Чтение онлайн

Выхожу из душа, спокойнее стало. Понимаю что ничего уже не изменить. Если сама к нему приеду, прощение буду просить, только больнее сделаю. И себе и ему. Всё равно не простит. Одно дело изменить от отчаяния. И совсем другое, забеременеть от бывшего. Открываю шкаф со своими вещами, домашнюю одежду перебираю. Вижу футболку Дана. Видимо случайно после стирки к себе убрала. Достаю, к лицу подношу. Злюсь. Пахнет кондиционером для белья, а не им. Даже запаха его в квартире не осталось. Надеваю её, за плечи себя обнимаю. Слезы сдерживаю. Больше плакать не буду. Хватит. Придётся учиться жить без него.

Встаю рано утром по первому звонку будильника. Читаю входящие сообщения от Никиты, интересуется моим самочувствием. Пишу ему что всё хорошо. С трудом сдерживаюсь, чтобы не спросить про Дана. Интересно где он сейчас живет и чем занимается. Маме сообщение отправляю, о том что приеду на днях. Надо Адика забрать. Одной в квартире невыносимо находиться. Привожу себя в порядок стоя перед зеркалом в ванной комнате. Маскирую боль и посиневшие впадины под глазами. Шов на лбу пластырем заклеиваю. Швы снимать только через неделю. Главное чтобы шрам не большой был, чтобы его можно было хорошей косметикой скрыть. Надеваю удобные шорты, тонкую майку без лифчика и любимые кроссовки. Репетирую перед зеркалом естественную улыбку, с которой буду с хозяйкой модельного разговаривать. Вроде правдоподобно получается. Как хорошо что душа внутри находится и никто не видит в каком она состоянии. Выхожу из дома, еду сразу в агентство.

В модельном агентстве всё кажется родным и знакомым. Я в этих стенах четыре года отработала. За два года моего отсутствия мало что изменилось. Ремонт тот же, в той же желто-черной цветовой гамме. Только картины на стенах другие, с фотографиями новых моделей. Из прежних девушек никого не осталось. Кто-то замуж удачно вышел, кто-то как и я, учиться пошёл, а кому-то просто надоело. С новенькими я ещё не знакома, слышу их голоса из гримерной и нет никакого желания идти знакомиться. К тому же знаю что Андрея нет. Гример уехал за границу, на курсы повышения квалификации и теперь неизвестно, продолжит ли он работать в агентстве после своего возвращения. И вернётся ли он вообще? Он мне писал как-то, делился впечатлениями. Ему и Артуру в другой стране больше нравится. Там они могут не бояться и не стесняться своих отношений. Никто им не угрожает, пальцами не тыкает, не осуждает. К тому же, как сказал Андрей, там больше возможностей для творческих личностей.

Захожу сразу в кабинет хозяйки, дверь за собой прикрываю. Ирина Григорьевна на своём месте, за столом. В открытый ноутбук увлеченно смотрит, меня не замечает. За это время её лицо пережило ещё несколько пластических операций. И кажется, она наконец-то нашла хорошего хирурга, потому что выглядит и правда намного моложе. Только мимика лица так и не вернулась, совершенно не понятно о чем она думает и что чувствует.

– Здравствуйте.-говорю громко и натягиваю на свое лицо приветственную улыбку.

Ирина Григорьевна от ноутбука отрывается, смотрит на меня оценивающим взглядом, осматривает с головы до ног.

– Мы договаривались что ты вернёшься сразу после экзаменов.-говорит строго.

– Я в аварию попала.-отвечаю. Смело в её глаза смотрю.

Кивает на пластырь.

– Шрам будет?-интересуется. Это её волнует больше моего здоровья и эмоционального состояния. Моя внешность-залог успеха. Я обязана хорошо выглядеть, чтобы иметь «товарный вид» для потенциальных заказчиков.

– Небольшой.-говорю правду.- Любой гримёр с легкостью скроет.- стою у двери и ближе не подхожу. Не понимаю по её настроению и строгому голосу, берет меня на работу или нет. Волноваться начинаю. Позировать перед камерами, единственное что я умею.

– Ты к нам на лето хочешь?-спрашивает.

– Пока не выгоните.-отвечаю.

Вздыхает, длинными наращенными ногтями по столу стучит, задумывается.

– Ладно.-говорит, как будто одолжение мне делает.- Иди оформляйся. Имей ввиду, хоть одно нарушение, опоздание, или больничный, выгоню!- смотрит суровым взглядом.

Киваю в ответ. Не в той ситуации нахожусь, чтобы характер показывать.

– Сегодня фотографы заняты. Завтра приходи на съёмку, надо твоё портфолио обновить, чтобы было что заказчикам показывать.

– Спасибо.-отвечаю и выхожу в коридор. Не могу долго с ней в одном помещении находиться. Спешу в кабинет к секретарю, чтобы договор о приёме на работу оформить.

После агентства еду сразу в клинику. Не хочу откладывать это на потом, нужно решить проблему быстро, прямо сейчас. Выхожу из такси, подхожу ко входу, вывеску в сотый раз перечитываю, словно там что-то новое написали. Волнение кроет. Чувствую слабость внутри. Свою собственную слабость и жалость к самой себе. От того что рядом никого нет в этот момент. Некому поддержать и успокоить. Никто не подскажет как правильно поступить. Сомнения в голову закрадываются. Злюсь на себя. Развела сопли как дура какая-то! Уже всё решила. К чему эти сомнения? Сжимаю челюсть, слабость свою мысленно на замок запираю, выдыхаю и захожу внутрь. У кабинета Елены Владимировны несколько девушек, которые на приём записывались. И мне стоило заранее по телефону записаться. В следующий раз именно так и сделаю. А сейчас прохожу без очереди, игнорирую возмущения других пациенток. Вид у меня такой, что они быстро умолкли. Решили что лучше пропустить, чем разборки устраивать. И правильно, я сейчас в таком состоянии, что сама за себя не отвечаю.

Захожу в кабинет, не дожидаясь приглашения сажусь на стул около стола. Елена Владимировна меня сразу узнала. Полезла в ящик стола, достала папку с результатами анализов, мои ищет.

– Мне нужен аборт.-говорю решительно, чтобы не тратила время на поиск нужного листа.

Она на меня глаза поднимает, смотрит, как будто насквозь видит. Вынимает из папки распечатанный лист и кладёт перед собой, руки поверх него складывает, смотрит внимательно, слова подбирает.

– Вам не интересно узнать от кого ваш ребёнок?-спрашивает с искренней вовлеченностью.

– Нет -говорю резко.- Это теперь не имеет никакого значения. Я с мужем развожусь.

– И всё же. Я должна рассказать вам о результатах анализа.- голос звучит мягко и в тоже время непреклонно. Как у неё так получается? Оставаться сильной и при этом быть доброй и понимающей?

– Я не хочу этого знать!-говорю резко, со злостью в голосе. Смотрю решительно ей прямо в глаза, взглядом давить пытаюсь.

А она не реагирует на моё хамство. И тон моего голоса её не задевает. Слегка улыбается доброй улыбкой, смотрит понимающе.

– На момент забора крови, эмбриональный возраст плода составлял две-три недели. Никак не четыре.-говорит. Как танк прёт, со своей информацией. – Значит ваш ребёнок не от любовника.

– Ты глухая?-спрашиваю. Голос дрожит, руки трясутся, чувствую что истерика начинается.-Мне этот ребёнок не нужен! Я модель и будущая актриса! Меня потом ни в одну рекламу не возьмут с растяжками и лишним весом! А я больше ничего не умею!

Елена Владимировна из-за стола встаёт, воду в стакан наливает, мне протягивает. Смотрит как я пью и за стол возвращается.

– При правильном уходе за кожей, никаких растяжек не будет.-говорит.- К тому же работа модели итак не долгосрочна. Вам всё равно рано или поздно придётся менять профессию.- смотрит на меня непреклонным взглядом, как будто у меня выбора нет. И зачем ей это надо? Приказ от начальства, демографию в стране поднимать?

– Запишите меня на аборт.
– говорю строго и громко. Голос звучит спокойно, убедительно.- Только в выходные, по будням у меня работа.

Вздыхает. В экран компьютера заглядывает, печатает что-то. Выражение лица серьёзное, куда-то пропала напускная забота.