Другая женщина
Шрифт:
– Даже не подозревал.
– Как странно. Все это так не похоже на Крессиду.
– О да, совсем на нее не похоже, - со злостью сказал Оливер.
«И неудивительно, что он разозлился, - подумала Тилли.
– Помимо страдания, это еще и большое унижение для него. Бедный Оливер, он чувствует себя оскорбленным».
– Послушайте, - внезапно сказал Руфус, - она не перестает удивлять меня.
Все посмотрели на него.
– Чем же она тебя так удивляет? Мне всегда казалось, что Крессида - это открытая книга.
– О да, книга, полная тайн!
– горько рассмеялся Оливер.
– Так что ты хотел сказать, Руфус?
– Да так, ничего особенного. Просто она была совсем не такой простой, как нам всем казалось.
– Почему ты так решил? Приведи хоть один пример. Кто знает, может, это нам пригодится.
– Не думаю, что это пригодится, хотя кто знает. Так вот, например, я никогда не знал, что она свободно владеет французским.
– Не может быть!
– Манго от удивления открыл рот.
– Я говорю правду.
– Руфус, этого не может быть! Когда она недавно навещала нас с отцом в Париже, она не говорила по-французски. Вернее, лепетала какой-то вздор из школьной программы.
– Поверьте мне, она прекрасно говорит по-французски. Я сам это слышал.
– Когда?
– Совсем недавно, - ответил Руфус, явно наслаждаясь произведенным фурором, - она прилетела к Гарриет и остановилась у нее. Как-то вечером я зашел к ним и застал ее говорящей по телефону. Я не знаю, с кем она там говорила, но разговор шел о переводе денег во французский банк. Так вот, она говорила совершенно свободно, гораздо лучше, чем я.
– Ты ей сказал об этом?
– Да. Она не видела, как я вошел, и была очень смущена. Я заверил ее, что ничего не слышал, просто меня поразило ее свободное владение французским языком. Она рассмеялась и ответила, что совсем недавно окончила какие-то ускоренные курсы, так как с детства мечтала говорить по-французски.
– Ясно.
– Манго задумчиво покачал головой.
– Как странно. А ты рассказал об этом Гарриет?
– Нет, Кресс попросила меня не делать этого. Она сказала, что не хочет огорчать Гарриет, у которой всегда были трудности с языками, и та расстроится, узнав, что ей французский дался так легко.
– Оливер, а ты знал, что она владеет французским?
– Конечно, нет, - с горечью ответил Оливер.
– Мы никогда не говорили на эту тему.
– Должно быть, ты что-то напутал, Манго. Возможно, она окончила курсы уже после того, как вы встретились в Париже.
– Руфус, она была у нас всего месяц назад.
– Похоже, что она всех нас обвела вокруг пальца. Но это не так уж и важно.
– Тилли, а тебя ничто не удивляло в Крессиде?
– Я ее мало знала, чтобы чему-то удивляться. Мы встречались с ней всего трижды: один раз в Нью-Йорке и два в Лондоне.
– Помню, в Нью-Йорке на Рождество. Тогда мы все обедали у Оливера.
– Да. Правда, меня всегда поражало, что сестры такие разные. Я имею в виду не внешность, а их характеры. Гарриет, независимая, полная амбиций, с твердым характером, и Крессида - мягкая, слабовольная, очень женственная.
– Ну, это знали все. Вернее, знают все, - поправился Руфус.
– Мы не должны говорить о ней в прошедшем времени. Я уверен, что она скоро вернется.
– Конечно, вернется, - согласился Манго.
– Да, вспомнила, - сказала Тилли, - есть еще одна странность, о которой мне сегодня рассказал сэр Мерлин. Вы знаете, что Крессида хорошо играет в покер?
– Крессида? В покер? Ну, это просто смешно!
– воскликнул Манго.
– Я сам несколько раз пытался научить ее. Она путается в картах, не может сосредоточиться, все забывает.
– Мерлин сказал, что она играет великолепно. Она научилась, чтобы удивить вас всех.
– Ну, если так, но я поверю, когда увижу сам ее игру…
– О Господи!
– воскликнул Оливер, вскакивая со своего места.
– Как все противно!
– Он бросился в ванную.
Они молча ждали его. Наконец Тилли не выдержала и отправилась за ним. Оливер сидел на унитазе, обхватив голову руками. Тилли села на край ванны и погладила его по голове.
– О, Тил, - простонал он, - какая ужасная история.
– Он посмотрел на нее полными слез глазами.
Тилли вынула платок и вытерла ему слезы.
– Оливер, не буду тебя утешать, но ты не должен отчаиваться. Она обязательно вернется. Я это твердо знаю.
Покачав головой, он взял ее руки и уткнулся в них лицом.
– Нет, нет, я так не думаю, но даже если… Господи, Тилли, все так ужасно. Все гораздо хуже, чем ты можешь себе представить. Я… - Он замолчал, прикусив губу.
Тилли молча ждала.
– Что ты хотел сказать, Оливер?
– Ничего. Сейчас мне опять будет плохо.
Тилли дала ему воды и усадила рядом с собой. Он обнял ее.
– Ты хорошая девушка, Тилли. Мне следовало бы жениться на тебе, только вот Руфус тебя не отпустит.
– Думаю, что так, - рассмеялась Тилли, - но, боюсь, тебе пришла в голову не самая блестящая идея. Хотя все могло бы быть и по-другому.
– Спасибо, Тилли. Ты знаешь, как утешить мужчину.
– Ты понял, о чем я говорю?
– Думаю, да. Клянусь, что нам было бы хорошо вместе в постели.
– Он улыбнулся ей, и его лицо немного расслабилось.
– Возможно, Оливер, но сейчас не время говорить об этом. Когда Руфус позвонил мне в Париж, он сказал, что ты не хочешь жениться. Может, я вмешиваюсь не в свое дело, но я желала бы знать, что ты хотел этим сказать. Может, это как-то связано с исчезновением Крессиды? Почему ты…
Оливер быстро взглянул на нее. В его взгляде чувствовалась настороженность.
– Просто у меня расшалились нервы, - ответил он быстро.
– Я слышал, так часто бывает с женихами.
– Возможно, - согласилась Тилли, подумав про себя, что немногие женихи пытаются при этом отравиться, плачут и взывают о помощи. Определенно он что-то скрывает.
– Здесь очень душно, - сказала она, помолчав.
– Почему бы нам немного не подышать свежим воздухом? Хочешь погулять со мной, Оливер?