Чтение онлайн

Саша налил и спросил, глядя на профиль Светы на фоне гаснущего неба:

– А бассейн твой папа не собирается на крыше сделать? Чтобы для полноты ощущений.

– Хочет, но чтобы всесезонный - с этим могут быть проблемы, куча разных согласований, это уже сложнее. Но летом можно переносной ставить.

– Да, жаль...

– А что - жаль? Вон спустился и - в душ! Всё рядом... Давай ещё выпьем, и я курицу пойду посмотрю.

Они хлебнули джин-тоника, и Света двинулась к двери. Проходя между Сашей и стоявшим на лоджии креслом, она слегка коснулась его плеча грудью под тонкой блузкой. Саша неожиданно для самого себя взял Свету за руку и положил сигарету в пепельницу.

Она повернулась к нему, и их губы встретились. "Господи, что я делаю!?" подумал Щербаков. "И почему это говорят, что целовать курящую женщину - всё равно, что целовать пепельницу? Возможно, всё дело в ментоле? Или потому, что я сам сейчас курю?..."

Тело у Светы было упругое и податливое одновременно. "Так", подумал Саша, "а что дальше? Если взять и отнести её вон туда, на диван, то курица сгорит..."

– Курица, курица!
– напомнила Света, высвобождаясь.
– Я посмотрю.

Саша постоял несколько минут на лоджии, докурил сигарету и двинулся вслед за Светланой.

Курица была почти готова. В обеденной зоне кухни, которая в этой квартире была метров двадцать площадью, стоял большой круглый стол, на котором Света расставила тарелки, и разные блюдца и мисочки, разложила салфетки. "Когда это она успела?" с уважением подумал Саша. Надо сказать, что стол был накрыт очень хорошо.

Света посмотрела на Сашу и улыбнулась. Он взял бутылку вина и показал её издали девушке.

– Штопор во-он там, - Света, стоя у плиты, кивнула на барную стойку, делившую кухню пополам.

Красное вино в красивых хрустальных бокалах смотрелось очень здорово. Духовка источала ароматы, которые не могла унести в вентиляцию даже включенная вытяжка.

Света как раз достала филе, когда вдруг зазвенел дверной звонок: раз, второй, последовала пауза, а потом снова так же подряд два раза.

– Папик!
– поняла Света, делая гримаску.
– Он всегда так звонит. Вернулся на день раньше!

Она побежала открывать дверь. "Господь бог хранит меня от слишком поспешных романов на работе", подумал Саша, провожая взглядом ножки, мелькнувшие в проёме кухонной арки.

Квартира наполнилась шумом: Светин папа разговаривал очень громко. Саша понял это ещё раньше, при мимолётной встреяче, когда тот как-то подвозил Свету на работу.

– Ага, пахнет вкусно!
– гремел Игорь Борисович где-то в просторном коридоре.
– Хвалю, ждала папика. Не то что твоя мамашка: опять, поди, на стройке болтается...

Игорь Борисович, не очень высокий, но солидно-широкий мужчина, вошёл на кухню и увидел Щербакова.

– Ага, понимаю, - сказал он, весело щурясь, - папика, вроде, как и совсем не ждали... Вот те на! Испортил вам всё настроение...

– Здравствуйте!
– чуть запоздало сказал Саша, вставая со стула.

– Насколько припоминаю - молодой человек тоже из зарубежного департамента. Это не тот американец, о котором ты говорила?

– Что ты папа, - засмеялась Света, - тот же старый.

– А я думал, что просто хорошо сохранился. И что значит - старый? Я что, по-твоему, тоже старый?

– Нет, конечно, - сказала Света, чмокая Игоря Борисовича в щёку.

– Я всего лишь русский, но, действительно, работаю в консульстве, - сказал Щербаков.
– Меня зовут Александр или просто Саша.

– Оч-чень приятно! Демчев, Игорь Борисович!
– Отец Светы протянул руку; ладонь у него была неожиданно сухой, что трудно было ожидать от полного человека.

– И не всего лишь русский, а русский!
– продолжал Игорь Борисович, поднимая палец.
– Никаких нам американцев не надо, достаточно просто хороших русских мужиков.

– Папик!
– немного укоризненно сказала Света.

– Ладно, ладно!
– Игорь Борисович хлопнул взвизгнувшую дочь по попке.
– Вы не против, если я устроюсь с вами поужинать? Жрать хочу с дороги...

Он отправился умываться. Саша посмотрел на Свету.

– Может, я пойду?
– неуверенно спросил он.
– Я сейчас, наверное, не во время?

– Что за глупости, и речи не может быть! Папик любит компании и особенно мужские. У нас же получается он один, а мы с маман - две бабы.

Игорь Борисович вернулся уже без галстука, неся в руке бутылку виски "Джинни Уокер" с чёрной полоской.

– Сейчас мы отметим мой приезд!
– сказал он, усаживаясь за стол, и тут же начиная пальцами доставать маслины, а второй рукой пытаясь открутить пробку на бутылке.
– Мне вот москвичи сунули. Ты, я знаю, не будешь, а мы с Александром отдегустируем.

– Увы, - абсолютно искренне сказал Щербаков, - мне тоже нельзя: я за рулём. Вот "Каберне" немного могу, а виски - не рискну.

– Да?
– разочарованно сказал Игорь Борисович.
– Ну и что же, что за рулём? Вас кто-то где-то ждёт? Нет? Ну, так оставайтесь у нас ночевать. Вон через дорогу стоянка, машину туда загоним и посидим, сколько захотим.

– Ну что вы, как-то неудобно, - сказал Щербаков, уже понимая, что с этим человеком нужно, видимо, вести себя также свободно.

– Кому неудобно?
– прямо спроси Игорь Борисович.

– Ну, мне, усмехнулся Саша.
– Может быть потом, если пригласите...

– Почему же нет? Если Светик приглашает, а у меня нет возражений, то их, в принципе нет, - сказал хозяин дома и захохотал.

Щербаков улыбнулся и слегка покраснел. Игорь Борисович налил в рюмку виски и сказал:

– Ну, со свиданьицем!
– и крякнув, выпил.

Саша со Светой отпили вина.

– М-м, - сказал Демчев, набрасываясь на курицу, - прекрасно получилась! А то смотрите, Саша, может останетесь? Выпьем, а?...

– Нет-нет, - сказал Щербаков и покосился на Светины ножки, - огромное спасибо, но так не есть "гуд", Игорь Борисович. Не настолько я вхож в ваш дом, всё-таки. Спасибо, конечно...