Чтение онлайн

Она только и смогла, что отпрянуть в сторону и бросилась домой к отцу, собирающему вещи. Рассказывать ничего не стала, как и про вскоре полученную посылку от курьера. В ней нашла тончайшие чулки, вызывающие оторопь прозрачные полоски тряпочек, предназначенных для нижнего белья. Одеть такое не посмела бы даже девица из публичного дома! Или ей сразу показали на место, что она будет участвовать в оргиях, где нет ничего запретного? А про такое во дворце гуляли различные слухи. Девушка от воспоминаний поморщилась, но это не объясняло ее вчерашнего поведения! Такие поступки ей несвойственны! Словно действовала по чьей-то злой воле. Но приплетать в случившемся Дмитрия она не могла. Тот бы ей не так воспользовался, да и он должен был остаться в столице. Все же служит в охране дворца, хоть и является отпрыском поверенного в делах императора.

— Или отца удалили из окружения правителя из-за каких-то интриг? — шепотом произнесла девушка.

Императору уже под семьдесят, но он еще бодр и имеет двух фавориток. На болезни не жаловался, но к услугам зельеваров в последнее время часто прибегал. Что отец готовил господину Коршунову оставалось за семью печатями даже для нее. Однажды она вызвалась родителю помочь, когда тот простыл и получил срочный заказ из дворца, так выслушала пару нелицеприятных слов, чтобы не смела даже помыслить о таком.

— Сейчас не до воспоминаний! — потрясла головой Мария и осторожно спустила ноги на пол.

На цыпочках прошла на кухню, так и кутаясь в одеяло. Заглянула в уборную и не нашла вчерашнего знакомого. Выдохнула и уже спокойно умылась, после чего стала искать, чего бы на себя надеть. Она помнила, что платье сожгли, поэтому распотрошила один из чемоданов. Ну, в рубахе утонула, а штанины волочатся по полу. Зато хоть не голая, но голодная, с головной болью и злая на саму себя, стала ходить из угла в угол. Время идет, а Александр не появляется. Что если в стражу угодил и вскоре за ней придут? Или он прикарманил ее пять золотых и пустился в бега? Вроде бы не похож на афериста, да и тот бы все деньги у нее выгреб, да еще опоил и продал кому-нибудь на потеху. Недаром все бандиты об этом говорили, в таких кварталах закон у тех, кто сильнее. А полиция сюда ночью точно не сунется, да и днем поостережется заявляться, если только в составе отряда.

— Ну и где же ты?! Мне давно пора быть у отца! — осторожно выглядывая в окно, произнесла Мария.

А парня все нет, уже и солнце высоко!

— Если не появится через полчаса, то в таком виде отправлюсь, — прошептала девушка, некоторое время уже дававшая себе такое обещание.

Как она сумеет добраться до гостиницы и пустит ли ее швейцар она старалась не думать. Знает, что путь окажется непростым, первый же городовой в околоток отведет для выяснения. А потом ведь со стыда сгоришь, если станет известно, где и с кем ночь провела. И никому не будет интересно, что между ней и парнем ничего не случилось. Никто такому не поверит! Припишут ей разгульный образ и легкомыслие, после чего о нормальной партии, о которой папан мечтает, придется забыть. Честно говоря, она и сейчас сомневается, что потенциальные женихи еще остались. Еще недавно ей оказывали знаки внимания, приглашали в ресторации, дарили цветы и осыпали комплементами. А уж сколько раз предлагали стать содержанкой и вовсе со счета сбилась. Ну, до указа императора о своей немилости к графу и дочери Вертлугиных.

— Черт! Это еще кого принесло?! — подскочила со своего наблюдательного места Мария.

В замке двери отчетливо заскрежетал ключ. Девушка схватила со столика свой пистолет и дрожащей рукой направила его на вход в квартиру.

Глава 3. ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Город толком не посмотрел, в трактир не зашел и с хозяином ломбарда буквально парами фраз обменялся. Пообещал позже к нему зайти, а в груди нехорошее чувство, как будто близкому человеку грозит опасность. Как такое возможно? В этом мире и нет никого!

— Мария же не в счет? — сам себе буркнул и поморщился, ускоряя шаг.

Нельзя сказать, что она стала кем-то вроде родни, но такой эффект от магического лечения и смешивания аур допускается. Целители в моем мире использовали специальные руны, дабы не зависеть от состояния больного и закрыться от возникшей связи. Ну, дар-то лекаря у меня всегда был, да только нечасто его на ком-то применял. Ночью же лечил себя, девушка помогала, и привязка возникнуть не могла. И тем не менее ощущаю сильные эмоции и переживания, возникшие из ниоткуда.

— Поставить руну безразличия? — сам себя спросил и только ускорил шаг.

Нет желания новую жизнь начинать с предательства, а никак иначе такие мысли по отношению к Марии назвать не могу. Да и не люблю состояние, когда все до одного места и ничего не трогает за душу. Часто приходилось подавлять собственные эмоции, когда участвовал в переговорах, появлялся на парадах, присутствовал в открытых судебных заседаниях и принимал те или иные решения. А далеко не всегда сам оставался доволен, каким наказаниям подвергал подданных и врагов. Становился этаким холодным и жестким правителем, обладающим большой магической силой и радеющим за благосостояние клана и земель, которые постоянно расширял. Для чего? Зачем? Добился того, что все боялись, уважали и молились, как бы не прогневать. При этом каждый пытался урвать себя как можно больше. Пока огромного различия с прошлой жизнью не вижу, если не считать техническую сторону. Но выводы делать рано, еще суток не прошло.

Быстрым шагом прошел подворотню, мельком посмотрел на крутившихся во дворе двух подозрительных личностей, мазнул взглядом по закрытой пролетке и ускорился. Бегом поднялся на второй этаж и на миг застыл перед распахнутой дверью в квартиру. Руна не повреждена, взлома не было, а значит замок открыли ключом.

— Детонька, ты пукалку свою брось, — донесся до меня голос Марфы Игоревны. — Я владелица этого дома и угрожать мне не следует. А пистоля твоего не боюсь, нечего меня им пугать, аль не видишь, что магический щит имею?

— Не подходите! — с паникой в голосе, нервно произнесла Мария.

— А то что? — усмехнулась владелица доходного дома. — Тебе следует знать свое место, если промышляешь телом. Или сейчас запоешь, что к родственнику приехала? Не выйдет!

— А что здесь происходит? — задаю вопрос и появляюсь на пороге комнаты.

Мария в моей рубахе и штанах уже загнана в дальний угол. Напротив нее стоит Марфа Игоревна, а двое ее небритых подручных, которые всегда хозяйку сопровождают, только и ждут команды, чтобы скрутить девушку.

— Вот и жилец пожаловал! — обернулась ко мне владелица доходного дома.

Марфа разменяла четвертый десяток, одевается ярко и безвкусно. На ней атласное платье темно-зеленого цвета расшитое золотыми нитями и украшенное множественными рюшечками. На кружевах мелкие блестючие камешки и бусинки. Из-под полы выглядывает мыс туфли бордового цвета. Сама женщина средней комплекции, но с выдающимся бюстом, который подчеркивает декольте. Украшений, что на той новогодней елке. Три цепочки с амулетами и чуть ли не на каждом пальце по кольцу. Шляпка с широкими полями, из-под которой вьются рыжие локоны. Макияж броский, ярко-красная помада подчеркивает тонкие губы. А вот во взгляде Марфы прочел сразу несколько эмоций, и они не очень-то понравились. С чего бы ей при моем появлении радоваться и испытывать затаенную надежду?

— Да ладно! — покачал я головой, когда владелица доходного дома сделала шажок мне навстречу, улыбнулась и быстро облизала нижнюю губу.

Сразу припомнил, как она чуть ли не прямым текстом намекала, что готова меня пересилить в более достойную квартирку и даже ее обставить. Говорила, что готова принять личным секретарем, достойно одеть и обуть. Другими словами, запала она на обнищавшего графа, лишенного титула. Когда мой предшественник ей намекнул, что остался без клана, денег и влиятельных знакомств в высшем обществе, то Марфа рассмеялась и заявила: