Другая стороны
Шрифт:
По громкой связи ответила Грейс:
– Привет сынок.
Мамин голос приятный. И она никогда не обижается, что я подолгу не звоню.
– Как дела мам?
– Все нормально, отец простыл немного, но я всё равно жду вас с Аной завтра, – быстро добавила она.
Уже кто-то о нас растрепался. Кавана, это в ее репертуаре.
– Мы будем... Только...
Чёрт я хочу сказать про Кайла, но не знаю, как отреагируют родители.
– В чем дело сынок? Вы опять поссорились? Потому что если...
– Мам, Кайл в городе.
На той стороне провода – гробовая тишина. Я даже подумал, что нас разъединили. Однако по тяжелому дыханию матери понял, что это не так.
– Давно? – спрашивает Грейс.
– Пару дней как...
– Я хочу его видеть, – ее голос стал резким и холодным.
– Хорошо мам...
Минут пятнадцать я отходил от разговора с Грейс. Во мне борьба двух сторон: одна – все еще ненавидит Кайла, а другая – чувствует вину за происшедшее в нашей семье. Я мог всё предотвратить еще 11 лет назад, а вместо этого пробудил в брате еще большего эгоиста.
– Сэр, – вызвала меня Андреа, – у вас встреча через пять минут, мне сообщили, что Эдвард Хендригс уже пришел, – “А это еще кто?” – он из рекламной компании “Westgard.
И я вспомнил, предложение Финча по поводу продвижения земельных участков Каскед-Фейрвуд. Это площадь в несколько сотен гектаров. Пора бы ее занять чем-то.
Работа...
Семь часов вечера. Туман спустился на город, дни становятся короче и дорога домой – унылее. У Аны сегодня День Рождения. А я как последняя скотина ни разу не поздравил ее лично. Какой-то осадок остался от вчерашнего разговора, и я понятия не имею, как угомониться. Но очень стараюсь. Я люблю эту женщину, и готов принимать всю эмоциональность ее критических дней.
Готов решать проблемы, а не пресекать их. Что же, подыщу ей что-то дельное – всё равно не спущу с нее глаз.
Глава 52
Кристиан
Эскала.
Опять эта внутренняя борьба, между: обнять и насладиться запахом Аны или заклеить ей рот и смотреть, как она мучается без возможности задавать свои вопросы.
Вот она моя девочка.
Я вошел незаметно и успел немного насладиться беззаботностью Анастейши: ее улыбка и то, как она запрокидывает голову во время смеха – готов наблюдать за этим беспрерывно.
Ана, Карла и Гейл. Они как три подружки оживленно о чем-то беседовали, пили чай и ели что-то вкусно-пахнущее. Только теперь я вспомнил, что не ел целый долбаный день.
– Дамы, – поприветствовал всех присутствующих.
Большие и испуганные глаза Аны в смятении, она теряется и не знает, как на меня реагировать. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не наброситься и не впиться в эти красивые губки. А если судить по ее взволнованной улыбке – она чувствует то же самое.
– Мистер Грей, – вскочила Гейл, словно извиняясь, что она сидит в моем присутствии, – Ужин?
– Да, спасибо, миссис Джонс.
– Кристиан, – кивнула мне Карла в ответ, – я хочу поблагодарить тебя... Если бы ты не настоял…
– Я рад, – с приятным чувством внутри перебиваю ее, – завтра у нас ужин с семьёй и я бы хотел, чтобы вы составили нам компанию, Карла.
Невидимой перебежкой она водит глазами от Аны ко мне.
– Ну, я не знаю...
– Отказ не принимается, – улыбнулся я, – а теперь – прошу нас извинить... Анастейша, детка, – обращаюсь к Ане и беру ее холодную руку, – можно тебя на минуту?
Ее рука не просто холодная, она ледяная, “Господи, крошка, и это я так тебя пугаю?”
Кабинет сейчас чуть ли не единственное место, где нет свидетелей.
Присев на край стола, притянул Ану ближе к себе, теперь она между моих ног.
Стил очень нерешительна, прячет глаза как нашкодивший ребенок.
Я беру ее вторую руку, она не менее холодна предшественницы. Пытаюсь их согреть, медленно начинаю целовать каждый пальчик. Некоторое время я еще следил за реакцией Аны, пока совсем не увлекся процессом.
Ее руки постепенно оттаяли, а взгляд принялся искать мой. Я и сам не знаю где он, где я...
– Кристиан, – тихо говорит Анастейша, – скажи что-нибудь.
Наконец вернулся обратно...
– С Днем Рождения, – неуместно пошутил в ответ.
– Я не про это, – ее улыбка отогрела мне душу, – ты не злишься больше?
– Злюсь...
Ана освобождает руки и окружает своими ладошками мое лицо.
– А мне кажется, что уже нет.
“Ошибаешься!”
– Я люблю вас мисс Стил, но это не значит, что не стану пресекать ваше плохое поведение.
– Я буду наказана?
Освободившись от ее рук, отошел в сторону, чтобы понаблюдать за маленькими человечками в окне, обожаю эту «картину».
– Наказана? Да после твоего письма ... не знаю, как к тебе подойти...
– Господи, Кристиан, я же извинилась.
Она подошла сзади, обняла, а потом словно быстрорастущий плющ переползла кпереди, сменив весь тот прекрасный вид, на не менее привлекательный.
– Я люблю тебя. – устало произносит Ана и, похоже, ждет от меня какой-то реакции.
Ее руки заползли ко мне под пиджак и застряли где-то под ремнем на пояснице.
– Спасибо за подарки, не стоило… – шепчет Ана и целует меня возле уха, – я и не думала, что ты знаешь о моём Дне Рождении...
У меня свело дыхание от ее касаний.
– Помолчи, Ана, – начинаю нервничать и это заметно, – конечно я знал!
Схватил ее лицо обеими руками и заглянул в самое дно этих синих глаз. Надеюсь, она не умеет читать мысли:
«Дурочка… Я болен тобой безнадежно. И это неизлечимая болезнь убивает меня. Я не привык к самоунижению и самобичеванию... Не хватает одного – беспрекословного повиновения ...»
Успев лишь перевести дыхание – влажный поцелуй перегородил мой мысленный поток. Ее губы теплые и нежные. Не отвечаю на поцелуй, но моя нервозность куда-то пропадает.
– Я все поняла...
Она целует меня снова и снова маленькими поцелуями. Это так по-детски, как раз в стиле Аны.
Но не в моем...
Я запустил руку в ее волосы и оттянул от себя. Она издала стон вместе с шумным вдохом, а ее шея соблазнительно раскрылась. Я вижу, как у нее пульсирует сонная артерия. И чем больше слежу за этой пульсацией, тем больше я хочу пройтись языком по тому месту, которое все чаще и чаще подпрыгивает под моим обжигающим взглядом.