Чтение онлайн

— Любимый, о чем ты? Расскажи. Может тогда, хоть чуть-чуть смогу его понять? — я улыбнулась. Да, я и не думала, что Чейс такой...

— Хорошо. Это было пять лет назад, Чейсу было семнадцать... — Майк вздохнул, — Еще тогда, он был жизнерадостным парнем, веселым, открытым. Мы с ним всегда были вместе, стояли друг за друга "горой". Нас все в округе знали, как двух братьев "сорвиголова", — Майк рассмеялся, его глаза заблестели, — Родители постоянно работали, мы их уже тогда редко видели, я, конечно, понимаю, работа для них, как глоток чистого воздуха, это их жизнь, тем более, все, что сейчас мы имеем с братом, все эти деньги, машины, удобства, дом, шмотки, развлечение все это благодаря родителям. И конечно мы с братом привыкли ко всему этому, но, никакие дорогие подарки и деньги не заменят любовь... — он тяжело вздохнул, — Можно сказать, нас вырастили Мэри и Тед. Я их очень люблю … и родителей, конечно же, тоже. Но, Чейсу не хватало родительского тепла... — Майк ковырял вилкой в тарелке, — Тогда он был влюблен в девушку по имени Майя... — лицо Майка озарила улыбка, — она была удивительным человеком. Такая умная, интересная, веселая, красивая, одним словом чудо. — он посмотрел на меня, — Прям как ты! — после этих слов, я и сама улыбнулась, но почему — то мне смутило слово "была", — Они с Чей-сом, безумно любили друг друга и были знакомы с детства, ведь ее родители Мэри и Тед, — после этих его слов, мои глаза округлились, заметив это, Майк продолжал, — Чейс и Майя всегда были вместе неразлучная парочка. Их отношения были поистине волшебные, такая чистая, открытая и неземная любовь. Они уже планировали, что когда окончат школу, пойдут вместе учиться в один колледж. Я был так за них рад. И вот, однажды, Майя прибежала домой, такая веселая, она вся светилась счастьем! Майя собрала нас всех, всю нашу большую семью и сказала, что ждет ребенка. Представляешь? — Майк улыбнулся, — Мы все были просто счастливы. Мои мама, папа, Мэри, Тед, я, а счастья и эйфорию Чейса было просто не передать! Он прыгал от радости, как ребенок. Они уже готовились к свадьбе... приглашения, подарки... И в один день, все изменилось... мы узнали, что Майи... больше нет. Я... я сперва, просто не поверил. Нам домой позвонили и сообщили, что Чейс в реанимации... в состоянии комы... что он весь переломанный, сотрясение мозга, что он просто одной ногой в могиле! — Майк нервно сжал в руках салфетку, было видно, как ему тяжело вспоминать это, — Как мы позже узнали, Чейс с Майей воз-вращались из школы домой, дождь... сырая дорога... в их машину, на всей скорости врезалась фура... и... Майя погибла на месте... Чейс был не виноват, но... Нашей Майи больше нет... нет этого лучика света, который всегда всех веселил, звонко смеялся... Она ужасно любила жизнь, радовалась каждому дню... всегда видела только хорошее, даже в плохом... А самое страшное, что вместе с Майей, ушла еще одна жизнь, жизнь еще не родившегося малыша! Да и жизнь Чейса тоже. Он выкарабкался с трудом, но он смог... хотя и не хотел, он не хотел жить без нее. Постоянно твердил, что лучше бы умер он, а не она... И все изменилось, все. Уже не было не только Майи, но и того Чейса, тоже. Он долго восстанавливался после аварии, впал в депрессию, ничего не ел, ни с кем не разговаривал... жил, а вернее существовал в своем собственном мире, где все еще было хорошо, где было счастье и любовь... Потом, потом он просто уехал и все. Решил убежать, скрыться ото всех, от воспоминаний, боли, любви, разбитого сердца, чувства обиды... чувства вены, которое до сих пор съедает его изнутри... Он изменился, стал черствым, нахальным, грубым... Он перестал верить людям, в любовь, в чувства... Как — то раз, он признался мне, что с тех пор он больше не живет, а существует, что он ходячий труп, что он уже давно умер, в тот момент как не стало Майи, что его сердце перестало биться. И то, что я сейчас вижу перед собой, как он сказал, это другой человек, который уже никогда не полюбит... не будет счастливым... и не подарит свою любовь и сердце, которого уже нет никому, — Майк посмотрел на меня, — И вот, ты видишь, человека, носящего имя Чейс, но это не он, а всего лишь оболочка...

— Я... я просто в шоке! Боже, как это ужасно. Мне жаль его, правда. Получается, что Чейс, просто надел чужую маску и... привык к ней, забыл, кто он есть на самом деле... — я была шокирована услышанным. Чейс, ты удивительный человек...

Я опустила взгляд, почувствовав на глазах приближающиеся слезы. Слезы боли, отчаяния, переживания за человека, которого ненавидела, которого считала жестоким, наглым. Который... запал мне в душу, влетел в мою жизнь как цунами, сшибая все на своем пути, не оставляя после себя ничего... только мысли о нем... его красивые глаза... как — будто он стер мне память и заставил думать только о нем! Чейс... Чейс Рэклив... красивый, статный, наглый и безумный Чейс.

Обед закончился. Мы ехали, но я ничего не видела и не слышала, перед глазами стояла пара красивых, бархатных глаз, цвета горячего кофе.

Я не помню, как зашла в аудиторию и села на последний ряд.

Почему? Почему, жизнь так не справедлива! Почему... Так ведь не честно, одним все, а другим ничего! За что? … когда умерли мои родители... я думала, умру следом. Жить просто не хотелось. Я была потерянной, одинокой, опустошенной. Мне показалось, что мир, и моя жизнь вместе с ним остановились... и я тоже умерла. В один миг, вся моя жизнь, счастье, все исчезло, превратившись в пепел... оставив в памяти, лишь только воспоминания, которые я каждую минуту, каждую секунду, перелистывала как фотоальбом... В душе, прошла огромная трещина, а сердце, что истошно кричало, просто исчезло, разорвалась на сотни тысяч кусочков, которые я собственными руками разбросала повсюду, чтобы побыстрей умереть... и оказаться рядом с мамой и папой... Только Ник, он был со мной рядом... я... я представляю, как ему было тяжело, как кричала его измученная душа, но он всегда был рядом, поддерживал меня, всегда улыбался... Но я знаю, я видела, как он плакал, свернувшись калачиком на кровати, когда думал, что я его не вижу... И только благодаря брату, я до сих пор... живу, он вытащил меня из той бездны отчаяния, страха и невыносимой боли! И... я жила, смеялась... только ради него, ради единственного и близ-кого человека, который остался в моей жизни. Мы с Ником вцепились, вдруг друга, как в спасательный круг, вытаскивая друг друга, не давая утонуть... Из мыслей раздумий меня вывел мурлыкающе, такой завораживающий голос... Чейс.

— Привет малышка, — в ответ, я посмотрела на нечеловечески красивое лицо.

— Привет...

— Что случилось? Неужели, наконец-то чем-то отравилась?! — засмеялся парень.

— Нет, извини, я разочарую тебя...

— Ха... — лицо Чейса напряглось, он посмотрел на меня.

В этот момент, я видела перед собой уже не того нахального типа, а парня жестоко избитого жизнью. Его глаза блестели, но блестели... ужасной болью... переживанием... обидой, и отчаянием.

— Кир, что с тобой? Что-то болит? — его лицо изменилось. Неужели он переживает за меня?

— … нет... — я опустила глаза.

— Кир, — боже этот голос, мое имя, с его сладких губ звучит как песня! — Что случи-лось? — он заглянул в мои глаза, но что он там может увидеть? … только не то, что я сей-час, к нему чувствую... только не это... пожалуйста... Он дотронулся до моего подбородка, своей горячей ладонью и поднял так, чтобы, видеть мои глаза.

— Ничего не случилось, — выпалила я, а на глаза проступили предательские слезинки.

— … тогда, почему ты плачешь... М... Майк? Он тебя обидел? — его глаза заблестели яростью.

— Нет! Нет... — я закрыла глаза, почувствовав, как горькие слезы катятся по щекам, оставляя горячий след...

— Тогда что? — его голос, такой красивый... требовательный, но ужасно нежный.

— Чейс, почему ты так себя ведешь? Ведь ты не такой, каким так отчаянно пытаешься выглядеть, — я открыла глаза, смотря в чарующий, бездонный омут его глаз. Я не могла ему рассказать, что все знаю... Его красивое лицо замерло, — Я... я тебя не понимаю. То ты просто яростно меня не ненавидишь, оскорбляешь, играешь мной как игрушкой, и тут же переживаешь за меня? … я ...я не понимаю.

— Ты ничего обо мне не знаешь! — его лицо изменилось, стало жестоким, твердым, без-жалостным... – Поняла? И не лезь мне в душу! – эти слова он выплюнул мне в лицо, и резко соскочив с места, бросился к выходу.

Все присутствующие в аудитории, вместе с преподавателем, посмотрели на хлопнувшую дверь, затем на меня. Я со скорость света сложила учебник и тетради в рюкзак и бросилась прочь...

Выбежав в коридор, увидела стремительно удаляющуюся фигуру Чейса.

— Чейс! — но он не реагировал, — Чейс, неужели ты так хочешь, чтобы я тебя ненавидела? — закричала я, и мне было плевать, что везде идут лекции, мой крик разошелся по пустынным коридорам — эхом. Он остановился... затем обернулся.

— Чейс! — я рванула к нему.Он стоял, как статуя, не реагируя. Подбежав к нему, я посмотрела в красивые и такие печальные глаза. — Ты действительно этого хочешь! — он молчал, все так же смотря на меня, — Хорошо... я... я уйду... но прежде я хочу узнать, спросить тебя... Почему... за что ты меня так ненавидишь? Что я тебе сделала плохого? — слезы предательски потекли из глаз, сердце дико колотилось, дыхание сбилось.

— Кира... я не такой, слышишь? Тот человек, о котором тебе рассказал брат... его уже нет! Нет! Я другой! Я жестокий, гадкий... я плюю людям в лицо, высмеиваю всех... веду бес-порядочный образ жизни... и... и мне это нравится! Никогда, слышишь, никогда больше не говори этого! Я другой! — он все повторял и повторял, как мантру, пытаясь самому себе это внушить. Я все так же смотрела на него, а слезы все так же предательски текли по щекам, с шумом падая и разбиваясь о бетон. — И да, я действительно хочу, что бы ты меня ненавидела... чтобы обходила меня стороной... лучше бы я никогда тебя не видел! — в эти слова он вложил столько злости.

— Что? — я попятилась назад, пока не уперлась о стену, — Но почему? В чем я виновата? — я готова была в этот момент умереть, исчезнуть, только бы не видеть этих пустых и злых глаз...

— Я... я не могу на тебя смотреть, слышать твой голос, видеть твои озорные глаза... твою удивительно красивую улыбку... — он закрыл глаза, его голос изменился, он наполнился болью... — Я... я смотрю на тебя, а вижу перед собой ее! Это не выносимо... это больно... Кира, ты убиваешь меня... Ты возвращаешь меня в прошлое, от которого я так бегу... Ты возвращаешь, даже сама этого не понимая... того, прежнего Чейса, а я этого не хочу, нет! Я больше не позволю дурацким чувствам, снова разбить мне сер... Неважно, — он опустил голову.

— Ты, ненавидишь меня, за то, что я напоминаю тебе Майю? Но... ведь я в этом не вино-вата. Боже, Чейс, как ты жесток, — я разрыдалась и закрыла лицо руками.

— Кира... прости... — я почувствовала на своих руках, горячие ладони Чейса, — … любимая... — еле слышные слова...

Чейс обнял меня, заключая в объятия — такие нежные... и желанные... Его горячие руки скользнули по моей талии, прижимая к себе. Я растаяла... Его теплые, сладкие губы скользнули по моей щеке, по шее, по губам...