Чтение онлайн

— А как же начальство? Мне еще работать…

— Утрясу этот вопрос. Ну?

— Хорошо, Петр Иванович.

— Ну вот и лады. Ступай принеси нам пивка и чего-нибудь зажевать, там знают, что я люблю.

Когда девушка ушла, двоюродные братья выскочили из сауны, с криком окунулись в бассейн с холодной водой, потом, закутавшись в стерильно белые простыни, устроились в предбаннике, в отдельной кабинке. И тут же полуголая Дана принесла поднос с двумя запотевшими бутылками импортного пива, бокалами и тарелкой с закуской — вареные тигровые креветки, раковые шейки и слабосоленая семга.

— Эх, обожаю семужку, — довольно улыбаясь, сказал Булыгин, осторожно глотнув холодного пива. — Истинно русская закуска, наши купцы всегда уважали.

Бахметов недовольно поморщился:

— Ты, Петя, с какой стати про купцов вспоминаешь? Тебя Советская власть, а не купцы в люди вывела, образование дала, должность солидную доверила.

— Слушай, Илья, а тебе тоже пора в Думу, — усмехнулся Булыгин. — От партии Зюганова. Самое то. Бизнесмен, эксплуататор, а в душе — истинный коммунист.

— Ладно, я о другом хочу сказать. У тебя молодая жена, красивая баба, а ты все дуришь, Петя. Чего еще хочешь?

— А ты своей не изменяешь?

— Нет. У меня семья, ребенок растет. Мне жены хватает. А ты прямо как озабоченный подросток, бросаешься на каждую…

Булыгин снова глотнул пива, бросил в рот кусочек семги, блаженно зажмурился. Потом с усмешкой сказал:

— Коммунистическая идеология, Илья. А я живу как современный бизнесмен. Годы берут свое, а хочется попробовать еще и еще, понимаешь? Жена — она что? За два года все понятно с ней, рожать не хочет, дома сидеть не стала, работает на конкурента Ну а я новых попробую, молоденьких, сладких…

Бахметов прямо из горлышка выпил. полбутылки пива, демонстративно закусил раковой шейкой, Раз семгу любили есть купцы до революции, то он ее игнорирует, по вполне понятным классовым причинам.

— Бардак у тебя в голове, Петя. Тут бы и надо быть внимательным к жене, ласковым. Глядишь, и понял бы, что они там еще затевают! — с досадой сказал Бахметов. — Вместо того чтобы со всякими проститутками валандаться!

— Ты, значит, просто так внимателен к жене, а я должен с ней любезничать ради того, чтобы твои промахи исправлять, так получается?

— Я — да, а у тебя, Петя, бес в ребро, как говорятся. Не можешь просто так со своей женой быть ласковым, ради дела постарайся.

— Зачем? Когда захочется — я и так постараюсь, жена — она и есть жена, никуда не денется.

Он с улыбкой попинал холодное пиво, вальяжно развалившись на деревянной скамейке, закусывал семгой, но в голове звенели злые мысли.

Тупица! Не может понять элементарных вещей! Именно сейчас Ленка ждет, что он станет дарить дорогие подарки, водить но престижным кабакам, театрам, мюзиклам, а потом, в постели, ненавязчиво спрашивать о планах ее фирмы. Она умная баба и ничего не скажет. Но он еще умнее и не станет спрашивать. Более того, не станет надоедать ей (а все знаки внимания сейчас она будет воспринимать только как излишнюю и заинтересованную назойливость). Все, что у нее там творится, он и так знает, а Ленка… пусть задумается, почему он так ведет себя!

Но этого же не скажешь примерному семьянину Бахметову!

— Илюша, а что там у нас в Твери происходит? — спросил он. — Какой-то Осинский делает хорошую мебель.

— Осинский? Да, мне говорили, звонил несколько раз, рвался на встречу… Но у нас достаточно надежных отечественных партнеров, мы с ними сотрудничаем, сегодня два контракта заключили. Реестр отечественных производителей вполне ясен, мы, разумеется, опираемся на него, но только на проверенных, уже зарекомендовавших себя.

— А Самарин готов заключить с Осинским долгосрочный контракт, стать его дистрибьютором.

— Неужели?

— А вот представь себе. Он же умный мужик, знает, что делать. И логика его дальнейших действий очевидна. Если Осинский представляет какую-то ценность для него и пока что он сам по себе, ну, или при областном начальстве, Самарии прикарманит его. Что такое этот Осинский, Илья?

— Да откуда я знаю? Таких звонков от всяких дельцов, которые у себя табуретки варганят, навалом.

— Самарин не станет сотрудничать с дураками, понял? — жестко сказал Булыгин. — Завтра же пошли в Тверь Игоря, пусть прояснит ситуацию и договорится о будущем сотрудничестве с фабрикой Осинского.

— Но если он уже согласен…

— О будущем, понял?

— Хорошо, завтра же сделаю это, прозондирую, так сказать…

Булыгин снова выпил пива, съел пару тигровых креветок, добродушно усмехнулся:

— Хорошо, а? Вот так и поддерживаем себя, так сказать, в тонусе. Здесь и потом… Хорошо!

— Ладно, Петя, мне пора домой, нужно выспаться. Может, послать кого-то из заместителей Игоря? Зачем генеральному менеджеру ехать к какому-то задрипанному…

— Ты, Илья, дурак и не лечишься. Я же ясно сказал — генеральный менеджер должен вести переговоры. Нужно бы тебя самого послать, да ладно, Игорь с этим делом лучше справится.

— Не доверяешь? — обиженно пробормотал Бахметов.

— Просто знаю, кто на что способен.

— И за то спасибо. Слушай, а ты и вправду повезешь к себе эту белорусскую телку?

— Хочешь, оставлю тебе, — хмыкнул Булыгин.

— Нет, спасибо.

— Ну, как хочешь, Илья.

Бахметов торопливо вскочил со скамейки и не оглядываясь устремился в раздевалку. Оно, конечно, в бизнесе всякие соблазны бывают, и он, так сказать, не чужд… «Но если у тебя молодая жена, ребенок растет в новой семье, так надо соответствовать, понимаешь… А то что ж получится? Полный разброд и шатания. Кому это нужно? Да никому. Петя — старый дурак, так это и понятно, работал во Внешторге, бывал еще тогда за бугром часто, вот и нахватался… Ночь проведет с проституткой, а жена в это время в фирме-конкуренте работает! И как это можно понять? Да никак нельзя».

«Вольво» мчалась по шоссе меж заснеженных елей, сказочные пейзажи выхватывали фары из темноты. Лена уверенно вела машину, а Маша Силкина дремала рядом на пассажирском сиденье.

— Не спи, Маша, — сказала Лена, переключая скорость. — Еще раз твои соображения по поводу увиденного в Твери. Давай проснись и пой.

Маша открыла глаза, тяжело вздохнула.

— Да все уже сказала тебе, Лена.

— Резюме, подробное. Ты мой помощник, вместе будем отвечать за эту авантюру. Я завтра должна представить свои соображения Самарину.

— Да? Ну ладно. Короче, так. Продукция Осинского пользуется в Твери большим спросом, и заслуженно, это стало ясно из встроен с известными в Твери людьми.

Фабрика на плаву, есть, правда, долги по оплате электроэнергии, но небольшие. Народ на фабрике толковый, свое дело знает. Снабжение налажено с умом, там понимают, что мореный дуб не хуже красного дерева, а для особо сексуальных пар и выгоднее, потому что кровати из него практически вечны, учитывая тот факт, что клеи не импортные, а свои, на основе старых рецептов. Ну, наш «деревянный» клей они чуток усовершенствовали, получилось — класс!