Чтение онлайн

Мама явно была не в своей тарелке. Папа откашлялся и заявил, что не понимает, как мой хвост может быть хорошей новостью.

Один из врачей похлопал его по спине.

– Это значит, что у нас все получится. Мы сможем трансформировать человеческую расу. Земля будет нашей!

– Но мы же всю дорогу пытались стать людьми! – взорвалась Ма. – А не наоборот!

Они глубокомысленно покивали.

– Ну да, – подтвердил длинный. – Мы пытались.

Он оглядел Ма и Па с головы до ног.

– Вы двое выглядите довольно прилично. Даже, я бы сказал, первоклассно. Но не всем так повезло. Некоторые другие сейчас в плохой форме. То есть в откровенно кошачьей. Нам придется забрать их обратно на Корабль.

– Обратно на Корабль? – ахнула Ма (ахает она просто замечательно). – Это которых?

– Нью-Мексико, – короткий принялся загибать пальцы, – Джорджию, Юту…

– Поверьте, – перебил его длинный, – теперь тут станет гораздо лучше. Кругом одни кошки, совсем как дома. Да и людям понравится быть нами!

Я пощупал свой хвост и обнаружил, что по сравнению с утром он стал заметно длиннее.

– Идиотизм какой-то! – не сдавалась Ма. – Натан – один из нас. Как его хвост может что бы то ни было доказывать?

– Точно-точно, – встрял Па. – Он просто возвращается в изначальную форму. Может, ему просто душ надо почаще принимать?

Длинный и короткий заулыбались от уха до уха.

– А вот чего вы не знаете, – сказал длинный, – так это что Натан и есть человек. Все ваши дети – люди!

Короткий с энтузиазмом закивал.

– Маленькие человеческие инкубаторы, культивирующие разные штаммы вируса. Правда прелесть?

– Вируса? – теперь уже ахнул папа.

Мама схватила меня, притянула к себе и обняла.

– Ну да. За эти годы мы опробовали много разных штаммов. Ни один не сработал – до этих самых пор.

– Но… когда вы ввели его ему? И как? – Ма довольно-таки чувствительно сдавила меня.

– Через зубную пасту. Однако когда дело дойдет до всей популяции, думаю, будет гораздо эффективнее заразить источники пресной воды. Мы заберем Натана на Корабль, проведем полное обследование и станем наблюдать за завершением трансформации, а потом…

– Ему вообще-то в школу надо! – сурово перебила его Ма.

– Какая школа? – Оба врача непонимающе уставились на нее. – Как вы не понимаете! О какой школе может сейчас идти речь! Ему нельзя больше оставаться здесь. Мы должны закрепить результат на другом лабораторном материале, на новых детях, а потом останется только распространить вирус. Нью-Йорк – просто идеальное место для этого! Подумать только, восемь миллионов человек!

Не уверен, когда именно на протяжении этого монолога Ма опять перестала следить за кровообращением, но в обморок она грохнулась именно сейчас. А потом у Па сдали нервы, и он полез в драку.

Увы, пока Ма лежала холодная на полу, их было двое против одного. Я попробовал вмешаться, но доктора засунули папу в кресло и привязали к нему. А меня заперли в детской – дожидаться Корабля.

Видимо, они привели Ма в чувство, так как вскоре после этого через дверь донеслись ее крики.

– Тото, План Б! Тото, План Б! – вопила она.

Звучало довольно жутко. Тото, если вы вдруг забыли, – это наш КОТ. Наверное, все дело в кислородном голодании.

Забавно, как хотелось бы мне походить на Юэна. Оказывается, мы с ним похожи куда больше, чем я думал. Начать с того, что нас обоих усыновили. Правда, меня скорее украли, но это сути дела не меняет.

Так, кажется, кто-то пытается открыть дверь с той стороны…

Инспектор: Какого черта у вас тут вчера случилось? Вы же один из наших ведущих сотрудников!

Агент Б.: У вас на столе мой доклад.

Инспектор: В нем есть лакуны.

Агент Б.: Все очень сложно. Возьмите эмпанаду.

Инспектор: Все всегда сложно, агент Б.

Агент Б.: Да, но на этот раз все по-другому.

Инспектор: Я вас внимательно слушаю.

Агент Б.: Дело в агенте Р. С ней возникли… затруднения.

Инспектор: Кончайте шутить. Вас туда затем и послали. Следить, чтобы не было никаких затруднений. Чтобы никто не сорвался. И своевременно докладывать.

Агент Б.: Она не сорвалась. Она никогда не срывается.

Инспектор: Вы вообще о чем сейчас говорите?

Агент Б.: Агент Р. вела себя идеально. Просто происходили всякие вещи, которых я не заметил.

Инспектор: Это потому, что вы плохо смотрели.

Агент Б.: Это потому, что увидеть их было невозможно.

Инспектор: И что же это было?

Агент Б.: Представьте себе, любовь.

Инспектор: Любовь?

Агент Б.: Агент Р. полюбила мальчика. Своего мальчика.

Инспектор: Мальчик был человеком, агент Б. Это расходный материал.

Агент Б.: Вы эмпанаду будете или как?

Инспектор: Может, штучку. Я все еще не понимаю, что вы хотите мне сообщить об агенте Р.

Агент Б.: Я хочу вам сообщить, что она стала Натану настоящей матерью.

Инспектор: И?

Агент Б.: И на тот момент он значил для нее гораздо больше, чем миссия.

Инспектор: Вздор! Ни для кого миссия не значила больше, чем для агента Р. Ого, а это вкусно! Как вы сказали, эти пирожочки называются?

Агент Б.: Эмпанадас, они из Мексики. Возможно, агент Р. была не той, кем вы ее считали.

Инспектор: Да уж, я догадался – после того, как она захватила Корабль и отбыла в неизвестном направлении вместе с агентом С. и ребенком. И всем наличным вирусоматериалом до последней пробирки!

Агент Б.: Вот именно.

Инспектор: Врачи сообщили, что в какой-то момент агент Р. закричала что-то вроде «План Б!» Вы это слышали? У вас в докладе это не указано.