Чтение онлайн

Теперь все они вооружались двумя двуствольными пистолетами, которые использовали и все офицеры моей новой армии. Для ближнего боя у русских всадников имелись палаши. Я долго думал. Что же мне предпочесть саблю, шпагу или палаш. И большинство моих военачальников склонялись к палашу. Это оружия является более универсальным. Ведь им можно не только рубить как саблей, но и колоть как шпагой. Поэтому я согласился со своими генералами. Кроме этого, палаш был более прочный и им можно было безбоязненно наносить сильные удары даже по железным доспехам. А вот сабля или шпага от такого удара по броне могли и сломаться. Слишком уж они хрупкие. И хотя пуленепробиваемые камзолы, делали моих всадников похожими на одетых в доспехи европейских рейтар. Но я все же решил назвать их кавалеристами. Не хочу я во всем подражать европейцам и перенимать их названия.

У России должен быть свой оригинальный путь развития. Мы пойдем своей дорогой. Конечно, я не идиот и бездумно отбрасывать в сторону разные полезные нам европейские придумки не стану. Но и тупо преклоняться перед всем европейским, как это делал Петруша, также не буду. Тут я скорее, начну уподобляться древним римлянам, которые перенимали у своих врагов все самое лучшее и прогрессивное. А потом выдавали его за достижения собственной цивилизации. Не верите? А зря! Например, у этрусков римляне переняли тип государственного устройства и свои знаменитые легионы. Да, да! Такую систему комплектации армии римлянам невольно подсказали этруски. С которыми Рим воевал несколько столетий. И которым даже когда-то платил дань. У Греков римляне научились строительству и кораблестроению. У иберов подсмотрели свои знаменитые дротики-пиллумы и мечи-гладиусы, с которыми потом непобедимая римская пехота и завоевала для Рима всю необъятную империю. У галлов римляне скопировали кольчуги, в которые потом Марий одел своих легионеров. И так еще много примеров можно приводить такого вот хитрого заимствования элементов чужой культуры. А в итоге, потом весь мир был уверен, что это были чисто римские изобретения. Вот и я тоже такую методику пытаюсь использовать. Беру от европейцев все самое лучшее и обзываю его нашим русским изобретением. Вот взять хотя бы те же винтовки «Зубова». Это же копия датского нарезного и казнозарядного штуцера. Но теперь все иностранцы на моей службе уверены, что это наше русское изобретение. Вот, пускай, и дальше так думают.

Кстати, а вот и наши кавалеристы появились на поле боя. Они имитировали атаку на пехоту. Для начала постреляли из своих пистолетов по плотным рядам мишеней, изображавших строй вражеской пехоты. А затем на полном скаку врубились туда, раздавая направо и налево удары своими тяжелыми палашами. Пробив таким образом три шеренги бутафорской пехоты они проскочили им в тыл, затем быстро перестроились, развернулись и атаковали снова. Красиво работают. Если бы там вместо мишеней были живые вражеские солдаты. То они бы уже дрогнули и начали разбегаться. От таких то страшных потерь. После этой атаки на деревянные мишени кавалеристы стали отрабатывать нападение уже на нашу живую пехоту.

Солдаты тоже их увидели и довольно шустро начали перестраиваться из шеренг в квадрат. Такое построение здесь называется каре. И его обычно применяют пехотинцы для отражения атак вражеской конницы. Вот сейчас на моих глазах русские солдатики так и построились. И сделали это довольно быстро и четко. Сразу было видно, что эти люди знают, что делают. Кавалеристы начали кружить вокруг них, имитируя атаку на каре. А пехотинцы стреляли при этом в воздух. Также изображая оборонительную стрельбу. Кстати, я с удовольствием отметил еще один момент. Персидские лошади наших всадников совершенно не боялись выстрелов и громких криков. Это были уже настоящие боевые кони. Ведь лошадей то тоже надо учить и воспитывать для боя. Вот этих хорошо воспитали. Качественно.

– Отлично ты научил воинскому делу людей и лошадей, Патрик! – воскликнул я, опуская подзорную трубу и разворачиваясь к своему генералу. – Вот это уже можно назвать настоящей армией!

– Настоящей армией они станут, когда получат опыт сражений, мой государь! – ответил генерал Гордон, но мне то было видно, что он доволен моей похвалой.

– Ты хорошо потрудился, Патрик! – с улыбкой похлопал я шотландца по плечу. – Большое дело сделал. А боевой опыт у них скоро будет. Грядет война.

– С турками, ваше величество? – спросил Патрик Гордон, вопросительно посмотрев на меня.

– Да, с ними, Патрик, с ними! – кивнул согласно я, ответив на его вопрос. – Так что готовь армию к выступлению на юг!

Глава 8.

Большая политика.

Думаю, теперь то уже можно рассказать о том, что я задумал и к чему так усиленно готовился все это время. В отличие от Петруши, я не буду прорубать то самое пресловутое «окно в Европу». А зачем? Про торговлю с европейцами я уже вам высказывал свои мысли. И они за эти три года здесь не изменились. От той торговли всю прибыль поимеют только, сами европейцы. Нет у них там ничего такого без чего мы бы не смогли прожить. Оружие разве что? Так мы уже не хуже делаем. И в достаточном количестве. Я вот в свое время читал как-то, что Петру Первому постоянно не хватало этого самого оружия. На его глупую и многолетнюю войну со шведами. От которой моя страна особых прибылей то и не получила. Ну, построили мы с очень большими жертвами, трудностями и затратами огромный город в европейском стиле посреди болот. И что?

Получили порт на Балтике, который точно также замерзал зимой, как и Архангельск, который к этому моменту у нас уже был, но находился чуть севернее. Ню, ню! А смысл? Потом нам из-за этого пришлось постоянно держать в Петербурге большой флот и гарнизон. Враг то теперь из Европы мог легко и быстро туда доплыть со своими кораблями. И если раньше никому нафиг те земли возле Ладоги были не нужны. Потому что там ни хрена не было полезного. То с появлением там Санкт-Петербурга это место стало очень притягательным для любой агрессии из Европы. А раньше то северное направление было надежно прикрыто болотами и непроходимыми лесами. Но Петруше моча в голову ударила и он возжелал себе город как в Голландии. С каналами, статуями, фонтанами и дворцами в европейском стиле. Бесила его, видите ли, патриархальная Москва.

Но продолжим опровергать утверждение Петруши о его заботе о русской торговле на Балтике. Феерический бред сивой кобылы. Он такой, да! Такое юному царю московскому могло привидеться только в пьяном угаре его срамных вечеринок в Немецкой слободе. Русские купцы никогда потом за моря не плавали. Хотя нет. Поправка. Они не плавали на Балтике ни до Петра Первого, ни после него. Иностранцы их оттуда просто не выпускали и гнобили со страшной силой как прямых конкурентов. А так-то да! Сами то купцы из Европы очень обрадовались, когда глупые московиты построили порт на берегу холодного Балтийского моря. Теперь то затраты европейских торговцев еще больше уменьшились. Угу, лизнул Петруша им знатно. Чтобы заслужить похвалу от европейских господ.

Но я опять спрошу. А нам то что от этого? Что Россия приобрела кроме проблем вместе с этим новым портом на Балтике? Европейские товары? Одежду, обувь, табак, кофе, ткань, предметы роскоши для нашей аристократии. И это все? Вот и стоило из-за этого воевать двадцать один год? Со Швецией, с которой, между прочим, у моего царства очень хорошие отношения налажены. А чтобы вы не думали, что я вам тут в уши лью дезинформацию. В доказательство своих слов я готов привести такой исторический факт. В 1697 году шведский король Карл Двенадцатый подарил Петру Первому аж три сотни корабельных пушек. Вы хоть представляете, какой это дорогой подарок в реалиях конца семнадцатого века? Сейчас я это очень хорошо знаю. Пушки тут очень дорогие. А молодой шведский король их просто подарил, потому что относился по-дружески к молодому Петруше.

А через три года вероломный и не очень умный царь московский, подзуживаемый поляками и англичанами, объявил войну Швеции. Вот и где логика то? Петруша и тут в очередной раз захотел одобрения господ из Лондона и Варшавы. Чтобы его похвалили, погладили по головке и приняли в свой европейский клуб монархов как равного. И невдомек было дурачку, что его цинично используют Польша и Англия. За чьи интересы Россия потом и воевала против Швеции, убеждая себя, что это нам очень надо. Швеция же была как кость в горле англичан и поляков. А ведь до этого у нас со шведами никаких серьезных территориальных споров не возникало. А вот против поляков мы воевали много раз до этого. Да, тут совсем недавно такая война с Речью Посполитой отгремела. И как тогда это называть то? Взять, значит, и придушить Швецию противника своего давнего врага Польши. Ну, не идиотизм ли?

Кто-то может сказать, что мы в той Северной Войне со Швецией, которая длилась двадцать один год и унесла много жизней русских людей, получили часть Прибалтики и Финляндию. И что? В чем здесь то выгода для моей страны? Мы заимели территорию, на которой не было никаких полезных ресурсов. Только болота, комары и люди, которые нас всегда будут ненавидеть и постоянно пытаться бунтовать против царской власти. Тот же проблемный Кавказ, только с прибалтийским акцентом. Вот и на хрена спрашивается нам все эти чухонцы сдались? Кормить их и облизывать что ли? А они при этом будут всегда держать нож за пазухой, чтобы вонзить его нам в спину. Эти люди никогда не станут лояльными гражданами моего царства. Их же не перевоспитаешь. Население на этих территориях всегда будет относиться враждебно к русским. И я прекрасно помню, чем это закончилось для России. Полным фиаско, братан!