глубокой ночью, в свете фар. А Джан всегда интересовалась строительством, так что ее постоянное присутствие на месте событий избавляло меня от необходимости принимать решение касательно десятка всяких мелочей.

Поскольку со строительством я столкнулся впервые, меня поражало обилие то и дело возникающих заковык и вопросов. Цвет стен, разновидность плитки для пола, дизайн и цвет сантехники, даже высота полок в лаборатории, — обо всем этом я никогда не думал и, честно говоря, охотно махнул бы рукой на подобные пустяки, однако и эти детали следовало учесть. Джан, напротив, обожала разбираться с такого рода мелочевкой и от души наслаждалась происходящим. А вот мне всего-навсего хотелось, чтобы строительство поскорее завершилось и мы бы смогли начать прием пациентов. Нам уже вовсю названивали потенциальные клиенты. «Ну, как только достроится этот ваш собачий госпиталь», — говорили они.

Многие визитеры считали своим прямым долгом заглянуть на стройку и высказать свои предложения касательно тех или иных аспектов строительства. Все они считали себя экспертами, и у каждого было твердое и непогрешимое мнение насчет нашего здания. Обычно гости указывали на какой-нибудь пустячный просчет, заметить который мог лишь их натренированный, опытный глаз.

— Док, неужто вы тут и поставите парадную дверь? — потрясенно спрашивал один.

— Ну да, а в чем проблема?

— Так она ж у самого края здания. Надо бы сдвинуть ее влево дюйма на два-три.

— Зачем? Какая, в сущности, разница?

— Да она ж не будет открываться во всю ширь. Там стена мешается. На вашем месте я бы заставил подрядчика переделать. Ну, конечно, это ваша клиника… — Критикан вздыхал и многозначительно умолкал.

Другим не пришлись по душе плоская крыша, размещение здания на участке или светлокоричневая краска для наружних стен, но меня это все отлично устраивало, и я упражнял свои дипломатические таланты, отделываясь от этих бесплатных непрошеных консультантов при помощи одобрительной улыбки и нескольких благодарственных слов.

— Давай-ка устроим торжественное открытие, — предложила Джан однажды вечером. — Вестер сегодня объявил мне, что через несколько дней можно будет въезжать, — как только посыпят гравием парковочную площадку и в здании побывает инспектор. Накроем-ка в лаборатории стол, — ну, пунш там, домашнее печенье, — а гости пусть везде походят и посмотрят, или даже экскурсию-другую организуют, ежели захотят.

— Вот уж не знал, что город Батлер должен проинспектировать мое здание, прежде чем я получу дозволение вселяться. Собственно, кому какое дело? — вознегодовал я. — Дома, если мы хотели построить сарай или, скажем, коровник, мы строили — и вся недолга. И никого это не касалось, кроме нас.

— Джон, ну ты же знаешь, что в сфере строительства существуют свои законы и своя бюрократия, особенно в городе. Это все — во имя защиты прав заказчика. Если бы не инспекция, кто знает, как тебе напакостил бы халтурщик-электрик или водопроводчик! — отвечала Джан. — Не беспокойся: я все скоординировала с властями. — Я в очередной раз изумился: и откуда моя жена знает всю бюрократическую подноготную, если никогда прежде строительством не занималась. Однако я знал, как основательно подходит Джан к любому начинанию: свидетельством того стали подробные заметки о ценовых сметах, датах доставки и прямых квотах различных поставщиков оборудования и инвентаря.

— Так, — проговорила Джан, сверяясь с блокнотом. — Думаю, мы переедем из нашего маленького офиса на новое место за недели две-три, если станем заниматься перевозками по вечерам и днем между приемами. Пожалуй, прежде, чем устраивать праздник в честь открытия клиники, надо, чтобы деловая практика уже наладилась: пусть наши гости своими глазами увидят собак — в конурах, порошок против блох — на стойке, а нас — непосредственно в деле. Таким образом, торжественное открытие переносится на начало осени, — вот только хорошо бы успеть до футбольного сезона, а то всем не до того будет.

— Ты считаешь, кто-нибудь придет? — удивился я.

— Еще как придут! АВМА уже проводила опросы, и выяснилось, что людей хлебом не корми, дай посмотреть, что происходит в «недрах» ветеринарных клиник! Все подтверждается документами! — Было ясно со всей очевидностью, что не мне спорить с «документацией» Американской Ветеринарной Медицинской Ассоциации.

— Хорошо, будь по твоему, — согласился я. — Выбери день, а потом сверься с этими твоими власть имущими приятелями, чтобы наше торжество не совпало с каким-нибудь там праздником или охотой на крыс.

— Пап, а можно, наш садик тоже придет? — спросил Том.

— Ну, конечно. Отличная идея! — похвалил я. — Джан, а ты что думаешь? Ну, то есть, некоторым детишкам, возможно, не понравится запах витаминов Б и глистогонного…

— Миссис Минслофф уже говорила со мной насчет экскурсии. Держу пари, дети будут в восторге, — отвечала Джан. — Для них такой поход очень полезен с познавательной точки зрения; кроме того, они поймут и оценят необходимость заботиться о здоровье своих любимцев. Сомневаюсь, что кто-нибудь из них хоть раз в жизни видел ветеринарную клинику.

— А мне прийти можно? — спросила Лайза. Ей еще не исполнилось четырех, но она считала себя куда старше и стремилась быть везде, куда направлялся ее пятилетний брат.

— Конечно, можно, Лайза-Клоп. Поможешь мне кормить собачек. Хочешь?

— Хочу помогать оперировать, — отвечала она.

— Ты еще слишком маленькая. Подожди, пока исполнится пять, отпарировал Том.

— Подумаешь, воображала! Помогать я тоже умею! — отвечала моя дочурка. Оба, — и Том, и Лайза, — обожали, вскарабкавшись на табуреточки рядом с операционным столом, следить за каждым моим движением во время операции. Больше всего им нравилось кесарево сечение на собаке или кошке. Я передавал детям новорожденных, а в их обязанности входило проворно растирать малышей, чтобы стимулировать дыхание. К сожалению, многие четвероногие мамы слишком долго мучились родами, и потомство было уже не спасти. В такой ситуации меня несказанно трогало глубокое отчаяние детей, и я гордился тем, что участь животных не оставляет их равнодушными.