Чтение онлайн

Язык мой, враг мой, Биал едва не откусил сам себе кончик языка. Последнее признание было явно лишним.

– Вот видите! – тут же радостно воскликнул тощий медик. – Я же предупреждал вас, что.

– Молчать! – рявкнул капитан.

Офицер космического десанта даже не повернул голову в сторону тощего медика. Однако его грозного рыка вполне хватило, чтобы тот разом заткнулся.

– Рядовой Биал Ришат, приказом министра обороны вам присвоено внеочередное звание сержанта. Теперь вы командир отделения.

– Служу Федерации! – Биал вновь вытянулся по стойке смирно.

– Принято решение отправить третью и самую решительную экспедицию на Дайзен 2 для подавления вооружённого бунта и наведения конституционного порядка.

– Но он же… - от удивления самый крепкий медик подался было вперёд.

– Сейчас каждый космический пехотинец на вес золота, - капитан медленно повернулся к крепкому медику. С вашей стороны преступная халатность держать под замком полностью подготовленного космического пехотинца в отличной физической форме, к тому же обладающего реальным боевым опытом.

От слов офицера космического десанта повеяло таким холодом, что крепкий медик испуганно вжал голову в плечи.

– Поздравляю вас, сержант.

Биал от души пожал крепкую, накаченную руку капитана.

Быстрым решительным шагам капитан вышел из смотровой. Медики гуськом потянулись за ним следом. Тощий бурчит под нос.

– Служу Федерации, - гораздо более тихо и спокойно произнёс Биал.

Ослепительная радость распирает грудную клетку. Биал с трудом перевёл дух. Дыхание сбилось, словно только что пробежал десятку с полной выкладкой.

Дикий соблазн на мгновенье стрельнул в голову и, слава богу, пропал. Биал аккуратно закрыл за собой дверь в смотровую. А так было бы здорово грохнуть ей со всей силы! Чтобы у тощего глаза из орбит вылетели.

По размерам Ларана 5 в два раза больше Мирема, только в силу местных геологических особенностей недр её гравитация всего на десять целых и одну десятую процента больше стандартной. Из-за этой жалкой десятой доли планету чуть было не признали непригодной для заселения. В своё время в парламенте Федерации развернулись бурные прения. Учёные и легионеры (обобщённое название правозащитных организаций) упорно настаивали на запрете. Однако Министерство колоний, при артиллерийской поддержке Министерства финансов и президента Винжана лично, передавили ситуацию в свою пользу. В 7294 году Нижняя палата приняла специальный закон, который признал Ларану 5, пятую планету в звёздной системе Лараны, годной для заселения в порядке особого исключения. Сенат для виду подискутировал пару дней, после чего президент Винжан быстренько поставил под законом свою подпись.

В далёком геологическом прошлом на Ларане 5 извергалось множество вулканов, а на её поверхность упало ещё больше массивных метеоритов. Ну а так как на планете начисто отсутствует атмосфера, вода и ветер, то многочисленные кратеры на её поверхности так и остались в первозданном состоянии. Лишь изредка между крутыми горными хребтами и нагромождённых друг на друга кратеров протянулись узкие языки лавовых равнин.

Ларана 5 богата тяжёлыми радиоактивными металлами. Из-за чего собственно в Нижней палате Федерации и развернулись бурные прения. Наиболее удобные места для добычи полезных ископаемых находятся либо в жерлах давно потухших вулканов, либо на дне исполинских метеоритных кратеров.

Редкие поселения шахтёров возникли рядом с шахтами и рудниками. Не удивительно, что все они оказались на сотни и сотни метров ниже уровня земли. Так у Лараны 5 появилось второе гораздо более известно имя Яма.

Зловещий оттенок второму имени придало ещё одно обстоятельство. От звёздной системы Лараны до метрополии световому лучу путешествовать целых двадцать восемь лет. Зато рядом, по галактическим меркам, разумеется, всего в восьми световых годах находится Тилана 3, прекрасная Акатуна, сестра-близнец старичка Мирема.

На Акатуне плотная атмосфера насыщена кислородом. Две пятых планеты покрывает синий океан. На материках и островах растут густые леса и джунгли. За триста лет интенсивной колонизации население колонии достигло внушительной цифры в восемьсот миллионов человек, четыре пятых человечества за пределами звёздной системы Геполы.

Пусть на прекрасной Акатуне до сих пор хватает медвежьих углов, однако правительство не стало портить облик планеты тюрьмами и поселениями для заключённых. Не долго думая, в Яму стали сливать всех, кто не в ладах с законом, кто не хочет жить мирно и вовремя платить налоги.

Колонии в Яме далеко до Свалке. За пять десятков лет количество вольных и невольных переселенцев едва, едва перевалило за двадцать семь тысяч. Ларана 5 ещё не может принять всех без исключения колонистов третьей категории с Тиланы 3. Однако ещё лет через пятьдесят Яма окончательно станет для прекрасной Акатуны тем, чем Свалка является для Мирема вот уже четвёртое столетие.

Утро понедельника для многих обитателей Алинграда, столицы Лараны 5, самое тяжкое время. Как весело было на выходных и как не хочется возвращаться к тяжёлому монотонному труду в рудниках и шахтах проклятой Ямы. Впрочем, для Янпана Свана, гораздо более известного под кличкой Лом, утро понедельника обладает своей собственной неповторимой привлекательностью. В отличие от подавляющего большинства подневольных работников Ямы он обожает свою работу. Чем может быть плох понедельник, когда после двух законных выходных в кругу любимых жён и детей можно наконец вернуться к любимому делу?

Для своих сорока семи стандартных лет Сван выглядит великолепно: здоровенный физически крепкий мужик. Не жирный боров с отвислыми боками, а крупный боец. В синей рабочей робе Сван похож на обычного эмигранта третьей категории с накаченными бицепсами, пудовыми кулаками и пропитыми мозгами. На деле это не совсем так. Пусть у него пальца рук и в самом деле короткие и толстые, зато совершенно нетронутые лопатой или ломом. А всё потому, что Сван не работает на урановом руднике инженером или прорабом на стройке. Нет. Вот уже двадцать шесть лет Сван прилежно трудится главным следователем в Управлении полиции Алинграда. По сути он главный следак всей Ямы.

С момента основания пятьдесят лет назад Алинград почти естественным образом разделился на три уровня. Самый верхний, самый престижный и дорогой, занимают жилища колониальных чиновников и прочих не самых бедных жителей столицы. На среднем расположились предприятия по обслуживанию Алинграда, заводы, мастерские и, естественно, Управление полиции. Третий, самый низкий и большой уровень, занимает урановый рудник и обогатительная фабрика. Словно в насмешку бараки эмигрантов третьей категории застряли между вторым и третьим уровнями.

На работу в Управление Сван предпочитает ходить пешком. Просторные улицы-туннели едва-едва оживают. Работяги в полинялых спецовках и чиновники в потёртых пиджаках торопливо-медленно перебирают ногами. Немногочисленные женщины ведут ещё менее многочисленных детей под руки в единственный в Алинграде детский сад. Изредка по проезжей части проскакивает электромобиль. Прохожие нехотя уступают дорогу древним развалюхам на четырёх колёсах. Гул голосов и топот ног то и дело прорезают гудки машин и грязная ругань водителей.