Другая история литературы
Шрифт:
Историки пишут:
«Пифагор слывет великим математиком, много сделавшим для превращения этой науки из эмпирической в теоретическую. Ему приписывается доказательство „теоремы Пифагора“ и открытие явления несоизмеримости. Ему приписывается идея о связи пяти физических элементов с пятью видами правильных многогранников. В астрономии с его именем связывается открытие косого положения зодиака и определение продолжительности „великого года“, Пифагор — в числе первых геоцентристов и создатель учения о „гармонии сфер“».
О мыслителе, создавшем теоретическую математику сразу во всем ее объеме, сохранилось немало сплетен.
Диоген Лаэртский. — Гермипп рассказывает про Пифагора еще одну историю. Приехав в Италию (в Италию!), он соорудил себе комнатушку под землей и наказал матери записывать на дощечке все происходящее, отмечая при этом время, а затем спускать ему (эти заметки), доколе он не вернется. Мать сделала, как он сказал. А Пифагор некоторое время спустя вернулся наверх тощий как скелет, пришел в народное собрание и объявил, что прибыл из Аида, причем зачитал им все, что произошло (за время его отсутствия). Те были так взволнованы сказанным, что заплакали, зарыдали и уверовали, что Пифагор прямо-таки божественное существо. Дело кончилось тем, что они доверили ему своих жен, чтобы те научились кое-чему из его учений, и их прозвали пифагоричками. Вот что говорит Гермипп.
(А мы отметим, что мать у философа грамотная, а депутаты народного собрания — тупицы все, как один; также надо иметь в виду, что Диоген Лаэртский сочинял историю через 300 лет после смерти Пифагора, линия № 7, реальный XV век. Еще через несколько столетий великий казахский поэт Олжас Сулейменов изрек: «Одной из причин ненаучности историографии можно назвать и слепое доверие к письменным источникам… Принимая любое свидетельство древних хронистов на веру, мы получаем ложное представление о минувшем».)
Аполлоний. — …Пифагор поначалу усердно занимался математикой и числами, а впоследствии и Ферекидова чудотворства не чурался. Так однажды, когда в (гавань) Метапонта входил корабль, груженый товаром, а случившиеся (на берегу) молились, чтобы корабль вернулся невредимым, (опасаясь) за груз, Пифагор подошел и сказал: «Вот увидите: этот корабль везет покойника». В другой раз в Кавлонии, как говорит Аристотель, «он предвестил белого медведя». Тот же Аристотель в своей книге о Пифагоре сообщает еще много других (чудесных рассказов о нем) и среди прочего говорит: «Укусившую его в Тиррении смертельно-ядовитую змею он сам убил своим укусом». Пифагорейцам он предсказал восстание, которое действительно произошло, поэтому он и уехал (заранее) в Метапонт, никем не замеченный. Переходя с другими реку Каса, он услышал, как его окликнул глас громкий и сверхчеловеческий: «Привет, Пифагор!» — спутников же его объял ужас. Однажды его видели в Кротоне и Метапонте в один и тот же день и час. Сидя как-то в театре, говорит Аристотель, он встал и, обнажив собственное бедро, показал его сидящим — оно было золотым.
(Сообщение Аристотеля, жившего в IV веке, о «белых медведях», которые в VI веке, оказывается, были известны во всем мире, от Вавилонии и Индии до Египта, даже комментировать не хочется, оно явно относится к Средним векам; всё остальное сообщение — предвестие Нострадамуса.)
Порфирий. — Что касается того, где он учился, то большинство утверждает, что начала так называемых математических наук он усвоил от египтян, халдеев и финикийцев (так как геометрией с древних времен занимались египтяне, числами и вычислениями — финикийцы, а астрономическими теориями — халдеи), а всему, что относится к культу богов и прочим жизненным правилам, научился у магов и у них заимствовал. Первые (культовые правила), пожалуй, знакомы многим, поскольку они записаны в (исторических) записках, но прочие его обыкновения известны меньше. Известно только, как говорит Евдокс в седьмой книге «Землеописания», что он соблюдал такую (ритуальную) чистоту (святость) и так избегал убийств и убийц, что не только воздерживался от (вкушения) живого, но и никогда не приближался к мясникам и охотникам.
(Время жизни Порфирия приходится на ту же линию № 5–6, что и Евдокса, только не на 3-м, а на 2-м траке; на самом деле оба жили через 50–100 лет после Пифагора.)
Диоген Лаэртский. — Некоторые говорят, что Пифагор не оставил ни одного сочинения, но они ошибаются. Гераклит-физик едва ли не кричит (об обратном): «Пифагор, Мнесархов сын, занимался собиранием сведений больше всех людей на свете и, понадергав себе эти сочинения, выдал за свою собственную мудрость многознайство и мошенничество». Сказал он так потому, что Пифагор в начале своего сочинения «О природе» говорит: «Клянусь воздухом, которым дышу, клянусь водой, которую пью, не извергну я хулы на это учение (логос)». Написал же Пифагор три сочинения: «О воспитании», «О государстве», «О природе»… А то, что известно под именем Пифагора, принадлежит пифагорейцу Лисиду из Тарента, который бежал в Фивы и стал наставником Эпаминонда. Гераклид, сын Сарапиона, говорит в «Сокращении Сотиона», что еще он написал «О Вселенной» в гексаметрах, во-вторых — «Священное слово», которое начинается так: Юноши, свято блюдите в безмолвии все эти речи… в-третьих, «О душе», в-четвертых, «О благочестии», в-пятых, «Гелофалес», в-шестых, «Кротон» и другие (диалоги). «Тайное учение», по словам (Гераклида Лембоса), принадлежит не Пифагору, а Гиппасу, и написано с целью оклеветать Пифагора. Кроме того, Пифагору были приписаны многие сочинения, написанные Астоном Кротонским.
(Подтверждается то, о чем мы говорили уже не раз: в некие времена, при отсутствии понятия интеллектуального права, авторитетному лицу приписывали любые сочинения.)
Приведем кстати отрывок из «Золотых стихов» пифагорейцев, написанных во время Римской империи, причем сообщается, что стихи эти «издавались с комментариями Гиерокла». Хочется верить, что если издавал их сам Гиерокл, то не во время Римской империи, за отсутствием в то время издательств и типографий.
Помни, что честные люди привержены меньше невзгодам. Много люди слышат и добрых, и злых разговоров — Веры слепой не питай, но не оставляй без вниманья, Не раздражайся, узнав, что обман принимают за правду. То же, что я говорю, всегда исполнить старайся: Веры к тому не имей, чьи слова и дела ненадежны, Сам же лишь то говори, что сочтешь из всего наилучшим. Прежде, чем делать, — подумай, иначе получится глупо. Бедные люди ведут себя порой неразумно, Ты же делай лишь то, о чем сокрушаться не будешь. Не занимайся тем делом, в котором ты не образован, Но изучай то, что нужно, и жизнь твоя будет прекрасной. Должно оставить беспечность, коль дело идет о здоровье. Меру важно во всем соблюдать — в еде и в напитках И упражненьях для тела, и мера есть то, что не в тягость. Образ жизни старайся вести нероскошный и чистый. Остерегайся деяний, которые вызовут зависть. Не допускай непомерных расходов, как низкий душою, Но и не слишком скупись. Основа всего — это мера. Все дела сначала обдумай, чтоб не было худо. В успокоительный сон не должно тебе погружаться, Прежде чем снова не вспомнишь о каждом сегодняшнем деле: В чем провинился? Что мог совершить? И чего не исполнил? Перебери все в уме, начиная с начала и после. Радуйся добрым делам и себя укоряй за дурные. Так поступай и усвой, к чему ты должен стремиться, Так ты найдешь пути достиженья божественных качеств.Продолжим обзор мнений о Пифагоре.
Дамаский. — Аристотель сообщает в «Учениях Архита», что (подобно Платону) и Пифагор также называл материю «Иное», как нечто текучее и постоянно становящееся иным.
Порфирий. — Пифагор, как говорит Ксенократ, открыл, что происхождение музыкальных интервалов также неразрывно связано с числом, так как они представляют собой сравнение количества с количеством. Он исследовал, в результате чего возникают консонирующие и диссонирующие интервалы и вообще гармония и дисгармония.
Климент. — Пифагор, по сообщению Гераклида Понтийского, учил, что счастье (эвдемония) заключается в знании совершенства чисел…
Один из Гераклитов, упомянутых здесь, а именно Гераклит Эфесский (ок. 520–460 до н. э.) первоначалом всего сущего считал, не воду (как Фалес), и не апейрон (как Анаксимандр), а огонь, который управляет мировым логосом. Развивал диалектику материализма. Сохранилось 150 фрагментов из его трудов, и несколько сотен свидетельств о его высказываниях, сделанных разными лицами, причем, конечно, и позже его жизни. Приведем некоторые из них.
Ориген. — Следует знать, что борьба всеобща, что справедливость в распре, что все рождается через распрю и по необходимости.
Ипполит. — Не понимают, как расходящееся с самим собой приходит в согласие, самовосстанавливающуюся гармонию лука и лиры… Вечность — дитя, переставляющее шашки, царство ребенка… Скрытая гармония сильнее явной.
Аристотель. — Противоречивость сближает, разнообразие порождает прекраснейшую гармонию, и все через распрю создается.
Порфирий. — Для бога все прекрасно, хорошо и справедливо, а люди одно приняли за справедливое, а другое — за несправедливое.
Теофраст. — Подобен беспорядочно рассыпанному сору самый прекрасный космос.
Стобей. — Из учений, в которые я вникал, ни одно не дошло до осознания, что мудрость отрешена от всего.
Арий Дидим у Евсевия. — И души из влаги испаряются… Зенон подобно Гераклиту называет душу одаренным способностью ощущения испарением.