Чтение онлайн

– Привет, – робко улыбаюсь и подхожу так близко, что наши тела коснулись. Пусть он, наконец, поймет, что мне никто не нужен кроме него: ни Майк, ни Хосе, ни кто-либо другой.

– Специально это делаешь? – не выдержал Грей и терпимо ухмыльнулся.

– Извините, – неловкий кашель Хосе, заставил меня обернуться, – я, наверное, пойду... Совсем забыл, что обещал отцу перенести вещи ...

Естественно Кристиан не смолчал:

– Конечно... не смеем задерживать…

Грей скрестил руки на груди, похоже он даже не собирается подать руки Хосе на прощание. Рей так и не отвлекся от жарки своего фирменного блюда.

– Старику привет... – выкрикнул он через плечо.

Хосе ушел, а Кристиан по-прежнему недовольно на меня смотрит.

“Эх, запрыгнула бы на тебя с поцелуями, да перед папой неудобно”.

– Давай помогу, пап! – пытаюсь заполнить неловкую паузу.

– Почему ты не сказала, что он приедет? – наклонился ко мне Рей и шепнул в ухо.

Я обернулась, чтобы посмотреть, где Кристиан – он рассматривал трофеи отца и фотографии на стене, и вряд ли нас слышит.

– Я сама не знала...

– Я бы хоть прибрался, а то неудобно перед человеком...

– Все нормально, пап, – успокаиваю я его, а сама корю себя, что действительно не успела убрать у Рея.

Ужин получился очень вкусный, очень домашний ... и очень холестериновый. Я успела заметить, как Кристиан отделял одну картошину от другой. Он не привык к такой еде. Но пиво, припасенное Реем, пришлось как никогда кстати. А уж когда тема зашла про рыбалку, то от прежней неловкости не осталась и следа. Короче говоря, как только речь пошла о качестве фрикционных катушек, кастинге удилища, а также о рыбалке в детстве на бамбуковые удочки – я быстро нашла себе занятие: уборка стола и мытье посуды.

– Ну что ж, мне, пожалуй, пора...

С огромным разочарованием обернулась на него, ставя последнюю чистую чашку на полку.

– Ты уходишь? – спросила я. Мои глаза кричат: “Останься!”

Но вступил Рей:

– Кристиан, куда ты поедешь, уже совсем поздно...

– Благодарю, мистер Стил, но у меня заказан номер в отеле, – он перевел на меня взгляд, – Анастейша, детка, проводишь меня?

Я послушно кивнула, думаю спор лучше не начинать.

– Нет, – все никак не успокоится Рей, – я настаиваю, ты все-таки мой гость.

Кристиан выдохнул и сделал фирменное пропускание рук сквозь шевелюру.

– Останься... – рискнула поддержать я отца.

И тем ни менее после секундного раздумья все-таки сказал:

– Простите, мистер Стил, но не думаю, что это будет правильно...

“Кошмар, Кристиан, ломаешься как девчонка. Откуда в тебе столько нравственности?!”

– Это не обсуждается! – сказал, как отрезал Рей, – Ты ляжешь в моей спальне, я лягу здесь, в гостиной.

Отец метнулся в кладовую, чтобы не слышать возражений и найти чистую постель.

– Вот этого я и боялся... – сказал еле слышно Кристиан.

– Что? – переспросила я – не уверена, что расслышала.

– Вообще-то, я надеялся, что ты поедешь со мной... Но я не могу пренебречь гостеприимством твоего отца.

Он подошел вплотную и шепотом произнес, слегка касаясь мочки моего уха:

– Как бы сильно мне не хотелось трахнуть тебя сейчас и больно шлепнуть твою непослушную задницу...

Мне словно плеснули в лицо алой краской. Я уставилась на свои руки... Хорошо, что Рей вернулся, и я поспешила прийти в себя.

Уже начало второго ночи. В гостиной еле горит свет, это, скорее всего, от телевизора, Рей всегда засыпает под местные новости.

Кошмар! Я здесь, а мой желанный мужчина в соседней комнате. Я не собираюсь вот так вот заснуть! И ему не дам...

Я тихонько открыла дверь отцовской спальни и на цыпочках подошла к кровати, в которой спит Кристиан. Он не шевелится... “Неужели спит?”

Он лежит на спине, и я какое-то время любуюсь его умиротворенным лицом, оно прекрасно – ни одной морщинки. И как такое может быть у человека, который так много хмурится?

Я медленно отодвигаю одеяло с его груди, его тело такое же идеальное. Но эти шрамы... Они ужасны… Нет, они не уродуют его красивый торс, но мне кажется, они настолько глубоки, что одним большим тяжем соединились с его душой...

Я едва касаюсь его плеча... Он крепко спит и никак не реагирует на мои прикосновения. Тянусь к его ключице – осторожно провожу указательным пальцем по ее ложбинке… Рисую линию вдоль его груди и касаюсь кончиком пальца самого маленького шрама...

Кристиан

« – Привет родной. Я рада, что ты пришел... Проходи...

– А мистер Линкольн ушел?

– Не волнуйся, солнышко. Он уехал и вернется не скоро.

Елена сегодня очень красива, от нее пахнет мускатом и ванилью, должно быть это ее новые духи...

– Иди в комнату, раздевайся. Я сейчас приду! – она уже не так мила как при приветствии.

У нас все уже наработано: я зашел к ней в спальню, аккуратно сложил свои вещи на стуле, стал на колени в ожидании ее.

Через пару минут миссис Линкольн зашла. Она в красивом прозрачном пеньюаре, под ним виднеется черное белье и в черных лаковых туфлях на каблуках. Она принесла с собой плеть, раньше я ее не видел. Она пахнет новой кожей. Я это почувствовал, как только она провела ею по моему лицу.

– Кристиан. Ты негодный мальчишка! Почему ты не приветствуешь меня?

– Простите меня, Госпожа, – я стал на четвереньки, наклонился и поцеловал носок ее туфли.

– Вот так-то лучше, – командно говорит она, – но ты же понимаешь, что мне все равно придется тебя наказать?

– Да, Госпожа... Я готов...

Я встал на колени, завернул руки назад и готов испытать очередную физическую боль, которая с недавних пор стала мне гораздо приятнее, той, что я перенес в детстве.

Елена слегка ударила меня по шее, кончик плети больно хлестнул мне по затылку. Еще пару раз она нанесла удары по плечу, потом по другому и каждый новый удар был сильнее прежнего. Но это было совсем не больно. Затем еще несколько, она попадает по груди... больно. Еще удар... И неописуемая боль пробила по мне высоковольтным разрядом по всему телу.

Я скрутился. Боже! Как же больно... Она попала прямо по тому месту, которого я и сам с трудом могу касаться... По моим шрамам...

– Господи Кристиан, родной, прости меня... Я знаю, что больно... Увлеклась...

... Прости меня...

Я резко схватил руку Елены, чтобы оттолкнуть ее от себя...»

– Ана?! ...

Я открыл глаза и с трудом сообразил где нахожусь.

Передо мной Анастейша, которую я крепко держу за руку. Она так на меня смотрит, словно я застал шкодника на месте преступления.