Другая жизнь
Шрифт:
– Нет. Только вместе. Я за тобой вернусь.
– Дурень… – Отец прислонился к стене. – Дурень.
Когда стемнело, Жун пришел сам.
– Вот тебе баронский перстень, там кто-нибудь его обязательно узнает. Спросишь самого старшего. Скорее всего, это командир Егерского полка. Ему и скажешь: про барона, про столицу. На следующую ночь мы здесь посветим, пусть тебя обратно пришлют. Понял?
– Да, все понял.
– И помни про своего старика. Ты меня знаешь.
Снял меч, сапоги, куртку. Вода была теплой. Посмотрел на отца и оттолкнулся от стены. Если егеря заметят, сразу стрелу воткнут или дадут доплыть? Сейчас и узнаю.
17 злыдня 325 года. Утро. Замок Чурр. Весло
Поздно вечером на мосту зашумели. Выскочили из палатки вместе с Сержантом.
– Чего там? Воюют?
– Непохоже. Лязга нет, и факелы разжигают. Приехал кто-то.
– Что-то сильно засуетились: сама герцогиня пожаловала?
– Как же…
Постояли. Из темноты вынырнула Зиги.
– Сержант, Весло, не спите?
– Ну не только вам, молодым, не спать, – подколол я. – Чего там?
– Старшой приехал.
– Молодец, вовремя. Куда пошел, к егерям?
– Нет, купаться полез. Пыльный после дороги, говорит, – Зиги засмеялась. – Егеря стол накрывают. Пойдете?
Сержант покрутил головой.
– Сама как думаешь? А ты что, к егерям переехала, что ли? Смотри, Весло, краснеет тигрица наша. С чего бы это?
Я усмехнулся.
– Все тебе, старый, надо знать. Пошли. Посвети ему, Зиги, а то свалится еще в броне в озеро, будем потом ловить.
– Да я и в броне его переплыву, нашли еще старика… Иди, иди. И свети.
Вид был фантастическим. Вдоль озера пылали факелы, отблески качались на воде. Цепочка огней уходила с двух сторон по берегу и пропадала далеко-далеко за поворотом. На стенах затопленного замка тоже пылали огни, освещая подступы. Боялись ночного штурма. Правильно, завтра и поплывем, все готово.
Старшой рассказал вкратце последние новости, мы похвастались своими.
– Что там за надпись на мосту? Я не успел прочитать. – Командир кивнул в сторону дамбы.
Егеря засмеялись. Майор Шишш оглянулся на своего заместителя, тот опустил голову.
– Мы хотели назвать мост в честь одного человека, который придумал все это, но он оказался очень скромным. Поэтому мост назвали чуть по-другому. – Майор улыбался. – Правда, возникли трудности.
Старшой поднял брови:
– И кто придумал? А какие трудности?
– Придумала все это ваша несравненная Зиги. А трудность в том, что назвать мост «тигриным» не совсем верно, а «мост молодой тигрицы» как-то не звучит.
Старики веселились вовсю. Старшой тоже посмеялся.
– Не знаю, чем и помочь. «Тигрицын мост»? Как-то так.
– Во, это правильно. А мы боялись, есть ли такое слово. Барон, исправляйте.
– Зиги, рад за тебя. Шхуна «Лиса» у нас есть, теперь Зигин мост. Есть чем гордиться. Ладно, когда потеха начнется?
– Завтра… – Майор не успел договорить. К столам подбежал егерь.
– Командир, лазутчика поймали, плыл из замка.
– Сюда плыл, на свет? Странный лазутчик; давайте его сюда.
Через мгновение егеря подтащили мокрого человека, стучащего зубами от холода.
Старшой взял, как обычно, все в свои руки:
– Одеяло ему, высушить. И кружку рома с водой. Быстрее. Вот так. Ты кто?
Пленный допил, осмотрел всех нас. Лицо его было почему-то знакомо.
– Меня зовут Окрошка. Я из замка. Мне нужен ваш самый старший командир.
– Самый-самый? Ну, ты правильно попал. Вот командир Егерского полка, вот начальник отряда контулукских егерей, вот глава охраны Центрального банка. – Старшой показал на Сержанта. – Кто нужен?
– Нет, самый главный.
Офицеры засмеялись. Майор приказал налить парню еще.
– Граф, я боюсь, что отдуваться все же придется вам. Вы тут у нас объединяющий стержень.
– А я думал – только искупаюсь. Ну как всегда. Граф Старшой, слушаю тебя.
Пленник посмотрел на нас, но понял, что разговора наедине не получится.
– Там мой отец, лекарь Тан, в заложниках. – Вот почему он показался мне знакомым… Было дело. – Если я завтра не вернусь, его убьют.
– Мы поняли, продолжай.
– Барон Чурр, вот его перстень, и его воевода Жун хотят сообщить, что не собирались воевать с Корронной. Они только хотели навести порядок в своих землях. Так сказали. Их подталкивал человек, который приехал из столицы, он и сейчас в замке. Вчера он им сказал, что вот-вот герцогиню и ее ближайших людей должны убить, а все, что было здесь – лишь отвлечение внимания. Барон Чурр готов к переговорам.
Офицеры вскочили с мест. Старшой жестом усадил их обратно.
– Не волнуйтесь. Я просто не успел сказать. Заговор раскрыли, всех… ну почти всех, поймали. Не знаем, кто это все организовал, но исполнителей похватали. А как зовут этого столичного человечка?
Окрошка помотал головой:
– Я его вчера первый раз близко видел. Высокий, лет сорок. В рясе монашеской, но с мечом. Глаза разные. Имени не знаю.
– Интересно… – Старшой похлопал ладонью по столу. – Посадите его, пусть что-нибудь съест. Майор, вы понимаете, что этот «монах» очень нам нужен? Егеря, к вам тоже это относится. Большая награда за живого.
– А к нам? – не выдержал я.
– Весло, про тебя и не говорю. Построим второй мост, назовем «Мост Уважаемого и Незабываемого Весла».
– Нет, спасибо. Одного хватит…
– Барон Чурр ждет тебя одного, парень?
Окрошка оторвался от куска мяса, помотал головой:
– Они посветят вечером: если есть кто желающий для переговоров, пусть плывет со мной.
Старшой с майором переглянулись.
– Даже не думайте, граф, – майор покачал головой, – я вас туда не пущу. Всякое бывает. И сам не поеду. Найдем переговорщиков и так. От меня барон Донн, от вас – кого скажете. И не сверлите меня взглядом, герцогиня меня скормит крысам, а я еще на свадьбе тут одной погулять хочу.