Чтение онлайн

– Хорошо, согласен, - признал Аврелий.
– Ничего против не имею.

– А если не имеешь, - Колот Винов первый перешёл на второе лицо единственного числа, - будь добр, объясни, о чём, всё-таки, речь?

– Речь вот о чём. Наверное вы... ты помнишь, что было, когда на пустынном берегу Тухо-Бормо вы с лейтенантом повстречали неизвестного, сидящего у костра?

Монарх молча смотрел на Аврелия. Мне показалось, что у меня немного закружилась голова - до меня тоже начало потихоньку доходить. Возможно, я ничего бы ещё не понимал, если бы не видел исчезновения этого типа и если бы сам фактически точно также когда-то не исчез, похохатывая, из-под носа Хиггинса.

Иногда, рассуждая сам с собой, я допускал такой вариант, когда-то, когда сам только-только познакомился с Программой, у меня быстро возникло такое предположение, но вот поступило материальное его подтверждение - и мне стало не совсем по себе.

– Я так понимаю, - сказал я, - что у вас есть причины, появиться здесь? А, самое главное, выкладывать нам суть вещей?

– Да, - кивнул Аврелий.
– Хотелось бы, если честно, этого не делать, в общем-то, ни к чему это, но - обстоятельства! Помните, у вас была ситуация, когда вам потребовалась помощь Александра?
– Он указал на Сашу.
– Так же как вы готовы были довериться ему, я сейчас готов довериться вам.

– Вы бы хоть точнее объяснили суть дела, - укоризненно сказал Мишка. Выходит, решение кинули мне вы. Но, значит, вы как-то ограничили возможности его повторения другими изобретателями в нашем мире?

– Я не хочу, чтобы у вас возникал некий комплекс неполноценности, Аврелий, казалось, чуть смутился.
– Его не должно быть. Ваше развитие, в принципе, не ограничено, но есть некие мировые константы, назовём это так, которые в вашем мире обойти нельзя. Эти константы определяют развитие науки, которая, однако, имеет значительную степень свободы.

– То есть, всё зависит от того, что вкладывает создатель программы? поинтересовался молчавший до сего момента Колотвинов.

– Именно так, - энергично кивнул Морон.
– Так же Михаил, например, вложил возможность полётов с, якобы, сверхсветовыми скоростями в мире, который моделировал он.

– Значит, в нашем мире, то есть, в нашем с ним бывшем, чёрт, вот в этом мире, - сказал я, - таких полётов быть не могло и не будет?

– А вот вопрос по существу! Если ваш мир будет развиваться достаточно долго, проблема может быть решена. Просто я закладывал изначально именно такие постулаты существующей реальности, как и в своём мире. Пронимаете, мир Земли это специальная модель возможного развития моего мира с определённо указанными параметрами вариации. В некий момент взята точка отсчёта, и с неё идёт самостоятельный процесс. Я, конечно, мог бы вмешиваться, но этого не делаю, поскольку этого и не требуется экспериментом. Почти никогда не делаю, добавил он.

– И одним из исключений явилось наитие для меня?
– спросил Мишка.

Аврелий кивнул:

– Мне в голову вдруг пришла мысль, а что будет, если во вторичном мире создать предпосылку формирования своего виртуального мира? В целом, чтобы это никак не влияло на мою модель, я постарался не допустить глобального распространения технологии. Вот это явилось бы нарушением модели.

– Да-а, - протянул Премьер, плотнее запахиваясь в простыню и обращаясь к Монарху, - получается, Ваше Величество, что мы даже не вторичный, а, как это третичный мир, что ли?

– Ни у кого не должно быть никаких комплексов, - замахал рукой Аврелий. Сами для себя вы совершенно реальны, просто один мир является совершенно независимой подсистемой другого...

– Совершенно независимой?
– Мишка с сомнением посмотрел на Морона.

– Ну, формально, конечно, не совсем независимой, вы же понимаете, признался Аврелий.
– Поэтому и возникают проблемы. Но ресурсы того, что у вас называется "Сеть" постоянно растут, значит, и ограничения, как бы нет. А у нас постоянно наращиваются ресурсы локальных сетей Комитета Образования, самой мощной организации, которая контролирует эти вопросы.

Монарх-капитан Колот Винов в недоумении посмотрел на Аврелия Морона:

– Всё это более или менее понятно, только мы-то зачем вам нужны? Вы же не просто так явились.

Морон усмехнулся:

– Да, это, конечно, вопрос, кто кому больше нужен. Я, возможно, не очень точно выразился. Скорее всего - наша потребность взаимная, и, кстати, подобная ситуация уже была, и именно у вас.

– В каком смысле?
– вскинул брови Монарх.

– Дело в том, что мой проект решено свернуть. Образ жизни, который сформировала моя модель, определён как "возмохно тлетворно влияющий на нравственность населения" моей Земли.

– Позвольте, - не утерпел я.
– Что значит - "тлетворно"? Я не вполне понял, у вас там эта информация распространяется для широких масс? К ней все имеют доступ?

– Ну, что ты, конечно, нет, - помотал головой Аврелий.
– Но вдруг до широких масс, как ты выразился, что-то дойдёт? У нас распространение информации вообще под полным контролем, за этим тщательно следят. Возможно, мне нужно будет подробнее объяснить, чем я точно занимаюсь. Я являюсь студентом специальной закрытой школы моделирования жизненных процессов. Я, как бы сказать, один из весьма одарённых студентов...

– Тоже гений, значит?
– немного язвительно спросил Мишка.

– Ну,...
– немного смутился Аврелий, - дело не в этом. У нас сильно отличающееся от вашего общественное устройство: центральное планетарное правительство, система плановой экономики. И так уже давно. У вас возникало похожее направление развития, но оно захлебнулось, а у нас стало доминирующим. Очень большое значение придаётся потенциальной опасности и безопасности...

– А вы вышли в дальний космос?
– поинтересовался Монарх.

– Нет, у нас пока только научные базы на спутнике, на Луне. Да дело то не в выходе в космос.

– Ну, а, всё-таки, - подал голос Мишка, - в чём проблема-то?

– В том, что решено проект ликвидировать. Поймите: вашего мира не станет.

Мы все, те и эти земляне и попойцы, переглянулись.

– Значит, и нас не станет, - констатируя факт, молвил д'Олонго, хмыкнув.

– А мне очень этого не хочется, - сказал Аврелий.
– И, посему, я разработал план... Я ведь не могу ни с кем там посоветоваться - я же рассказывал, как у нас жёстко обращаются с людьми, не достигшими совершеннолетия - я пока на самом деле-то ещё несовершеннолетний: у нас это с двадцати пяти лет. Да и само по себе выступление против властей в любой форме наказывается сурово. Но я хочу им доказать... Вот, послушайте в общих чертах, как я планирую всё устроить...

Он изложил свои мысли, внимательно посматривая на каждого из нас.

– По большому счёту, это почти то же, что вы уже провернули здесь, только, конечно, помасштабнее. О моём проекте и моей модели знает пока только Комитет Образования, и то только одна его группа. И больше не знает никто.

– То есть..., - сказал Мишка.

– Нужно посадить в Комитете своих людей - и тогда проект будет существовать сколь угодно долго. Комитет Образования - одна из высших инстанций у нас, назначение - пожизненное с правом передачи преемникам, понимаете? Ближе познакомитесь - поймёте.