Чтение онлайн

Наткет вышел из машины, но вместо того, чтобы сразу идти к маякe, пошел вдоль изгороди. Внизу серо-зеленый океан с рокотом брасался на скалы, точно собака рвущаяся с цепи. Отлив обнажил огромные валуны. Они сверкали на солнце склизкой пленкой водорослей, ершились щеточками морских уточек. Длинноногие кулики суетливо бегали среди камней выискивая червей или крабов, пока океан вновь не спрятал свои дары под волнами. Вдалеке мелькнула длинная тень.

Наткет присмотрелся: так и есть – тощая береговая гиена плескалась в приливном болотце в поисках незадачливой рыбы, не успевшей сбежать с отливом. Отец рассказывал, что гиены специально вымазываются в иле. Высыхая на солнце, тот образует крепкий панцирь и гиены могут без опаски ловить змей и прочих ядовитых гадов. У особо старых гиен эти доспехи такие прочные, что их не берет и пуля. Единственное чего они бояться, так это воды. Честер сам видел, как одна такая тварь растворилась в грязную лужу попав под сильный дождь.

Ракета стояла там, где он ее оставил. Наткет вздохнул: все-таки она ему не привиделась. Крутые металлические бока блестели капельками росы и кристаллами соли; иллюминаторы запотели изнутри. Неужели Гаспар всерьез думает, что сможет долететь на ней до Марса? С тем же успехом он мог отправится в путь на бумажном самолетике.

Сомнительно, что ракета вообще оторвется от земли… Ну ладно, метров на двадцать может и взлетит, прежде чем рухнет в океан. Или больше? В голове заворочался червячок сомнений – доходят же люди пешком до Северного Полюса и взбираются на Эверест без снаряжения. Наткет покачал головой: все-таки Марс несколько дальше, чем Эверест, тут одного упорства недостаточно.

Он вернулся к маяку. Из башни не доносилось ни единого звука. Опять что ли никого нет? Или Гаспар еще спит? Астроном все-таки – небось всю ночь смотрел на звезды, а теперь его не добудишься. С минуту потоптавшись на пороге, Наткет постучался.

Ответом был приглушенный грохот и последовавшее бормотание. Кто-то явно свалился с кровати, а теперь вдохновенно чертыхался. Наткет терпеливо подождал, пока из-за двери не раздалось осторожное «Кто там?».

– Густав Гаспар? – уточнил Наткет.

– Да? – дверь приоткрылась, но совсем чуть-чуть.

– У меня для вас письмо, – сказал Наткет.

– Письмо?! – очки в дверной щели заблестели. – Какое письмо? От кого?

– От Корнелия Базвиля, если вы знаете…

Дверь резко распахнулась. Наткету пришлось отпрыгнуть, дабы не получить по лбу. На пороге стоял круглощекий толстяк в брезентовой ветровке. Окинув Наткета взглядом полным сомнений, он вынес вердикт:

– Ты же не почтальон!

– Э… Ну да, – согласился Наткет.

– Думаешь, провел меня?! Ха!

Гаспар отскочил и захлопнул дверь. Наткет так и остался стоять с раскрытым ртом. Ничего себе! Он прислушался – из-за двери доносилось сиплое дыхание.

– Эй! – он снова постучался.

– Что надо? Вот сейчас я заряжаю ружье, слышишь как щелкает затвор?

Гаспар поскреб ногтями но дверному косяку – звук был совсем не ружейный.

– Если через минуту ты будешь здесь – пеняй на себя.

Параноик какой-то…

– Я привез письмо от Корнелия Базвиля, – напомнил Наткет.

– Так я поверил! Проваливай и передай своим зеленым приятелям, что Густав Гаспар будет стоять до конца.

Зеленым приятелям? Опять его приняли за гринписовца? Намечалась нездоровая тенденция. Наткет оглядел себя, выискивая признаки зеленых, но поскольку не знал, в чем эти признаки выражаются, ничего так и не нашел. Хотя… Помнится, он пожертвовал небольшую сумму в фонд защиты попугаев какапо. Исключительно из симпатии к забавным птицам. Неужели, невинное на первый взгляд деяние отпечаталось на лице?

– Это ошибка, – поспешил он успокоить Гаспара. – Я старый знакомый Корнелия… а к «Гринпису» не имею никакого отношения.

Он не представлял, чем зеленые могли насолить еще и Гаспару, но решил с ними больше не связываться. Себе дороже.

– Причем здесь «Гринпис»? – удивился Гаспар.

– Понятия не имею. Это же вы сказали про «зеленых приятелей».

Гаспар снова приоткрыл дверь.

– Старый знакомый, говоришь? Молод ты для старого знакомого. Из Города что ли?

– Да. Мы работали вместе, – сказал Наткет. – На киностудии.

– Уфф, – Гаспар шумно выдохнул и вышел на улицу. – А я уж было подумал… Прошу прощения, но сам понимаешь – времена сейчас тяжелые. Осторожность – прежде всего.

– Да, понимаю, – вздохнул Наткет. Он протянул Гаспару письмо. – Вот… Немного помялось…

Гаспар забрал конверт и разгладил на коленке.

– Я заметил, – сказал он. – Почтальон из тебя совсем никудышный…

– Так я и не почтальон!

– Угу, – согласился Гаспар. Он оглядел его сверху вниз, так старательно, точно что-то искал. Наткету стало неловко от столь пристального внимания. И кроме того показалось, что он уже не раз встречался с этим Густавом Гаспаром, хотя и не мог вспомнить где и когда. Словно часть воспоминаний спрятали в черной коробке. Взгляд Гаспара уткнулся в его кроссовки.

– О!.. Погоди, а я про тебя слышал! Корнелий писал ты его ученик, так?

– Ученик?! – изумился Наткет.

Какой еще ученик? Они работали вместе, это да, но чтобы Корнелий его чему-то учил… Разве что, пунктуальности и тому, что можно заставить работать самую невероятную штуку. В обоих случаях он не добился результатов.

– Точно, точно, – сказал Гаспар. – Он прям так и писал: «работаю с талантливым молодым человеком. Перспективный». Ты и есть тот перспективный молодой человек?

– Ну, наверное, – Наткет пожал плечами. Вот и дождался похвалы… Стало тоскливо.

– И как дела у моего приятеля? – спросил Гаспар, теребя конверт. Ему не терпелось открыть письмо, но сделать это в присутствии Наткета он не решался.

Наткет вдруг сообразил, что на самом деле оттягивает разговор. Но, в конце концов, ему придется сказать печальные вести, так сколько можно себя изводить?

– К сожалению… – он замялся, но собравшись силами выпалил. – Он умер.

Гаспар дернулся, как от пощечины. Очки на носу подпрыгнули.

– Как?

– Не знаю… Не могу сказать точно. Сначала думали, что отказало сердце, а потом в крови нашли яд тропической змеи…

– Проклятье, – прошептал Гаспар. И как-то разом, незаметно, он осунулся и помрачнел. Чтобы стоять твердо, астроному пришлось опереться о стену. – А он был на восемь лет младше меня. Когда?

Он требовательно посмотрел на Наткета.

– В четверг, – ответил тот.

– Значит, перешли в атаку? – пробормотал Гаспар. – Или заметают следы? Кто это сделал?

– Не знаю… Ведется следствие.

– Много они найдут! – горько заметил Гаспар. – Не надейся – что-что, а следы они заметать умеют… Значит, Корнелия отравили змеиным ядом? Они неоригинальны.